×

Что в совести тебе моей?..

Московская Открытая Школа Прав Человека при Сахаровском центре организовала лекцию по проблематике свободы совести
+

После нашумевшего ареста йога Дмитрия Угая вопрос о посягательстве на свободу совести и вероисповедания стал активно обсуждаться широкой публикой. Напомним, что Дмитрий Угай был арестован осенью прошлого года прямо во время проведения лекции об индуизме, которая проходила в рамках фестиваля йоги в Питере. Не так давно состоялся суд, который признал Угая невиновным в том, что он проводил «незаконную миссионерскую деятельность». Надо признать, что до этого инцидента большинство обывателей слышали, что пакет Яровой как-то затронет СМИ, конфиденциальность личной переписки и стоимость абонентской платы за мобильную связь, но религиозная составляющая ФЗ не вызвала широкого резонанса. Но сегодня именно вопрос о вмешательстве в свободу совести и ограничениях в миссионерской деятельности все чаще становится предметом дискуссий и массовых недовольств.

Так, 28 статья Конституции РФ гласит: «Каждому гарантируется свобода совести, свобода вероисповедания, включая право исповедовать индивидуально или совместно с другими любую религию или не исповедовать никакой, свободно выбирать, иметь и распространять религиозные и иные убеждения и действовать в соответствии с ними».

Молитва Медиапроект s-t-o-l.com

Фото: priscilla

Принятие этого закона напрямую противоречит конституции РФ, об этом говорилось изначально, когда еще закон только рассматривался.

Есть в этом уже принятом ФЗ, например, очень интересный подпункт – Статья 24-2. «Порядок осуществления миссионерской деятельности», который включает в себя следующее: «Не допускается осуществление миссионерской деятельности, цели и действия которой направлены на: нарушение общественной безопасности и общественного порядка; осуществление экстремистской деятельности; принуждение к разрушению семьи; посягательство на личность, права и свободы граждан; нанесение установленного в соответствии с законом ущерба нравственности, здоровью граждан, в том числе использованием в связи с их религиозной деятельностью наркотических и психотропных средств, гипноза, совершением развратных и иных противоправных действий». И так далее.

Из этого текста видно, что рамки законопроекта настолько размыты, что его можно применить как угодно, против кого угодно и обыграть в самых разных плоскостях. Так против кого же принимался пакет Яровой? Как он применяется и что грозит в дальнейшем миссионерской деятельности? Существует ли свобода совести и вероисповедания в России? Возможна ли она в сегодняшних реалиях?

Чтобы попытаться разобраться в этих вопросах, Московская Открытая Школа Прав Человека при Сахаровском центре организовала лекцию по проблематике свободы совести. Приглашенным спикером стала Ольга Сибирева, эксперт аналитического центра Сова, руководитель раздела «Религия в светском обществе».

Ольга Сибирева

В рамках лекции Ольга поднимала на обсуждение вопросы, касающиеся ограничения свобод вероисповедания, разницы между целями принятия подобных законов и их реалиями, как государство и сам народ формируют отношение к разным религиозным конфессиям, какие существуют способы защиты от религиозных преследований и другие, охватывающие тематику темы. К вопросу о том, для чего принимался закон и к каким итогам мы пришли на данный момент, Ольга подошла особенно подробно.

По словам эксперта, планы и реальность в законодательной специфике практически всегда разнятся. Изначально закон принимался против мусульманских экстремистов, но еще не было ни одного случая, когда бы он использовался именно для этого. Зато в отношении протестантов зафиксировано 10–15 случаев преследования по закону о миссионерской деятельности. В большинстве своем это были баптисты и пятидесятники. Попытка остановить терроризм, если она вообще была, довольно стремительно перетекает в запрещение «неугодных» религиозных течений. Регулярно с обысками и проверками приходят на служения Свидетелей Иеговы, к ним постоянно врываются силовики, даже во время богослужений. Был такой случай: во время проведение религиозной службы ворвался к Свидетелям Иеговы силовик, начал орать: «Все мордой в пол!», а потом огляделся вокруг и увидел, что рядом с ним находятся в основном дети и старушки. Повисла пауза, военный внимательно осмотрелся, потупился и произнес уже значительно тише и мягче: «Тогда всем просто оставаться на своих местах».

 Медиапроект s-t-o-l.com

Фото: chuttersnap

Обсуждая вопросы нападок на малые религиозные группы, спикер перешла к теме защиты себя от подобных преследований. Этот вопрос сейчас стоит как никогда остро, каждый, кто имеет отношение к миссионерской деятельности, может быть задержан. Все мы читали дело йога из Петербурга, которого именно по этой статье хотели осудить. К сожалению, в нынешних реалиях религиозным группам приходится защищать себя самостоятельно и уметь грамотно это делать. Обстановка в стране привела к тому, что практически каждая подобная организация имеет штатных юристов, которые всегда готовы отстоять права своих клиентов. Если раньше эти случаи были столь редки, что религиозные деятели даже и не задумывались о том, что нужно уметь защищаться от государства. Многим позже они продолжали бездействовать, потому что не могли принять сложившуюся ситуацию. И вот теперь они, наконец, научились бороться за свои права. Религия, которая поставлена в условия, когда ей нужно защищаться от государства, во многом говорит о состоянии внутри страны.

Еще одной животрепещущей темой стало то, что многих возмущает нарочитая поддержка определенной религиозной конфессии. Это не просто поддержка, это абсолютно явное вытеснение представителей других религий в светском обществе. Такие вещи формируют во многом представление общества о том, как стоит оценивать эту ситуацию, ведь именно шаги государственных деятелей даже в наше время остаются почему-то ориентиром для большинства. Например, представители РПЦ все чаще стали забирать под строительство храмов зеленые зоны и парки. Местные жители, естественно, возмущаются, ведь в мегаполисе итак нечем дышать. Но православные священники почему-то не желают забирать соседний пустырь, настаивая только на парковой зоне. Иногда подобные конфликты перерастают в настоящую войну, явный пример тому ситуация с Торфянкой, где уже не первый год местные жители противостоят попыткам построить храм на месте парка. Резонанс этой проблемы говорит сам за себя.

Читайте интервью с Ольгой Сибиревой.