×

Культ как национальный ресурс

«Религиозный компонент» приходит в московские больницы
+

На широкую ногу поставлено сегодня в России патриотическое воспитание. Это еще год назад мода на сдачу ГТО среди губернаторов казалась актом сомнительного подобострастия, а предложение ректора МГУ Садовничего давать за ГТО дополнительные 5 баллов на экзамене – наследием застоя. Теперь про кальки забыто; весь старый опыт вобран и зажил своей жизнью с чистого листа.

Будто так все всегда и было, а ничего до этого не было. Тысячи россиян сдают ГТО на забегах «Лыжня России», в Калужской области дети перед уроками поют российский гимн, «религиозный и этический компонент» подумывают преподавать уже со второго класса – и обо всем этом спокойным и размеренным тоном вещают федеральные СМИ. Советское, фундаменталистски-православное, националистически-шовинсисткое – все годится, лишь бы про патриотизм и любовь к государству Российскому. Актов возрождения национального духа столько, что сил комментировать их уже не остается, информационное поле усеяно и замусорено, заболтано до однородного гула.

В одной крупной московской больнице на днях провели анкетирование «с целью изучения взаимосвязи религиозности и здоровья человека», опрашивали солидный медперсонал: врачей, зав. отделениями, главных врачей и их заместителей «с опытом непосредственного лечения пациентов 5 лет и более». Список вопросов был разработан где-то в недрах Первого Меда и, как предполагается, помогает собирать эмпирическую базу для докторской диссертации уважаемого лица.

С учетом непростой патриотической обстановки анкета заставила не на шутку переволноваться сотрудников больницы. Как правильно ответить? О чем вообще речь? Вдруг интересуются духовной опытностью и сознательностью московских врачей? Спрашивалось, например, были ли в их практике «чудесные случаи выздоровления больного, которые не назовешь результатом прямого лечебного воздействия», советовали ли они «своим пациентам обращаться к потенциалу религии» и «на каком этапе лечения есть смысл обращаться к ресурсу религии».

Наконец, попадались совсем сложные вопросы с требованием указать правильные процентные доли «возможных факторов выздоровления», среди которых значились: качественная и полная помощь со стороны медицины, дисциплинированность пациента, вера пациента в свое выздоровление, вмешательство высших сил, «божий промысел» (единственное, что писалось в кавычках). Затруднений у перепуганных врачей не возникло только в одном случае: когда анкета попросила назвать специальности, которым «ресурс религиозности» вряд ли пригодится. Весь медперсонал уверенно ответил, что таковыми являются патологоанатомы. Те, кстати, смиренно согласились, заметив, что в их случае практики воскрешения умерших, известные многим религиям, были бы только во вред работе.

Вообще врачи над анкетой не иронизировали, а кропотливо, скрупулезно заполняли необходимые строки. Для этого требовалась известная выдержка, потому что составители анкеты очень приблизительно представляли себе то, о чем спрашивают. Формулировки «потенциал религии» и «ресурс религии» равно резали слух и атеистам, и верующим, являясь примером бездумно-канцелярского совмещения несовместимого. А ведь были еще и «формы религиозного воздействия» и «наличие культовых элементов» – с вопросом об их влиянии на здоровье пациентов.

К «культовым элементам» врачи, впрочем, уже привыкли. В этой больнице – заметим, крупнейшей в Москве – с каких-то пор стало принято отдавать часть денег медперсонала на «восстановление больничного храма». Разумеется, дело добровольное: не хочешь – не отдавай. Но когда ответственный человек проходит по кабинетам с конвертом (сразу после получки) и интересуется: «Есть ли что сдать на благое дело?» – редкий врач решится на скупость. Иначе ведь дойдет до начальства, узнают, кто тут угашает «религиозный компонент».

Одна из современных примет «работы» с такими тонкими материями, как духовное возрождение народа, – это удивительная топорность. Ни придумки, ни изящества. За это дело почти на всех уровнях социальной иерархии взялись общественницы Шуры из «Служебного романа». Они знают, в каком храме дополна наливают крещенской воды, что будет, если не сдашь рублик на восстановление часовни и как вовремя наставить человека на путь истинный. Когда такие же Шуры появляются не только в больницах, но и в школах, и воспитывают не только персонал, но и пациентов, и детей – вместе с привычкой к их шуму возникает усталость от лжи. «Потенциал религии» выходит отрицательным.

Самое оппозиционное здесь, видимо, проводить исторические параллели. Не случайно все СМИ, отбрыкивающиеся от цензуры, вдруг – как по команде – занялись юбилеями: 1905 года, Ялтинской конференции, Чехова… Чего угодно, только бы напомнить, как мы жили в разные времена и что из этих времен завозрождалось, зашевелилось сейчас. Кто такие общественницы Шуры, кто обычно пишет в анкетах про потенциалы и ресурсы и как им всем противостоять, решаясь жить умом и совестью.