×

«Мама – наша царица»

Почему мы никак не научимся жить с мигрантами
+

Сентябрь густо пестрит новостями о мигрантах: Байден постановил принимать вдвое больше беженцев в США, Трамп предрекает Америке вскоре стать по этой причине страной третьего мира, Польша и Литва отгораживаются от нелегальных мигрантов из Белоруссии «колючкой», Евросоюз, чтобы защитить свои границы от наплыва нелегальных мигрантов, собирается редактировать Шенгенское соглашение. 

Самое резонансное событие – изнасилование и убийство в подмосковном Бужанинове двумя мигрантами 67-летней женщины, которое привело к собиранию в селе около двухсот человек с требованием убрать из населённого пункта общежитие с мигрантами, работавшими на местной оконной фабрике. Хотя преступники совершенно никакого отношения к этому общежитию не имели, администрация провела срочную эвакуацию порядка 160 живших в общежитии мигрантов, абсолютно невиновных. Тут же и подмосковный губернатор Андрей Воробьёв поручил взять под контроль города, где «компактно проживают мигранты». И вот уже из деревни Путилково, что от Бужаниново в двух часах езды, обещают до конца осени переместить миграционный центр «из-за жалоб местных жителей».

 Медиапроект s-t-o-l.com

Последние мигранты покидают общежитие в селе Бужаниново. Фото: facebook.com/pressa.sp

«Реакция государства в отношении таких дел всегда одна – полная растерянность, – говорит Светлана Ганнушкина председатель Комитета “Гражданское содействие”, член Совета и руководитель сети “Миграция и Право” правозащитного центра “Мемориал” (обе организации включены в реестр иноагентов). – Затем растущее недовольство граждан стараются переключить с государства на другой объект. СМИ пишут, что сотрудники общежития и жившие рядом люди хорошо отзываются о приезжих. Раздувающих конфликт немного, мы же вдруг представляем какую-то толпу, которая нам кажется бесконечной, хотя она совершенно не бесконечна».

Среди мигрантов примерно вдвое меньше преступников, чем среди наших соотечественников

Если обратиться к статистике, то мы увидим, что преступность среди мигрантов по данным МВД снижается по сравнению с прошлым годом – она составляет, по разным источникам, 24 % от общего числа преступлений в РФ. Если посмотреть пропорционально, то среди мигрантов примерно вдвое меньше преступников, чем среди наших соотечественников. При этом сексуальное насилие это от 811 % из всего, что они натворили в криминальной сфере (0,2 % от всех совершаемых у нас преступлений такого рода). Почти три четверти – 73 % от общего числа преступлений мигрантов – составляют незаконные действия в отношении официальных документов и дача взятки. 

«Большая часть преступлений, которые совершают мигранты, наш гражданин физически совершить не в состоянии, потому что это незаконное попадание на территорию Российской Федерации и другие, связанные с регистрацией и прочими делами, которые касаются только иностранных граждан», – говорит Светлана Ганнушкина.

 Медиапроект s-t-o-l.com

Председатель Комитета “Гражданское содействие” Светлана Ганнушкина. Фото: refugee.ru

Занимаясь 8 лет строительным бизнесом, я – как и подавляющее большинство коллег – сотрудничал с мигрантами и всегда с благодарностью вспоминаю эти годы и тех работавших на меня узбеков и таджиков, с которыми свела жизнь. С гранитчиком Фазли я перезваниваюсь до сих пор – просто так. Чаще звонит он – как многие узбеки (точнее, он туркмен из Самарканда, говорящий по-таджикски), Фазли любит видеосвязь. Доброжелательный человек, строгий бригадир, качественный специалист по природному камню и не только. На стройке общение заказчика и подрядчика не бывает безоблачным, но за годы сотрудничества я не мог не почувствовать их внутренней добропорядочности, умения дорожить хорошим. Однажды лет через семь после того, как я перестал заниматься бизнесом и все наши деловые отношения прекратились, узнав, что я снимал фильм в Самарканде, где живёт его сын Акмал, и не сказал, что туда отправляюсь, Фазли огорчился: «Ты у меня дома не был!». «Через два года в сентябре, опять там буду, постараюсь зайти», – пообещал я и забыл. Но за два месяца до моей новой командировки Фазли позвонил и напомнил: «Акмал очень ждёт, будет встречать».

Акмал действительно встретил нашу съёмочную группу на микроавтобусе и попросил предупредить, когда мы все можем быть у него, хотя бы за день, чтобы успеть всё приготовить: «Там есть блюдо с таким горохом, который мама варит 12–14 часов, – обязательно надо попробовать». Я рассчитывал на «визит вежливости»: час-полтора. Через несколько дней нас ждал царский приём и щедрый стол, где плов подают на пятое. Мы начали пир ранним вечером в доме, а закончили ближе к полуночи на дворе за дастарханом после экскурсии по дому и двору, которые прадед Фазли получил от своего прадеда. На ужине нас встречали все домочадцы: жена, дочки, младший брат и сестра, тётя, которую вызвали специально на наш ужин прямо со свадьбы, и мама – с неё возглавлявший стол Акмал начал представление домашних: «Это мама – наша царица». 

Главная проблема с мигрантами не их преступность, а наша растущая национальная рыхлость

Сегодня, на мой взгляд, главная проблема с мигрантами не их преступность, а наша растущая национальная рыхлость. Мы принимаем узбеков, таджиков, киргизов не так, как принимают гостей, радушно, но зная, кто за что в ответе, кто хозяин этой земли. Не рассказываем им о своей истории, культуре, вере, традициях, не учим языку, потому что сами сегодня слишком слабо во всём этом разбираемся. Русское в нас само уже не восстановится, а произошедшая от общности «советский народ» эрэфская национальность пока не родилась – слишком гнилой корень. Среди общественных независимых организаций у нас очень мало таких, которые помогали бы мигрантам, дружили с ними. Государство же безлично и бесчеловечно, ему свойственны противоречивые реакции. 

Ровно через неделю, 30 сентября, заканчивается мораторий на выдворение из России иностранных граждан и лиц без гражданства, не имеющих законных оснований для пребывания в стране. Предыдущий мораторий, не дав ему закончиться 15 июня, продлил президент РФ Владимир Путин, чтобы мигранты могли разрешить свои трудности с законом и продолжить работать здесь. В мае он сказал президенту Таджикистана Эмомали Рахмону, что мы нуждаемся в мигрантах, потому что «рабочих рук у нас не хватает в целых отраслях экономики».

 Медиапроект s-t-o-l.com

Президент России Владимир Путин и президент Таджикистана Эмомали Рахмон. Фото: Администрация
Президента России

Министерство строительства РФ в сентябре объявило, что запускает пилотный проект и намерено привлечь на российские стройки 10 тысяч рабочих из Узбекистана. А в день бужаниновского убийства вице-мэр Москвы Владимир Ефимов сказал в  интервью «Известиям», что в столице сегодня «не хватает порядка 200 тысяч иностранных рабочих». «Мы надеемся, что в ближайшее время ограничения на их въезд в страну будут смягчаться», – добавил он. 

«Ксенофобия – страх перед чужим – присуща человеку как виду, но “человек естественный” должен компенсироваться “человеком культурным”, – считает Светлана Ганнушкина. – Надо понимать, что пока существует человечество, не настанет такой день, когда мы победим ксенофобию. Мы должны об этом думать, когда воспитываем наших детей, когда мы говорим с нашими студентами, с нашими соседями, коллегами и так далее. Это должна быть непрестанная работа культуры». 

Остаётся добавить, что «культурный» – не значит «дрессированный», умеющий обуздывать страсти и демонстрировать толерантность, а способный к общению, заинтересованный в другом и других, потому что сам глубоко укоренён в своей национальной культуре и любит её.

Включить уведомления    Да Нет