×

«Материализм — это прекрасная и захватывающая картина мира…»

В Москве прочел лекцию один из самых известных философов современности Дэвид Чалмерс
+

Что может быть самым интересным для человека? Рискнем предположить, что это ответ на вопросы: «Что есть я?» и «Почему я понимаю, что я это я?». Загадка, ответ на которую даже непонятно, где искать. Конечно, можно погрузиться в мир научно-философских трудов в поисках ответа. Совершенно иное дело – услышать объяснения современного философа, автора ряда научных работ о сознании, одного из основателей Ассоциации научных исследований сознания и просто харизматичного лектора Дэвида Чалмерса. Его имя знают все, кто хотя бы поверхностно сталкивался с современной философией. Он признанный эксперт в области философии сознания. Встречу с ним в России очень ждали, что и подтвердил аншлаг на лекции, организованной Московским центром исследования сознания при философском факультете МГУ. Лекция называлась «Трудная проблема сознания: 300 лет спустя». Эксперт в области исследования сознания рассказал, почему проблема – «трудная», можно ли её решить и что изменилось со времени постановки данного вопроса.

Сознание как возможность восприятия событий человеком и отчёта об этих событиях изучается различными науками. В первую очередь мы говорим о комплексе биологических и медицинских наук, исследующих возможности нашего мозга, существующие нарушения и способы их ликвидации. Сознание является предметом рассмотрения и для психологов, разбирающихся в субъективных переживаниях человека и проблемах, связанными с ними. Аспект осознанности действий важен и для юристов. Категория сознания является ключевой и для философии. Казалось бы, столько лет множество наук изучают сознание! Какие могут остаться белые пятна? И всё же мы вынуждены признать, что современная наука не может дать исчерпывающие ответы на все вопросы, касающиеся сознания.

Одним из таких вопросов является «трудная проблема сознания». Формулировка данной проблемы была предложена самим Чалмерсом. Он разделил проблемы сознания на «лёгкие» и «трудные». Речь идёт не о сравнении по степени сложности или приоритетности. Можно сказать, что во многом это различие связано с методами, с помощью которых можно исследовать сознание человека. Современная наука, изучающая объективные функции, связанные с сознанием, занимается «лёгкой проблематикой». Это та сфера, в которой главенствует наука, изучающая головной мозг человека, нервную систему, способы передачи и переработки информации, память и т.д. Соответственно, и методы, используемые для исследования сознания, связаны с изучением деятельности нашего мозга. Но достаточно ли биологии и физики для объяснения феномена нашего сознания? Благодаря науке мы можем узнать, какие процессы (чисто физиологические) происходят в нашей голове, что такое нейроны и синаптические связи, существующие между ними. На первый взгляд, область исследований понятна, но возникает вопрос: а откуда берётся осознание себя? Как система нервных импульсов порождает наше мышление? Почему мы выделяем себя из окружающей среды, являемся познающим субъектом? Почему деятельность нашего мозга сопровождается сознанием? Современная наука не может дать исчерпывающего ответа на эти вопросы, да и сам предмет исследования не совсем совпадает с её привычной компетенцией.

В философии существует негласное правило: искать истоки каждой проблематики у древних греков. Обычно Платон и Аристотель приходят на помощь при поиске первых мнений по поводу той или иной проблемы, но в данном случае ответов нет. Существующие в то время попытки обратить внимание на сознание не были систематизированы, так что о возникновении дискуссий по вопросу сознаний можно говорить уже в Новое время, поэтому и возникает «300 лет спустя».

В наше время Чалмерс выделяет несколько основных вариантов решения вопроса. Первый блок — материалистический. Это философский редукционизм, т.е. сведение более сложной проблемы к решению простых. Он выделяет три подхода в рамках данного блока. Первые — это «материалисты типа А», которые считают, что «трудной проблемы» просто не существует, всё решается лишь ответами на «лёгкие» проблемы. Вторые — «материалисты типа B», также считающие, что сознание — чисто физическое явление, которое и нужно изучать соответствующими научными методами. Они обращают внимание на разрыв понятий, в которых формулируются эти проблемы. «Трудная проблема» становится такой из-за добавления к вопросу сознания терминов, не связанных с наукой и научными методами.

Главное отличие этих подходов в сведении сознания сугубо к физическому явлению. Чалмерс критикует их: «Материализм — это прекрасная и захватывающая картина мира, но для объяснения сознания мы должны использовать дополнительные ресурсы». К аналогичному выводу пришёл и современник Чалмерса американский специалист по философии сознания Томас Нагель: «Каковы бы ни были формы сознания (на Земле и в космосе), тот факт, что организм имеет сознательный опыт вообще, означает, что существует нечто, что значит быть этим организмом».

Более симпатизирует Чалмерс третьему подходу — панпсихизму, представлению о всеобщей одухотворённости природы. В данном случае сознание воспринимается как фундаментальная часть природы, не сводимая только к физическим свойствам. Такой подход критикуется многими как ненаучный.

Принципиально иной блок подходов называется инфляционизмом. Их объединяет мнение о несводимости решения проблемы к чисто физическому решению без рассмотрения феноменальных аспектов сознания (квалиа) – того, как вещи выглядят для нас. Здесь важен наш чувственный субъективный опыт. Интересно, что об этом сказал известный физик XX в. Эрвин Шредингер: «Ощущение цвета нельзя свести к объективной картине световых волн, имеющейся у физика. Мог бы физиолог объяснить его, если бы он имел более полные знания, чем у него есть сейчас, о процессах в сетчатке, нервных процессах, запускаемых ими в пучках оптических нервов в мозге? Я так не думаю».

Чалмерс склоняется к одному из таких подходов: интеракционистскому дуализму (интеракционизму). Интеракционизм – подход, объединяющий две независимые субстанции: материю и сознание. Они независимы друг от друга, но взаимодействуют. Подобная позиция гораздо ближе эксперту, отношение которого к данной проблеме в течение его исследовательской работы менялось. Сейчас на вопрос о своём мнении относительно «трудной проблемы» он отвечает, что панпсихизм и интеракционизм в одинаковой мере кажутся ему верными: 50 на 50. Возможно, 49 на 49, а 2 % всё же остаются за материализмом. Изменится ли его позиция в будущем, решится ли «трудная проблема» сознания? При ответе на эти вопросы вновь возникает число 300: да, возможно, в ближайшие 300 лет решится…