×

Немного об экстремизме и Священном Писании

Президент России Владимир Путин внес в Госдуму проект федерального закона «О внесении изменения в Федеральный закон “О противодействии экстремистской деятельности”», в котором глава государства предложил запретить относить цитаты Библии, Корана и других священных писаний к экстремизму
+

Согласно законопроекту, размещенному в базе данных Госдумы, Закон  «О противодействии экстремистской деятельности» дополняется статьей 3.1 следующего содержания: «Статья 3.1. Особенности применения законодательства Российской Федерации о противодействии экстремистской деятельности в отношении религиозных текстов. Библия, Коран, Танах (Священное писание в иудаизме) и Ганджур (собрание священных буддийских текстов), их содержание и цитаты из них не могут быть признаны экстремистскими материалами».

В пояснительной записке к законопроекту отмечается, что согласно закону «О свободе совести и о религиозных объединениях», «именно христианство, ислам, иудаизм и буддизм составляют неотъемлемую часть исторического наследия народов России». Поэтому «предлагается установить, что Библия, Коран, Танах и Ганджур, составляющие духовную основу упомянутых религий, их содержание и цитаты из них не могут быть признаны экстремистскими материалами».

Интересно, что эта законодательная инициатива появилась не на пустом месте – поводом для составления законопроекта стал скандал на Сахалине, вспыхнувший в августе этого года, когда судья Южно-Сахалинского суда Наталья Перченко признала экстремистским материалом книгу «Мольба (дуа) к Богу: ее значение и место в исламе». Эта тридцатистраничная брошюра, вышедшая под редакцией шейха Нафигуллы Аширова, сопредседателя Совета муфтиев России и председателя Духовного управления мусульман азиатской части России. В брошюре содержатся отрывки из Корана с комментариями, посвященные тому, как именно правоверный мусульманин должен обращаться в своих молитвах к Аллаху. Словом, книжка как книжка, ничего такого особенного, и самым экстремистским в ней можно считать следующий отрывок: «Скажи: “Я взываю только к своему Господу и никого не приобщаю в сотоварищи к Нему”. (Сура «аль-Джинн», 72:20 аят). Т.е. здесь Аллах повелел Своему посланнику взывать только к Одному Аллаху, не приравнивая к Нему никого и ничего в своем зове и мольбе (дуа). Долг всех мусульман состоит в том, чтобы возносить свою мольбу (дуа) только Одному Аллаху, Творцу всего сущего, и не взывать к какому-либо другому творению, будь это пророк, святой или ангел. Только Один Аллах является Всесильным, Всеслышащим и никто из смертных рабов не может отвратить зло от них, ведь всякий отсутствующий или мёртвый не слышит и не может ни ответить, ни, тем более, принести пользу или вред…»

Казалось бы, какой здесь экстремизм? Но в том-то и дело, что и приговор судьи  Натальи Перченко случился тоже не просто так. Еще в 2013 году по инициативе местного УФСБ и Центра по противодействию экстремизму была проведена проверка Сахалинской общины мусульман, в ходе которой и была найдена эта брошюра. Возможно, если бы сей труд был увесистым фолиантом да еще с  золотым тиснением, следователи бы не обратили на книгу никакого внимания. Но тоненькая брошюрка с черно-белой обложкой сразу же была изъята в качестве вещдока – уж слишком эта брошюра была похожа на самодельные агитационные материалы ваххабитских проповедников.

Но тут стоит сказать, что и проверка Центра «Э» тоже прошла вовсе не случайно. Дело в том, что вообще-то в Южно-Сахалинске действуют две мусульманские организации: «Сахалинская община мусульман» Духовного управления мусульман азиатской части России  (ДУМАЧР) и местная «Махалля», действующая под эгидой Центрального Духовного Управления Мусульман России (ЦДУМ). Загвоздка лишь в том, что, как пишет сахалинская пресса, одна из общин пользуется поддержкой губернатора и спецслужб, другая же – напротив, считается опасной группировкой изгоев и маргиналов (и вы, читатель, должно быть, уже догадались, кто есть кто).

Основной же конфликт, как это водится, развернулся вокруг власти и собственности. Как писал в своем воззвании исполнительный секретарь «Сахалинской общины мусульман» (СОМ) Максим Суровцев, власть давно хотела бы запихнуть их общину в структуру ЦДУМ, но они против: «навязывание властями подчинения мусульман определённой структуре, в частности ЦДУМ, противоречит как законодательству и Конституции РФ, так и канонам Ислама…» Кроме того, «к представителям ЦДУМ нет доверия по причине дискредитации данной структуры и их руководителя – Талгата Таджуддина, в связи с его действиями, противоречащими основам ислама, а также провокационными и деструктивными высказываниями…»

Второй вопрос касается мечети, строительство которой анонсируется обеими общинами уже лет восемь-десять. Причем местная власть уже придумала выделить общинам по помещению – конечно, это далеко не новые апартаменты, безусловно, там – аварийное состояние и срочно требуется ремонт, но все-таки это гораздо лучше, чем ничего. В частности, «Сахалинской общине мусульман» планировалось выделить бывший ангар МЧС, да только ключи, как утверждает Максим Суровцев, оказались в руках их конкурентов – дескать, если хотите мечеть, то вступайте в нашу организацию. Словом, СОМ отказались и вот уже несколько мусульман Южно-Сахалинска собираются в разрушенном цеху бывшего завода РМЗ (ремонтно-механический завод), где молятся прямо под открытым небом среди бетонных стен. Конечно, их можно было бы назвать кучкой маргиналов, да вот только в СОМ входят многочисленные представители таджикской, узбекской, киргизской, азербайджанской диаспор, давно уже осевшие в городе.

Так или иначе, но в 2013 году к противостоянию  мусульманских общин подключились  спецслужбы и Центр «Э». Правда, проверка никаких результатов не принесла, что для любого сотрудника правоохранительных органов является абсолютно неприемлемым результатом – ведь честь  мундира обязывает завершить проверку с материалом для обвинительного приговора. Да и пресловутая статистика раскрываемости требует постоянного роста показателей. Тогда-то  в ход и пошла найденная брошюра, составленная главой ДУМАЧР шейхом Ашировым. Прокурор  Татьяна Билобровец направила брошюру шейха на лингвистическую экспертизу, которую, по ее признанию, устроили специалисты местного УВД и Сахалинского госуниверситета. Затем по решению суда была устроена еще одна судебно-психологическая экспертиза, которая также признала книгу «экстремистской».

В итоге, после того, как судья Перченко вынесла свой вердикт, скандал с книгой вышел уже на федеральный уровень. Например, глава Чечни Рамзан Кадыров призвал привлечь к ответственности судью и прокурора: «Если же должным законным образом с ними не разберутся, то в первую очередь из меня сделают преступника. Я лично призову их к ответу, ибо для меня в этой жизни нет ничего выше Корана. И я готов защищать его до конца. Я осознаю всю ответственность за свое требование и готов ее нести». На защиту книги встал и протоиерей Всеволод Чаплин, который обратил внимание, что в данном случае оспаривается право, центральное для многих религий: «право утверждать, что именно твоя религия истинна, что обращаться нужно только к одному единственному истинному Богу».

В итоге прокуратура Южно-Сахалинска направила жалобу на решение судьи, принявшей «неправильное решение, так как они (прокуратура) просили суд признать экстремистским только мнение автора этой книги, а не аяты из Корана».

Вот президент Путин и поспешил выступить верховным арбитром схватки, попытавшись лихо разрубить гордиев узел проблем одним ударом. Тем не менее, законопроект президента все равно оставляет после себя какое-то странное впечатление.

Ведь, как ни крути, но получается, что президент своей неуклюжей защитой  по сути признал, что в священных вероучительных книгах есть экстремистские материалы. Только на них, на этот экстремизм не надо обращать внимания, потому что  это наш правильный традиционный экстремизм, освященный веками и опытом предков. В отличие от чужого экстремизма – плохого и запрещенного.

Но ни Библия, ни Коран, ни даже Танах с Ганджуром вовсе не нуждаются в таком лицемерии. Также им не нужна и защита невежд.

С другой стороны, разве может подобное половинчатое решение действительно стать надежной преградой от нападок на священные тексты? Почему бы президенту не разработать законопроект, запрещающий губернаторам издеваться над людьми? Или разве не назрела необходимость принятия закона, запрещающего правоохранительным органам фабриковать материалы дел и гоняться за процентом раскрываемости?