×

Одиннадцать человек против системы

45 лет назад была основана первая правозащитная организация в СССР – Московская Хельсинкская группа. На борьбу с правозащитниками были брошены силы КГБ: кого-то арестовали, кто-то депортировали

 
+

Кто защитит права советских людей?

Чем дальше уходит время от даты развала Советского Союза, тем странней и непонятней становятся некоторые аспекты жизни коммунистического государства. Для современного поколения термин «диссидент», по сути, мало что говорит. Соответственно, мало кто понимает, чем эти самые диссиденты занимались. А их роль по-настоящему велика. Диссиденты не боялись враждебного политического строя и первыми в советском обществе пытались отстаивать гражданские права.

Права человека в те уже далёкие времена никто не защищал. Большевистской власти это было невыгодно. Да и никаких законодательных лазеек у правозащитников тогда не наблюдалось. Но всё изменил 1975 год.

Тогда в столице Финляндии состоялись переговоры между двумя противоборствующими лагерями – социалистами и капиталистами. Каждая из сторон пыталась решить свои задачи. Окунаться с головой во все нюансы соглашения, которого удалось достичь, нет смысла. Главное то, что СССР добился официального признания нахождения в его составе Прибалтийских республик. Тогда это преподносилось как величайшая победа советских дипломатов. Ради достижения этой цели переговорщики согласились на «незначительную ерунду», а именно: на уважение частной жизни, свободу слова, вероисповедания, свободного выезда за границу и беспрепятственного возвращения. В общем, дипломаты поставили галочку в графе «гуманитарные обязательства». Естественно, никто всерьёз не думал эти пункты исполнять, но… внезапно появившейся лазейкой в законодательстве воспользовались правозащитники. Юрий Орлов и ещё десять неравнодушных человек 12 мая 1976 года основали Московскую Хельсинкскую группу – организацию, которая должна была напоминать большевистской власти о Хельсинкском соглашении.

 Медиапроект s-t-o-l.com

Юрий Орлов. Фото: Сахаровский центр

– Люди были воодушевлены, – вспоминает правозащитник Лев Пономарёв*. – У них появилась конкретная цель. Не обязательно надо быть идеологическим противником, либералом или ещё кем-то, сопротивление шло изнутри. Группа объединила людей, которым был неприятен советский строй, и дала им цель. Тогда диссиденты не были организованной группой людей, которые по-своему пытались высказать своё недовольство. Именно Юрий  как лидер Московской Хельсинкской группы  сумел всех объединить.

Юрий Орлов – фронтовик, выпускник МГУ, учёный-физик и правозащитник. Ещё в 1956 году он на партийном собрании назвал Сталина и Берию «убийцами, стоящими у власти», а затем потребовал «демократии на основе социализма». Естественно, такого ему простить не могли. Орлова уволили из Института теоретической и экспериментальной физики. И он подался в Армению, где начал работать в Ереванском техническом институте. Несмотря на политические взгляды, какое-то время Юрий Фёдорович смог спокойно работать. В 1963 году он стал доктором физико-математических наук, а ещё через пять лет дослужился до члена-корреспондента Академии наук Армянской ССР. Работал в Институте земного магнетизма, ионосферы и распространения радиоволн Академии наук СССР. Но в 1973 году Орлова уволили за поддержку Сахарова.

– Я познакомился с Юрием благодаря науке. Наши взгляды совпадали. Но я не состоял в Московской Хельсинкской группе, понимал, что это не моё. Юрий же никогда не участвовал в диссидентских акциях. Он был против этого, – рассказывает Пономарёв.

Режим против диссидентов

Мирного сосуществования государства и правозащитников не получилось. На открытое письмо в защиту Владимира Буковского от клеветы, опубликованное в «Литературной газете», система ответила жёстким ударом.

Подъём гражданской силы не входил в планы тогдашнего руководства страны.

Деятельность Орлова, Людмилы Алексеевой, Михаила Бернштама, Елены Боннэр, Петра Григоренко, Александра Гинзбурга, Анатолия Щаранского, Александра Корчака, Мальвы Ланды, Виталия Рубина и Анатолия Марченко стала для власти полнейшей неожиданностью. Большевики внезапно для самих себя поняли, что Хельсинкское соглашение стало западнёй, из которой законными методами выбраться не получилось бы. Недооценка силы гражданского общества и привела к карательным мерам. Дело в том, что подобные же организации начали появляться и в советских республиках. А подъём гражданской силы не входил в планы тогдашнего руководства страны.

 Медиапроект s-t-o-l.com

Генри Киссинджер, Леонид Брежнев, Геральд Форд и Андрей Громыко на встрече в рамках Конференции по безопасности и сотрудничеству в Европе, Хельсинки 1975 год. Фото: Courtesy Gerald R. Ford Library / David Hume Kennerly

Орлова арестовали в том же 1976 году. Через некоторое время суд приговорил его к семи годам заключения и пяти годам ссылки за правозащитную деятельность.

– Юрий как политзаключённый отбывал ссылку в селе Кобяй, которое находится в Якутии. Мы с ним переписывались, а ещё я возил к нему на встречу жену. А в 1983 году Орлова доставили в Москву. Его обменяли на разведчика Захарова, пойманного в США. После обмена Юрия лишили советского гражданства и выслали за океан, – вспоминает Пономарёв.

 Медиапроект s-t-o-l.com

Юрий Орлов в ссылке в Якутии. Фото: Сахаровский центр

На членов Московской Хельсинкской группы началась охота. Помимо Орлова были арестованы за правозащитную деятельность Гинзбург, Щаранский, Ланда. Алексеевой, Григоренко и Рубину пришлось покинуть СССР. Несмотря на репрессии, группа не погибала. К ней присоединялись новые люди. Но и власть не сбавляла обороты – и победила. В 1982 году Московская Хельсинкская группа объявила о прекращении своей деятельности. На тот момент она состояла всего из двух человек – Елены Боннэр и Наума Неймана.

– Во время Перестройки Московская Хельсинкская группа возобновила свою работу, – говорит Пономарёв. – Произошло это в 1989 году. К ней примкнули Орлов и Алексеева, которые тогда находились в Америке. Я тоже работал над восстановлением группы, хотя так в неё и не вошёл. Позже я звонил Орлову и просил его вернуться в Россию, говорил: «Вернись, ты будешь президентом». (В то время наши люди работали с Ельциным, Лужков выделил помещение.) Но он отказался. Юрий сказал мне, что хочет заниматься наукой. А ведь у него действительно были необходимые качества: он умел работать, обдумывать, строить. В Америке он женился и полностью посвятил себя науке. Мне не довелось побывать у него в гостях, но мы часто общались. В Россию он так и не вернулся. А в сентябре 2020 года его не стало. Почему он не стал возвращаться? Думаю, Юрий сам ответил на это в предисловии книги «Опасные воспоминания».

 Медиапроект s-t-o-l.com

Книга Юрия Орлова «Опасные мысли. Мемуары из русской жизни». Фото: Издательство «Захаров»

Вот, что он написал: «Меня иногда спрашивают, почему я сам не возвращаюсь в страну. Отвечаю. Я не эмигрировал добровольно, а был лишён гражданства и депортирован прямо из Лефортовской тюрьмы. Я жертвовал для страны своей научной карьерой начиная с 1956 года и личной свободой – с 1977 года, во времена, когда моё личное сопротивление режиму было наиболее эффективным и когда подавляющее большинство вполне эффективных сегодняшних политиков-антикоммунистов было ещё встроено в коммунистическую систему».

* * *

Московская Хельсинкская группа работает и по сей день, что делает её старейшей правозащитной организацией в нашей стране. Длительное время группу возглавляла Людмила Алексеева, вернувшаяся в 1993 году в Россию из эмиграции. После её смерти структура руководства организации была изменена, и  с 2019 года Московскую Хельсинкскую группу возглавляют три сопредседателя: Валерий Борщёв, Вячеслав Бахмин и Дмитрий Макаров.

___________________________________________

* Включён Минюстом в реестр СМИ-иноагентов

Включить уведомления    Да Нет