×

Опыт, который всегда с тобой

«Если раньше в разговоре могла проскочить фраза: “Скорей бы уже жить отдельно”, то сейчас я ничего подобного уже не слышу», «карантин, как оказалось по итогам, подарил нам очень многое: общение, погружение в семейную историю и традиции», «малыши были счастливы, что вся семья рядом столько времени...» – и другие истории о семейной изоляции
+

«Нет худа без добра»

Переосмысляя опыт социального дистанцирования, можно заметить, что помимо негативных эмоций карантин принёс и хорошее. Международное исследование Ipsos, проведённое совместно с Kinder® Barometer и охватившее мнение родителей и детей из России, Италии, Германии, Франции, Великобритании, Польши, Китая и Саудовской Аравии, показало, что вынужденное длительное пребывание дома всей семьёй способствовало улучшению отношений разных поколений.

Согласно исследованию, 85 % родителей и 88 % детей считают времяпрепровождение в режиме самоизоляции весьма позитивным, поскольку оно послужило усилению взаимной привязанности (так думают 75 % родителей и 83 % детей). А если говорить конкретно о России, то этой точки зрения придерживаются 66 % соотечественников – меньше, чем в среднем в мире, но всё же больше половины. На высокую долю положительных оценок карантина повлияло в первую очередь увеличившееся время на творческие занятия с детьми: чтение и спортивные игры (с ними связывают успех в разностороннем развитии детей 97 и 98 % родителей соответственно), а также на рисование (его роль в самореализации ребенка отмечает 81 % родителей).

 Медиапроект s-t-o-l.com

Фото: Е. Самарина/mos.ru

Оптимистичные настроения опрошенных могут показаться отчасти странными, ведь у каждого из нас найдётся не один пример того, как временное «заключение» в четырёх стенах, напротив, стало причиной ссор и семейных конфликтов. И это объяснимое явление, считает семейный психолог и автор книг «Дети и деньги» и «Играй, Агата!» Катерина Демина: «Очень многое в период карантина зависело от жизненных обстоятельств. Это в принципе довольно сложно – не ощущать негатива, когда тебя принудительно лишают выбора и свободы передвижения. А представьте себе, если двое взрослых оказываются в одной комнате с маленьким ребёнком, и обоим нужно дистанционно работать. Это и стеснённое положение в замкнутом пространстве, и постоянный дискомфорт от того, что все друг другу мешают. Это очень тяжело. Да даже просто трое детей в малогабаритной “двушке” – это уже Армагеддон. Неудивительно, что позитивным исходом социальной изоляции многие семьи считают уже хотя бы то, что “не поубивали” друг друга».

Тем не менее мы собрали для вас вдохновляющие истории, которые подтверждают результаты международного исследования.

 

Родной язык

«В Германии карантин объявили ещё 13 марта. Я как раз летела из Москвы, всем уже замеряли температуру, но основное масочное безумие ещё не началось, – рассказывает искусствовед Анна Колесникова. – Нам сообщили, что детские сады закрываются на неопределённое время, и я поняла, что нам предстоит то ещё веселье. Я хоть и не работала, но высиживать детей дома оказалась не вполне готова. Младшему – Тимычу – было тогда четыре с небольшим. А мальчик он у нас активный, жутко непоседливый. И без своих детсадовских товарищей он очень тосковал. К счастью, старшие брат с сестрой восполнили пробел. 

Карантин стал для нас настоящим прорывом. В первую очередь это касается того, что Тимыч наконец заговорил по-русски. Для нас это было важно, но мы видели, что ему язык даётся непросто. Он в принципе заговорил поздно, а поскольку в сад ходил с двух лет и слышал там только немецкую речь, то пытался говорить именно на этом языке. Дома, конечно, мы всегда говорим только по-русски, читаем только по-русски. И всё же пока не объявили локдаун, сын предпочитал немецкий. Видимо, просто чаще его слышал. Так уж вышло, что пока вся семья не оказалась дома, пока мы не стали просто физически больше общаться, говорить на родном языке вслух, подвижек не было. Тимыч говорил на странной смеси языков, вставляя в корявую русскую речь более близкие и понятные ему немецкие слова. В общем, неподготовленным умам его было сложно понять. И вот в этом смысле карантин стал для нас подарком. В карантин мы стали больше читать. Вместе со старшими Тимыч начал смотреть фильмы и мультфильмы на русском языке. И так постепенно родной язык стал для него действительно родным. Сейчас, конечно, он пойдёт уже в школу, где снова будет много немецкой речи, но мы счастливы, что карантин дал нам возможность больше общаться, больше вместе погружаться в родную культуру, а для Тимыча стал переломным моментом и буквально научил говорить по-русски».

Встретились дома

«Для нас карантин стал подарком, потому что мы все наконец “встретились” дома и стали много общаться, – рассказывает фотограф Марина Дьяконова, – В целом у нас всегда были тёплые отношения, никаких крупных конфликтов и ссор, но из-за плотного графика у каждого мы общались постольку-поскольку. Я работаю, дочь и сын учатся и занимаются на множестве дополнительных секций. Особенно дочка в этом плане активна – как у Барто: “драмкружок, кружок по фото…”, она увлекается театром, музыкой. Могла убегать в школу с утра и до десяти вечера дома не появляться…

На период пандемии мы осели дома, замедлились, начали больше разговаривать на серьёзные темы. И в первую очередь, конечно, дети между собой. На тот момент старшей дочке было 16, сыну 12. Но разница в возрасте им не помешала. Я была удивлена, с каким кайфом они, оказывается, беседуют, что-то делают вместе. Насколько они не чужие люди. Просто пока мы не оказались так надолго вместе дома, у них банально не хватало на это времени. За время карантина сын очень вырос – и физически, и умственно. Я даже иногда удивлялась, какие сложные темы они обсуждают, каким он стал рассудительным. Ну и вместе мы, конечно, стали больше времени проводить. Освоили скандинавскую ходьбу, расчехлили велосипеды, чего не было очень давно. Так что карантин действительно пошёл нам на пользу».

 

Бесценный опыт

«Я клинический психолог. В течение многих лет работала в детском многопрофильном медицинском центре и продолжала эту деятельность в период пандемии, – рассказывает  Мария Афонина. – В начале пандемии было постоянное ощущение тревоги и ожидания чего-то страшного. И когда после обучения (на территории нашего центра открывали инфекционный стационар, поэтому в параллели с основной работой мы проходили специальные тренинги) и до начала работы в инфекционном стационаре я всё-таки оказалась дома, это было невероятно тоскливо. Не хватало движения, прогулок, встреч с семьёй и друзьями, театров, впечатлений. Была счастлива, когда наконец появилась возможность выйти на работу в “красную зону”! Наконец ушло чувство тоски и тревоги, в целом в жизни появился смысл. Очень запомнилось ощущение от первых заходов в “красную зону”: волнительно, страшно, но при этом очень интересно и много энергии и идей. За время работы совершенно другие отношения выстроились со многими коллегами – более тёплые и эмоциональные. Очень благодарна, что в моей жизни был этот опыт! Он бесценный! 

К тому же это добавило уважения к моей профессии со стороны сына. Я не могу сказать, что мы много и подробно обсуждали работу. Но я ему присылала свои фотографии из “красной зоны”, немного рассказывала, что за подростки там лежат, о чём они переживают, советовалась с ним, что предложить им для занятий. Про нашу клинику были репортажи на ТВ, к тому же общий фон благодарности в обществе к тем, кто работает в больницах, был очень высоким. Из всех знакомых сыну семей только я одна работала в “красной зоне”. Так что это была очень приятная особенность и исключительность. Конечно, все проявляли интерес, расспрашивали его о моей работе, его рейтинг и популярность тут же возросли!

 Медиапроект s-t-o-l.com

Фото: Е. Самарина/mos.ru

И всё же этот опыт был непростым. Справиться со стрессом помогала физическая активность, прогулки после работы по пустующим набережным и улицам города, домашние дела и, конечно, общение с сыном. Мой график был такой: нечётные дни с утра до вечера – работа, чётные дни я дома  полностью в его распоряжении. Мы купили раскраски по номерам – вечером творили в своё удовольствие. Ещё одним расслабляющим занятием стали, как ни странно, контурные карты по географии и домашние задания по ИЗО. Ещё начали изучать языки с приложениями на телефоне. После дистанционных школьных уроков сына мы вместе обедали и шли гулять в лес (к счастью, он очень недалеко от дома). Гуляли, разговаривали про школу, про фильмы (за время карантина посмотрели столько, сколько не смотрели никогда), про лагерь (на майские он участвовал в интересной онлайн-смене), строили планы. Но главным открытием стал Zoom, который помог сблизиться не только нам с сыном, но и всей семье. К моменту его дня рождения все уже хорошо освоили платформу, так что мы созвонились с бабушкой, дедушкой, тётями, старшим братом, двоюродными сёстрами и братом – пили чай, ели торты. Каждый у себя дома, кто-то в других городах и даже странах, но всё равно было очень тепло и появилось невероятное ощущение общности!»

Мы есть друг у друга

«Мы с дочкой обе заболели в первую же волну коронавируса, – вспоминает когнитивно-поведенческий психолог Екатерина Семёнова. – Это было очень непросто. Нам, конечно, помогали друзья и знакомые, приносили под дверь продукты, подбадривали в мессенджерах. Включился и инстинкт выживания, когда уже не тратишь силы на ссоры и попытки друг друга “поубивать”. Но, мне думается, тут важно другое. Я отчётливо помню это ощущение: мы только вдвоём в целом свете. Казалось, мир вокруг просто перестал существовать. Вот нас двое – и всё. В карантин оголились все нервы, все истинные чувства вышли наружу. И я счастлива, что истиной оказалась любовь. В этот момент пришло осознание: то, что мы есть друг у друга, – это бесценно. 

Не могу сказать точно, что происходило в душе у дочки, но, думаю, нечто похожее. Мы очень поддерживали друг друга. Мы стали гораздо ближе. И если раньше в разговоре могла проскочить фраза: “Скорей бы уже жить отдельно», – то сейчас я ничего подобного уже не слышу. Мне кажется, что воспоминания об изоляции, помощи друг другу в болезни и это ощущение, что в целом мире есть только мы друг у друга, останутся с нами навсегда. Все наши дальнейшие мысли и поступки будут в своём фундаменте иметь этот опыт. Это наша опора в будущем.

Были, впрочем, в карантине и другие плюсы. Дочь, например, начала зарабатывать. Давать уроки вокала дистанционно. И это тоже стало позитивным результатом нашего высиживания дома. У неё появилась уверенность в себе и в завтрашнем дне (помимо любимого дела, а музыку и пение она обожает). Да и собака в жизни ещё столько не гуляла, как в карантин, который оказался на удивление обогащающим приключением».

Новые правила и семейные музеи

«Я довольно быстро поняла, что история с вирусом – это надолго, поэтому сразу начала готовить своих подростков к новой жизни, – делится опытом консультант по семейной педагогике Марина Солотова из Тюмени. – Долгое сосуществование в замкнутом пространстве могло вывести куда угодно: мы могли напрочь разругаться или, наоборот, научиться жить максимально комфортно вместе. Для этого мы и придумали правила. 

Для начала проговорили, какие бытовые мелочи и нюансы поведения были для нас раздражающими друг в друге в “обычной” жизни. Договорились по возможности исключить эти раздражающие факторы.

Ввели также самое главное правило: если чувствуешь, что начинаешь заводиться, прячешься в свою комнату и выпускаешь пар там наедине с собой. К счастью, у каждого было по комнате. А для других членов семьи закрытая дверь была сигналом: не трогать. 

Строго-настрого в семье был запрещён повышенный тон. Вот просто как данность. А ещё мы поровну разделили все обязанности по дому. Очень важно было исключить бардак и аналогичные бытовые вещи как ещё один раздражающий фактор. Так что мы блюли чистоту и много готовили. Ведь в привычном режиме руки, как правило, доходили только до ужина, если и доходили. А тут – полный набор. И мы, надо сказать, очень этим увлеклись. Начали пробовать новые блюда, новые кухни. В итоге сын и дочь стали больше времени  уделять друг другу, дому, стали более самостоятельными. И это очень помогло, когда я всё-таки свалилась с ковидом и почти месяц провела в больнице. Мои подростки отлично справились одни дома. Горжусь!

Наши правила стали также неплохим фундаментом для моих семинаров с родителями “Как не сойти с ума на карантине”. Многие во время пандемии испытывали повышенную тревожность, и мы вместе разбирали, что можно делать вместе с детьми, чтобы избавиться от стресса и провести время вместе с пользой. Мы и сами в семье стали больше говорить друг с другом, больше смотреть вместе фильмов – старых в том числе. Разобрали фотоархив. И то же самое делали участники моих онлайн-встреч. Многие впервые поговорили с детьми о своих родителях, бабушках и прабабушках, дедах и прадедах. Показывали фотографии. А одна семья даже сделала семейный музей!

Карантин, как оказалось по итогам, подарил нам очень многое: общение, погружение в семейную историю и традиции, а также новые правила, которые никуда не делись. С нами навсегда останутся общие обязанности по дому, новые кулинарные таланты, уважительное отношение к чужим границам и стремление всё-всё обсуждать в семейном кругу. Разве может быть что-то важнее?» 

 

Осознанность спасает

«Опыт моих клиентов показывает, что действительно среди родителей и детей были и те, которым карантин принёс позитивные эмоции, – уточняет психолог Катерина Демина, – в первую очередь это малыши. Они были счастливы, что вся семья рядом столько времени. Прошли все соматические недомогания, вызванные ощущением недостатка внимания. Воссоединение семьи стало облегчением и для тех родителей и подростков, у которых начали возникать первые признаки тревоги от сепарации.  Я и сама была счастлива, что моя младшая дочь успела проучиться в лицее только часть семестра – и вернулась домой.

 Медиапроект s-t-o-l.com

Фото: mos.ru

Некоторое облегчение испытали и те, кто ввиду жизненных обстоятельств был в “загоне”. Ежедневные ранние подъёмы, чтобы “раскидать” рыдающих детей по школам и садам и успеть на электричку в Москву, – это стресс. И если карантин дал возможность им работать из дома за городом и проводить время с детьми, это стало необходимой передышкой. 

Сложнее всего пришлось ученикам средней школы: им явно недоставало социального общения, а также тяжелее всех прочих школьников давалась дистанционная учёба (уже довольно сложный материал, с преподнесением которого онлайн учителя категорически не справлялись).

В остальном можно говорить о том, что сплотились в карантин именно те семьи, у которых и до пандемии отношения выстраивались наилучшим образом, поскольку у них большой ресурс принятия друг друга. Легче было тем, кто осознан, кто знаком с психологическими реалиями, кто в нужный момент занялся сеттингом проживания – установил новые правила,  очертил границы, старался регулировать своё собственное состояние. Очень важно понимать, что все наши истории успеха связаны с тем, что их участники умеют разговаривать друг с другом, осознавать себя, относиться с уважением к чужим чувствам. К сожалению, во многих семьях не принято что-либо обсуждать. Более того: нередки даже нападки из серии “Зачем мы вообще об этом заговорили, стало только хуже”. Типичное отношение к жизни – отстранённое: “Оно само”. А действия всегда спаяны с чувствами, а следовательно, как только появился внутренний дискомфорт – его надо отрефлексировать. Иными словами, для комфортного сосуществования – и в ситуации “вынужденного заточения”, и в “обычной” жизни – необходимы определённые навыки общения и ощутимые усилия со стороны всех участников коммуникации».

Включить уведомления    Да Нет