×

«Полюбить назад уже не получится»

Ровно 10 лет назад в Беларуси прошла первая акция молчаливого протеста, положившая начало целой серии аналогичных флешмобов, известных как «Революция через социальные сети»
+

Акции протеста в 2011 году организовывались инициативными группами через социальные сети ВКонтакте и Facebook. Их участники регулярно собирались в центре белорусских городов и выражали свой протест аплодисментами, не скандируя при этом никаких лозунгов, призывов или требований. Молчаливый протест был направлен против политики руководства страны, приведшей к финансовому кризису, девальвации белорусского рубля и резкому скачку цен. 

Протесты продолжались с июня по октябрь, всего состоялось около 15 протестных флешмобов. За первые два месяца, когда акции были более массовыми, задержано было около 1 800 человек. О событиях тех дней вспоминает политолог, религиовед, активная участница белорусских протестов с 1997 года Наталья Василевич.

Джунгли зовут – люди в штатском задерживают

– За президентскими выборами 2010 года последовали политические репрессии: почти всех альтернативных кандидатов посадили, было много уголовных дел против активистов. В то же время начала ухудшаться экономическая ситуация: произошла девальвация.

Акции протеста не планировались в каком-то определённом месте, люди не ходили организованной толпой – каждый занимался своим делом, просто в какой-то момент кто-нибудь начинал хлопать – и все вокруг, кто слышал, к нему присоединялись. При этом в толпе оказывались милиционеры в штатском, которые задерживали хлопающих. В отличие от предшествовавших акций оппозиции, которые концентрировались обычно в Минске, протесты 2011 года проходили по всей Беларуси. У этих протестов не было глобальной цели (например, кого-нибудь освободить), не было лозунгов – люди просто хлопали. Это позволяло в случае чего быстро «спрятаться»: перестал хлопать – и ты уже не участник акции.

 Медиапроект s-t-o-l.com

Задержание одного из участников сотрудниками в штатском. Фото: Gruszecki / Wikimedia

Акции проходили вечером в среду. Была даже песня протеста – из детской передачи 1990-х годов «Джунгли зовут»:

Вечером в среду после обеда

Сон для усталых взрослых людей.

Мы приглашаем тех, кто отчаян,

В дикие джунгли скорей.

Потом милиция начала перекрывать центр города, и граждане пытались встречаться в торговых центрах, в микрорайонах. Но такая рассредоточенность в итоге привела к тому, что акции потихоньку сошли на нет. 

«Такого в 2011 году не было»

Эти акции не были похожи на нынешние протесты. В 2020 году произошло что-то качественно новое: требования протестующих были очень конкретны, акции были гораздо более массовые и спонтанные. Даже в отсутствие интернета (власти пытались глушить его после выборов) люди просто собирались группами и шли в центр. Брутальность разгона и опасность для участников сегодня несравнимо выше. 

 Медиапроект s-t-o-l.com

Акции протеста в Минске, 16 августа 2020 года. Фото: Максим Шикунец/ Wikimedia

Сейчас около 500 человек – политзаключённые, это никак не сравнится с 2011 годом. И никогда в истории современной Беларуси не было такого брутального подавления любой жизни. Основанием для ареста могут стать носки не того цвета или флаг, находящийся дома в шкафу. Свидетели в судах анонимны, с ними невозможно поспорить. Огромное количество адвокатов лишено лицензии. Давление оказывается и на церковь – православную, католическую, протестантские: приходят чиновники из разных ведомств, требуют прекратить проповеди на определённые темы. 

Всё, что происходит независимо от государства, является основанием для преследования: задерживали людей, которые кормили на улице бездомных. Ещё один вопиющий случай: люди праздновали Новый год в деревне в лесу, украсили елку в бело-красно-белые цвета, пили шампанское, слушали музыку, водили хоровод вокруг ёлки, а потом выложили в соцсети фотографии с праздника. И что же? 6-го числа, под Рождество, когда они вышли из дома, чтобы идти на всенощную, всех арестовали и посадили на сутки. В изоляторе они ещё и коронавирусом заразились. В Гродно в одном из приходов был детский праздник – пришли из милиции, всех разогнали, родителей арестовали. Такого в 2011 году не было.

О Романе Протасевиче

 Протасевич не первый заключённый, которого заставляют участвовать в такой программе (основатель и бывший главный редактор telegram-канала NEXTA Роман Протасевич 3 июня в эфире белорусского гостелеканала ОНТ признался в организации беспорядков в Беларуси в 2020 году и заявил, что уважает Александра Лукашенко – прим. ред.). Тут, очевидно, имела место сделка со следствием. В случае с Протасевичем это скорее всего невыдача его так называемой прокуратуре так называемой Луганской Народной Республики. Там, понятно, никакого суда и следствия нет, а есть публичные казни, пытки, унижения. Там бы никто не стал разбираться, действительно ли он участвовал в военных действиях: его бы попросту расстреляли. 

 Медиапроект s-t-o-l.com

Роман Протасевич. Фото: кадр из оперативного видео

Я смотрела это «интервью» отрывкам и не услышала там ничего нового. То есть цель была не получить от него какую-то новую информацию, а заставить его выразить респект своему мучителю, охарактеризовать Лукашенко как человека «со стальными яйцами». То, что происходит с Романом Протасевичем, беспрецедентно. Хотя пытки, конечно, применялись и раньше: в 2011 году мой коллега, кандидат в президенты Алесь Михалевич, свидетельствовал о пытках в СИЗО. 

Есть ли надежда на успех?

Протесты – важный инструмент, позволяющий напугать власть. (Хотя они у нас носили мирный характер, и нас за это многие критиковали, особенно украинцы. Но это был протест против насилия, использовать насилие в таком протесте было бы странно.) Важны протесты и для того, чтобы люди увидели, сколько их, почувствовали свою силу. Есть также цель показать международному сообществу, какой выбор сделали белорусы, и попросить помощи, потому что своих сил не хватило. 

Мы знаем, что сейчас ведётся серьёзная международная работа. Есть надежда на то, что международное сообщество теперь понимает: вопрос демократии в Беларуси – это вопрос безопасности и благополучия не только самих белорусов, но и всего цивилизованного мира. Это показал инцидент с Ryanair: он стал сигналом к тому, чтобы мировое сообщество всерьёз стало обсуждать введение секторальных санкций в отношении целых отраслей производства и индивидуальных санкций в отношении тех, кто причастен к пыткам. 

Давление на режим Лукашенко происходит и в сфере культуры: белорусские культурные деятели смогли добиться исключения Беларуси из гонки на Евровидении (фальсификации у нас происходят не только на выборах, но и при отборе исполнителей), было отменено много спортивных мероприятий. А спорт и шоу-бизнес – это также источники доходов белорусской элиты, и число недовольных среди бизнесменов будет расти. Поэтому есть шанс, что, действуя правовыми методами, страны Запада смогут заставить режим Лукашенко пойти на переговоры. Таким образом мы подойдём к новым выборам, которые станут началом перезагрузки политической системы. Даже обсуждение санкций уже имело определённый эффект: на днях трое политзаключённых были вывезены в Польшу.

 Медиапроект s-t-o-l.com

Группа «Галасы ЗМеста». Фото: Галасы ЗМеста / YouTube

Остаётся, правда, фактор России, которая компенсирует негативный эффект санкций. Но в любом случае, я уверена, откат назад, как после протестов 2011 года, уже невозможен. Произошло качественное изменение гражданского общества. «Полюбить назад» уже не получится. 

Включить уведомления    Да Нет