×

Сколько стоит Гора?

Победа гражданских активистов в борьбе за шихан Куштау – одна из редких побед гражданского общества в современной России. Разбираемся, кто кого победил, и беседуем с участником событий
+

Противостояние местных жителей и содового комбината на горе Куштау в Башкирии завершилось победой первых. Локальный конфликт стал темой федерального масштаба, в которой точку поставил президент РФ: Владимир Путин поручил прокуратуре проверить законность сделки, сокращающей долю государства в Башкирской содовой компании. То есть комбинат не просто признан неправым в данном конфликте, но ещё и будет наказан – не за приватизацию, конечно, но за создание очередного очага нестабильности в регионах.

Корреспондент «Стола» изучила историю конфликта и восстановила хронологию победоносного «стояния у Горы», побеседовав с непосредственным участником событий.

Сейчас на его месте затопленный котлован, напоминающий то ли панорамы битв Первой мировой войны, то ли пейзажи Мордора

«Гора». Это имя в последние дни в Башкирии превратилось в нарицательное: так экоактивисты называют шихан Куштау, которому грозило уничтожение. Что речь шла отнюдь не об аккуратной разработке с сохранением ландшафта, а именно об уничтожении, – никто из защитников не сомневался. Ведь у всех перед глазами результаты разработки шихана Шахтау, который служил источником сырья для производства кальцинированной соды с 1949 года. Сейчас на его месте затопленный котлован, напоминающий то ли панорамы битв Первой мировой войны, то ли пейзажи Мордора. Братьев-шиханов осталось три: Куштау, Юрактау и Торатау.

 Медиапроект s-t-o-l.com

Котлован с искусственным озером на месте шихана Шахтау. Фото: Google Maps.

«Гору необходимо разрабатывать». У этого утверждения солидная экономическая база. Сода, гидрокарбонат натрия, действительно полезный продукт, несомненно необходимый на любой кухне, входящий в технологический процесс производства лекарств, бытовой химии, огнетушителей и даже резины. А комбинат БСК – шестой по величине налогоплательщик в Башкирии и крупный работодатель, который кормит по меньшей мере половину города Стерлитамака, содержит школы и детские сады, позволяет простому человеку выплачивать кредиты.

Но если в 1949 году в Советском Союзе природоохранного законодательства не существовало как такового, то сейчас Федеральный закон об охране окружающей среды и Федеральный закон о животном мире запрещает любые действия, разрушающие среду обитания видов, занесённых в Красную Книгу. Между тем на Куштау в последние 5 лет работала группа учёных Башкирского университета, и биологи обнаружили, что шихан является местом обитания более 40 видов растений и животных, занесённых в различные Красные Книги – федеральную, Республики Башкортостан, международную. Это очень высокая концентрация охраняемых видов на такой сравнительно небольшой территории, отмечает эксперт Greenpeace Михаил Крейндлин. Юрактау и Торатау, имеющие сходную экологическую значимость, уже давно получили природоохранный статус.

Как всё начиналось

Драматические события начались на Горе ещё зимой, до карантина. В соцсетях распространились сообщения, что на Куштау идёт геологоразведка. Этими сообщениями жители Башкирии вынуждены были довольствоваться, потому что республиканские СМИ молчали; но даже этого хватило, чтобы по воскресеньям на склонах стали появляться первые живые цепи.

На Гору пригнали технику для вырубки леса. 9 августа на Куштау приехало около трёх тысяч человек, и у подножия образовался лагерь

В начале августа слух вспыхнул, как пожар: на Гору пригнали технику для вырубки леса. 9 августа на Куштау приехало около трёх тысяч человек, и у подножия образовался лагерь. А ночью с 9-го на 10-е в него проникли неизвестные молодые люди в масках, которые начали громить палатки, невзирая на то, что там находились женщины и дети. По словам очевидцев, рядом стояли полицейские машины, но реакции правоохранителей пострадавшие так и не дождались.

 Медиапроект s-t-o-l.com

Палаточный лагерь защитников горы Куштау в ночь с 9-го на 10-е августа. Фото: vk.com/saveshihan

После столкновения 10 августа в башкирских СМИ всё-таки появилась информация о том, что Куштау кто-то пытается защитить. Но к защитникам применялись эпитеты «ваххабиты», «наркоманы», «безработные», «националисты». Все эти персонажи, по мнению журналистов, и захватили Куштау, чтобы не пустить туда градообразующий комбинат.

Ольга Литвиненко – жительница Стерлитамака, художник. Она уже много лет рисует пейзажи Башкирии, и шиханы тоже служат для неё источником вдохновения. Ольга следила за развитием ситуации с самого начала, но на первый пикет в защиту Горы вышла 15 августа.

«Мой коллега из художественной школы, – рассказывает она, – позвонил и сказал, что в 8 часов вечера у администрации города будет проходить митинг. Мы собрались, отправили информацию знакомым. Народу было немного, но мы взяли маркеры, лист бумаги, нарисовали плакаты: «Куштау, живи». Тяжело сидеть просто так, когда ты видишь, что к женщинам, к детям применяется насилие. И очень многие, с кем мы потом разговаривали на Горе, говорили так же: что наступает определённый момент, когда уже невозможно молчать».

Пикет прошёл спокойно. А на следующий день, 16 августа, Ольга со знакомыми поехала на Куштау. Поехали своим ходом, взяв с собой мусорные мешки и перчатки: по соцсетям стихийно распространился призыв на субботник.

«К этому моменту было уже известно, что на Горе находится охрана и полиция, – отмечает Ольга. – Были сведения, что после разгона лагеря тут же заехала техника». Очевидцы рассказывали, что ехал большой экскаватор, за ним сразу шёл ОМОН, а следом работники БСК, которые тут же устанавливали проволоку и «ежи». И всю ночь они работали, и к ним в автобусах подвозили смену. Было известно, что во время разгрома лагеря задержано 70 человек, применялся слезоточивый газ и шумовые гранаты.

 Медиапроект s-t-o-l.com

Разгон лагеря правоохранительными органами на горе Куштау. Скриншоты из видео vk.com/saveshihan

«Мы ходили и молились»

Ольга с другими активистами взяли машину до посёлка Шахтау, а потом несколько километров надо было пройти пешком до Куштау. Вышли на трассу, и почти сразу останавливается машина.

– Вы куда? – спрашивает женщина за рулём.

– К Горе.

– Садитесь, мы тоже.

Доехали до поселка Урняк. К тому времени уже везде стояла полиция, автобусы, автозаки. Приезжающих записывали на видео. Народу было примерно от тысячи до двух. Очень много молодых – мужчин и женщин.

Активисты двинулись на гору с мешками и перчатками. Шли и скандировали «Куштау, живи» по-русски и по-башкирски. Выходили местные жители, тоже поддерживали, кричали что-то, некоторые присоединялись. Из-за того, что вокруг было много полиции и росгвардейцев, мужчины собрались и пошли впереди колонны. А женщины, дети, пожилые шли следом. «По дороге мы собирали мусор, заходили в лес и забирали всё, что находили», – говорит Ольга.

Но колонна натолкнулась на шлагбаум. Дорога к лагерю была перекрыта, и далеко по обе стороны в лес уходило заграждение из «ежей» и колючей проволоки. Многочисленная охрана объявила экоактивистам: «Вы вступаете на территорию комбината БСК. Это проникновение незаконно».

Около полутора часов две стороны – вооружённая охрана и постоянно пополняющаяся колонна экоактивистов – стояли друг напротив друга.

– Мы ходили и молились, чтобы всё обошлось мирно, – рассказывает Ольга. – А потом отошли, чтобы найти спокойное место и пообедать. Когда же вернулись, то увидели, что шлагбаумы снесены, дорога открыта. Мы, всё множество людей, прошли по дороге и увидели поляну с лагерем. Росгвардия сгруппировалась в одном месте – видимо, её отодвинули специально. (Позже в лагерь пришёл военный, полковник Росгвардии, и сказал в кругу: «Мы не хотим ничьей крови, мы не будем ни во что вмешиваться, если вы будете вести себя прилично»). А по другую сторону поляны уже стояла огромная баррикада, которую за это время соорудили защитники. Мы сначала опешили, а потом прошли за баррикаду. На поляне, кстати, уже стоял временный домик, и за заграждением мы увидели инструменты, электростанции и технику для разработки территории.

Подъезжающих просили брать с собой продукты и воду, и все делились друг с другом. В основном были люди из ближайших городов

Активисты стали собирать мусор и, пока собирали, увидели, что едут машины, и БСК загружает инструменты и технику и увозит! Люди приветствовали их, радостно кричали, водители тоже улыбались и кивали им. Всё это время на Куштау не было дождя. (В городе в этот день дождь лил, не переставая.)

Люди всё подъезжали и подъезжали, в соцсетях писали, что на Горе уже собралось до 7–8 тысяч человек. Подъезжающих просили брать с собой продукты и воду, и все делились друг с другом. В основном были люди из ближайших городов.

«Но состояние было напряжённое, потому что ходили слухи, что откуда-то с обратной стороны нас окружает ОМОН», – рассказывает Ольга.

Победа?

И в этот момент приехал глава Башкортостана Радий Хабиров.

Росгвардия двинулась, люди забеспокоились и побежали за баррикаду. Хабиров объявил, что по Куштау будет принято компромиссное решение, а до тех пор Гору трогать не будут.

24 августа стало известно, что Хабиров действительно направил главе Министерства природы Дмитрию Кобылкину обращение с просьбой придать Куштау статус особо охраняемой природной территории регионального значения. В Минприроды заявили, что готовы оказать этой просьбе содействие.

 Медиапроект s-t-o-l.com

Глава Башкортостана Радий Фаритович Хабиров на встрече с активистами на горе Куштау. Скригшот из видео.

Итак, противостояние как будто снято. Но получены ли какие-то определённые ответы? Относительно статуса охраняемой природной территории пока существуют лишь обещания, а где теперь брать сырьё для социально значимого производства – непонятно никому. Минпромторг предупреждает: если комбинат БСК прекратит свою деятельность, Россия больше не сможет оставаться экспортёром кальцинированной соды.

В этой дилемме, впрочем, ничего нового нет: она возникает везде, где экоактивисты борются с наступлением цивилизации на природу. Вопрос в том, о какой именно цивилизации в каждом конкретном случае идёт речь и кто определяет её ценности.

Включить уведомления    Да Нет