×

«Слуга народу»: предвыборный сериал

Сериал «Слуга народа» стал предвыборным манифестом новоизбранного президента Украины Владимира Зеленского. «Стол» разбирался, за что именно проголосовали 73 % украинцев.
+

Украинский сериал «Слуга народа» было бы неправильно оценивать просто как произведение киноискусства. И дело здесь не в его художественных достоинствах или недостатках. Задним числом понятно, что он изначально задумывался как политический манифест. Манифест, обращённый не к политическим и не к интеллектуальным элитам, а к народному большинству – к избирателям. И уж точно неслучайно третий сезон сериала, состоящий всего из трёх серий, пришёлся как раз на последние дни президентской избирательной кампании.

Последнюю серию «Слуги народа», показанную за два дня до выборов, можно было бы озаглавить: «Украина моей мечты». По сути, это была политическая программа Владимира Зеленского, с которой он шёл на президентский выборы. Помноженная на уже полюбившийся образ учителя-президента Василия Голобородько, оттенённый карикатурными, но очень узнаваемыми оппонентами, она дала те самые 73 %, с которыми Зеленский победил во втором туре президентских выборов.

 Медиапроект s-t-o-l.com

Скриншот сериала «Слуга народа»

Сериал послужил новоизбранному президенту политической биографией, которой в реальности у него не было. И эта «биография» избирателям понравилась. Перед нами уникальный феномен: визуализация мнения 73 % сегодняшних украинцев, 30 % из которых предпочли Зеленского всем остальным кандидатам (процент в первом туре), а у остальных 43 % он по крайней мере не вызвал аллергии.

Именно в этом качестве мы и рассмотрим «Слугу народа», задав к нему самые животрепещущие вопросы об Украине и украинцах. Те самые, которые на протяжении последних пяти лет – благодаря Киселёвым, Толстым, Скабеевым, Норкиным и иже с ними – составляют главный предмет забот российской телеаудитории. Итак, за что же проголосовали украинцы?

Отношение к русскому и русским

Один из главных упрёков, адресованный создателям сериала, – это его русскоязычие. Действительно, всё неформальное общение главных героев происходит на русском языке. Украинский в сериале – это язык новостных ТВ-выпусков, официальных встреч, заседаний Рады, а ещё язык общения ультрапатриотов, явно отрицательных здесь персонажей. «Украинский язык и культура изображены как некий маргинальный аборигенский фольклор на фоне русского языка», – недоволен украинский политолог Валерий Майданюк. «Украинский вплели только в маленькие эпизоды шароварного сорта», – возмущается журналистка Татьяна Кузьминчук в программе «Особый взгляд» на телеканале ZIK.

Учителя и вузовские преподаватели в сериале (герой Зеленского и преподаватель истории у студентов-медиков из будущего) подчёркнуто русскоговорящие. В классе историка Василия Голобородько один из учеников говорит только по-украински, и, кажется, учитель его не всегда понимает, другим приходится переводить. Заготовленную спичрайтерами инаугурационную речь Голобородько, как и положено по протоколу, начинает читать на украинском. Но она ему явно не близка, он откладывает листок и, попросив разрешения говорить своими словами, экспромтом произносит совершенно другую речь по-русски. Единственная украинская фраза, как виньетка, венчает его выступление («Вот это, украинцы, я вам обещаю!»).

Во втором сезоне, однако, заметна серьёзная идеологическая «подгонка». Объём украинской речи существенно возрастает, герой Зеленского внезапно выучивает державну мову и при необходимости свободно на ней изъясняется. Более того, он поправляет министра иностранных дел, который из-за плохого знания украинского языка перепутал прилагательные «северная» и «южная» по отношению к Корее, чем спровоцировал международный скандал. В быту, однако, всё остается без изменений: язык общения главных героев – русский.

Голобородько коробит от шуток над «москалями»: для него и его команды это дурной тон. Всё это идеологический багаж его предшественников.

 Медиапроект s-t-o-l.comСкриншот сериала «Слуга народа»

Вообще российская тема представлена в сериале своеобразно. Россия не входит даже в число «героев» (или антигероев) второго плана, как, например, Евросоюз. Есть русскоговорящие Луганская и Донецкая области, которые находятся на содержании у России, есть Путин, над которым в разговорах периодически подшучивают, есть зависимость от российской нефти (одно или два упоминания). Это практически всё. Психоэмоциональная свобода от России тоже входит в проект счастливого будущего от Зеленского.

Интересно завершение конфликта между антагонистическими республиками – ультранационалистическим «Галицким королевством» и пророссийским «СССР» (в третьем сезоне Украина переживает период раздробленности). Обе республики по отдельности были не прочь присоединиться к Большой Украине (как это сделали до них другие сепаратисты), но ни в какую не желали существовать в составе одной страны, их руководителей было рискованно даже за один стол сажать.

Примечательно, что моральную победу в этом противостоянии одерживает «СССР», но не его вороватый, зависимый от России президент Карасюк, а простые люди – шахтёры. Примирение состоялось независимо от руководства республик и даже вопреки его воле: на одной из шахт в Галицком королевстве произошла авария, и десятки шахтёров оказались заперты под землёй. Самым быстрым и логичным решением было бы обратиться за помощью к шахтёрам Донецка, у которых есть необходимые специалисты и технологии. Но бешеные националисты готовы были неделями ждать помощи от Китая, только бы не обращаться с просьбами к заклятому врагу. Когда же помощь из Донецка приходит без приглашения, те пытаются не пустить их в шахту.

Впрочем, те, кто против, – это шайка головорезов с выпученными глазами, галицкие шахтёры их запросто оттесняют и с благодарностью принимают помощь от русскоязычных собратьев с востока страны. Несмотря на различие языков общения, вражды между ними никогда не было. Вот так в идеальной Украине Зеленского должны заканчиваться межнациональные конфликты.

А как же Крым?

Самый животрепещущий вопрос – чей Крым? – обыгран в сериале в том же ключе, что и вся история взаимоотношений с Россией: факт оккупации/присоединения Крыма просто отсутствует, хотя события разворачиваются в современной Украине, после 2014 года. В период раздробленности (2019 г.) Крым не избежал судьбы других регионов: на его месте возник Крымский эмират, и Россия здесь абсолютно не при чём, власть на полуострове захватили крымские татары во главе с Эмиром Тахтаяровым. С ними и предстоит вести переговоры собирателю украинских земель Василию Голобородько.

– Наш многострадальный Крым: его и воевали, и дарили, и передавали… И все кричали «Крым наш!» Вы, кстати, кричали? – обращается к президенту бывший премьер-министр Юрий Иванович Чуйко.

– Конечно! Я всегда говорил: «Крым наш», – отвечает Зеленский-Голобородько.

– А зря! Эмирцы – они очень злопамятны.

– А вы что – не говорили?

– Я всегда был толерантен. Я и этим, и этим – и вашим, и нашим – всем говорил: Крым ваш, Крым ваш, Крым ваш!

Вот в таком лёгком жанре если не решена, то по крайней мере представлена у Зеленского крымская дилемма.

Друг ли Европа?

Ещё один устойчивый миф, который пытается разрушить в своём предвыборном сериале Зеленский, – это благоговение Украины перед Евросоюзом. Европейские лидеры здесь более склонны вести дела с опытными в политике олигархами, а не с каким-то безвестным Голобородько. Да и вообще не горят они желанием видеть Украину сильной и независимой. Президенту предлагают развивать сельское хозяйство и забыть о космосе и спутниках. В ответ на возражения напоминают о многомиллионных долгах Украины. При этом между собой лидеры «Семёрки» признают, что в случае возврата всех долгов им придётся поставить восьмой стул для украинского президента.

Как вернуть долги Европе?

Более оригинальный способ придумать сложно. Вняв аргументам любимого президента, граждане скидываются всем миром (как уже дважды собирали деньги на кампанию Голобородько) и выкупают свою страну из рабства у Евросоюза.

Как покончить с энергозависимостью от России?

Развитием высоких технологий: из трёх тонн мусора можно получить столько же энергии, сколько из тонны нефти. Не говоря уже о решении экологических проблем. Без российской нефти не заасфальтировать дорог (битум получают из нефти)? Так ведь можно строить бетонные. Дороже? Зато долговечнее.

На все основные вопросы ответы были даны. За них и проголосовали.