×

Сплошной комсомол

Устали от двойных стандартов
+

Ко всем содержательным вопросам в отношении текущего голосования на минувшей неделе добавились филологические: слово «Конституция» в бюллетенях употреблено в винительном падеже вместо предложного («Вы одобряете изменения в Конституцию РФ?», хотя надо: «Вы одобряете изменения в Конституции РФ?»). На это обратили внимание в Институте русского языка им. В.В. Виноградова РАН, пресс-секретарь президента в ответ пообещал отреагировать, а чуть позже общественность узнала, что на «чистоту голосования это не влияет». В очередной раз привыкаем к несовпаденьям… Социологи, со своей стороны, удивились формулировке вопроса, начинающегося с «Вы»: в обычных социальных обследованиях употребляется более нейтральный оборот: «Согласны ли Вы», «Одобряете ли Вы» и т. д. Но тут, видимо, было не до вежливости.

Призывы «сохранить родную речь», отвечая на неграмотно составленный вопрос в бюллетенях, являются лишь частным случаем укрепившегося в стране двоемыслия: одно видим – другое на ум пошло. Например, всем известно, что авиасообщение России с заграницей сокращено ввиду коронавируса, чартерные рейсы не летают и т. д. Однако оказывается, что число рейсов бизнес-джетов из Москвы в начале лета выросло вдвое. И оба факта остаются в порядке вещей.

Противостояние двойным стандартам и двоемыслию в русском обществе, однако, вызывает не меньшую обеспокоенность. Иногда это противостояние идёт по совсем кривому пути: ввиду ограниченности нашей исторической памяти, исковерканного опыта, взывая к жизни самые мрачные образы прошлого (в нижегородскому Бору ставят памятник Джугашвили) или просто советские мифы (в Нижневартовске чтят комсомольскую юность). От пугающего настоящего защищаются советским прошлым, которое кажется таким надёжным и простым, потому что до сих пор осталось нераскаянным, непонятым и по-хорошему не пережитым. Кто из воспевающих комсомол помнит что-либо об истоках этого движения? «В 1920-е годы двести тысяч комсомольцев (призыв был с 16 лет) убивали несогласных на фронтах Гражданской, другие бились на внутреннем фронте (как, например, Пётр Смородин – генеральный секретарь ЦК РКСМ в 1921–1924 годах и по совместительству член «особой тройки» НКВД)». Кто задумывался, почему именно комсомольцы 80-х стали первым «приватизаторами» в 90-е, реализовав на практике идею двойных стандартов? Вряд ли кто-то из доброхотов, готовых сегодня собираться у нижневартовского памятника.

Зато внезапно взволновала отечественные СМИ весть, что в США собрались снести памятник Александру Баранову, основателю русской Аляски, – как колонизатору и поработителю коренных народов. Как будто мы сами не снесли всю память о таких, как Александр Андреевич – русский предприниматель и государственный деятель – в 1917 году. Тут следовало бы скорее удивляться, что за океаном память о подобных людях дожила до XXI века, а на родине – закопана глубоко, надёжно заставлена монументами комсомольцам.