×

«Трагическая эротика» монархии

Элитарность и кастовость в США спрятаны от глаз массового зрителя где-то за закрытыми дверями тайных университетских обществ; в Великобритании, напротив, наряды герцогинь, их невинность до замужества, вопросы деторождения – дело публичное
+

Скандал вокруг английской королевской семьи резко усилил негативное отношение к принцу Гарри и его жене Меган Маркл в Великобритании. Это произошло после резонансного интервью, которое Меган и Гарри дали Опре Уинфри – одной из самых популярных ведущих США. В этом разговоре одной из самых шокирующих стала реплика Меган о том, что в Букингемском дворце были обеспокоены цветом кожи их будущего ребёнка Арчи. Назвать того, кто наиболее остро высказывался по этому поводу, она отказалась, потому что «это может быть слишком разрушительно» для семьи. Однако интервью и так стало сенсацией, потому что в эпоху борьбы c расизмом расистской оказалась самая влиятельная королевская семья.

Травля Меган Маркл из-за расы (её мать чернокожая) и многих других факторов (возраст, статус разведённой, американское гражданство и т.д.) довели её, как она сама отмечает, до суицидальных мыслей. Героиня еле сдерживает слёзы, ведущая искренне недоумевает по поводу нравов Виндзоров, американский зритель испытывает сочувствие и, возможно, негодование. Всё это следует по канонам жанра, в том числе жанра доверительной и откровенной беседы c Опрой Уинфри, которая сама много знает о страдании и преодолении.

Не герцогиня, а американка

Однако локально это не интервью, которое даёт герцогиня, a всего лишь разговор двух американских женщин о заокеанских нравах, им незнакомых и непонятных. Глобально это о столкновении культур. Такое интервью c Меган Маркл возможно, пожалуй, только в США c самой успешной в истории чернокожей ведущей, для которой беспокойство королевской династии Виндзоров по поводу цвета кожи их будущего наследника редуцируется до неприемлемого бытового расизма.

 Медиапроект s-t-o-l.com

Принц Гарри, Меган Макрл и Опра Уинфри. Фото: кадр из интервью CBS

Элитарность и кастовость в США спрятаны от глаз массового зрителя где-то за закрытыми дверями тайных университетских обществ. В Великобритании, напротив, это в том числе дело публичное: наряды герцогинь, их невинность до замужества, вопросы деторождения – весь этот интимный символизм глубоко политичен. И там, и там элиты и касты – это о стабильности и воспроизводстве политической системы. Для кого-то, вероятно, это не так очевидно в случае Великобритании. Наличие королевской семьи в XXIвеке, содержание которой требует немалых средств, может показаться атавизмом и ненужным пережитком. Однако для англичан наличие монархии – это о спокойствии и безопасности; это вечный демиург, который совершит своё пришествие в случае политического кризиса парламентской системы. Традиция не противоречит современности, a, напротив, переизобретается для её нужд.

Кейт Миддлтон, герцогиня Кембриджская, супруга принца Уильяма, будущего короля, происходила из богатой, но незнатной английской семьи. Когда-то их свадьба стала мировой сенсацией, потому что Виндзоры допустили в свою семью незнатную женщину, которая c высокой долей вероятности в будущем станет королевой. Однако ей пришлось пройти многолетний публичный путь, чтобы выучиться, как быть аристократкой и стать своей в жестоком мире символизма и политики. Хотя по поводу Кейт тоже было много сомнений, несмотря на то что она белая англичанка.

Большой вопрос, зачем принц Гарри допустил это интервью и тем более сам в нём появился. Одна из наиболее правдоподобных версий – месть за свою мать, принцессу Диану, которая тоже когда-то пала жертвой дворцовых интриг. Тем более Меган Маркл сама сравнила себя c Дианой в разговоре c Опрой Уинфри…

Королева Елизавета II планировала сделать заявление по поводу этого интервью, однако потом перенесла своё выступление, a затем и вовсе отменила. В первом своём публичном выступлении после этого скандала она не поднимала эту тему и предпочла говорить об освоении космоса, попутно вспомнив свою встречу c Юрием Гагариным. Букингемский дворец отделался формальным заявлением, что они «обеспокоены вопросом расизма» и обязательно разберутся, что, по сути, ничего не означает. Принц Уильям единственный из семьи высказался открыто и сказал, что среди них расистов нет.

Их нравы

История Уильяма и Кейт – это о долге и ответственности перед будущим семьи и английской монархии. История Гарри и Меган – это об обиде на семью. В каком-то смысле это та самая «трагическая эротика» – вывернутая подноготная царствующих особ, оскорбление которых нарушает их образ и подрывает символический капитал монархии (см. книгу Б.И. Колоницкого «Трагическая эротика: образы императорской семьи в годы Первой мировой войны»). В конце концов, интервью Меган и Гарри – своего рода акт отчаяния перед застывшей элитарностью и кастовостью, c которой никогда нельзя играть по своим правилам.

 Медиапроект s-t-o-l.com

Кейт Миддлтон и принц Уильям. Фото: Bart Lenoir / Shutterstock

Несмотря на то что в западном мире в целом негативное отношение к расизму, большинство англичан не поддержали интервью Меган Маркл и принца Гарри. Это означает лишь то, что в обществе могут быть любые представления о добре и зле, но это не значит, что высшие элиты живут по таким же законам: они меняются медленно и размеренно, аккуратно присматриваясь к миру, потому что в их руках стабильность. Именно поэтому расизмом, который является не только плохим тоном, но и горячей повесткой (из-за него можно лишить карьеры и публичного капитала кого угодно), английскую королевскую семью не побить. Однако Меган Маркл сыграла по знакомым ей правилам, a не по тем, по которым должна была, находясь в статусе герцогини Сассекской. По-видимому, в этом и кроется причина, почему она более не выполняет обязанности представителя королевской семьи.

Подытожить это можно хорошим русским выражением: в чужой монастырь со своим уставом не ходят. В английском языке этот же смысл передаётся ещё более тонкой фразой: when in Rome, do as the Romans do (когда ты в Риме, веди себя как римляне).

Включить уведомления    Да Нет