×

Выборы: бюллетень Бога нам еще не открыт

О самом главном в выборах и выборе в нашей стране рассуждает ректор Свято-Филаретовского института священник Георгий Кочетков, духовный попечитель Преображенского братства - самого многочисленного мирянского движения в Русской православной церкви
+

Мы живем в такое время, когда нельзя не думать о выборе пути или путей, чтобы не получилось выбора распутий. Наша эпоха не зря называется постсоветской. В истории то, что не имеет своего имени, а имеет приставку “пост”, означает переходный период, который обычно довольно быстро заканчивается. А коли так, то всем стоит думать  о том, что дальше — это и есть задача выбора. Важно думать не только о будущем, но и о прошлом: как его оценить, насколько оно качественно, крепко ли мы стоим на ногах. И самое главное – надо думать о настоящем, потому что наше будущее в том, какие мы настоящие в настоящем времени, не в масках, не в своей раздвоенности, когда хочется лишь оглядываться назад и озираться по сторонам. Какие мы сегодня, такие  обязательно будем и завтра — это наше реальное будущее. Так что выбор должен касаться прошлого, настоящего и будущего, причем в их единстве.

О политике и политиках

Выбор пути – прежде всего внутренний, духовный, культурный и цивилизационный. Он меньше всего политический. При всем могуществе современных государственных структур, при всем желании этих структур быть ведущей силой — история такого шанса этим силам не дает. Ни просто какая-то партия или какой-нибудь лидер — им не дает такого шанса история! Я это подчеркиваю именно потому, что история всех крупных сдвигов, исторических катаклизмов, переломов эпох нам показывает, что если что-то менялось к лучшему — а мы хотим выбора лучшего — это происходило не на политических путях. Политика всегда следствие того, что ждет и может предложить народ в своем лучшем слове о будущем, в своих качественных личностях — в тех людях, которые опережают свою эпоху и могут вести народ вперёд, даже вперёд и вверх. Это никогда не бывают политики. Политики могут лишь уловить эти тенденции и им следовать или им противоречить, если это реакционная политика, которая ведет людей или назад, или прямо к разрушению. Нам не нужно идти назад и не нужно идти к разрушению — это тоже касается нашего выбора.

Чтобы наш выбор стал выбором цивилизационным, он должен быть выбором просвещенным, выбором духовным, выбором ответственным

У нас должен быть выбор построения общества и народа в новом формате, в новом качестве, потому что старое, я имею в виду дореволюционное, как бы мы ни жалели о нём, в том виде, каким оно было, при всех его достоинствах и при всех его недостатках, — не восстановимо, но оно должно иметь продолжение. Нельзя повторить жизнь прежнего поколения, но новое поколение должно чувствовать себя полноправными наследниками прежнего. Чтобы наш выбор стал выбором цивилизационным, он должен быть выбором просвещенным, выбором духовным, выбором ответственным. И не просто ведущим к внешнему чувственному или материальному счастью народа. Эти вещи важны, но они меньше всего дают людям шанс на счастье, меньше всего помогают человеку узнать и исполнить своё призвание.

О самозванце

Выбор народом своего пути, конечно, осуществляется через человека — реально старшего и большего в этом народе. Это самый сложный вопрос, потому что такой человек еще не открылся. Он не известен нам. Кто это будет? Кого пошлет Господь Бог? Это не может быть самозванец. А если будет самозванец, мы должны это быстро понять, иначе наш выбор будет ложным со всеми вытекающими отсюда трагическими последствиями, как это было, например, 100 лет назад. Но пока нет авторитетного человека, который мог бы повести наш народ, чтобы восстановить наше общество, как и нашу церковь, без которой не может быть достойного восстановления нашей страны и народа. Это не означает, что все должны быть непременно в лоне православной церкви. Да, исторически русский народ был неразрывно связан с православием, и, конечно, люди должны иметь возможность видеть Православную церковь такой, какая она есть, а не такой, какой ее показывают по телевизору, или как порой озвучивают мнение церкви о церкви персоны странного духовного происхождения.

Мы не можем думать, что все люди, узнав истинную Церковь, тут же толпами побегут в храмы нашей церкви, тем более в том состоянии, в котором она сейчас находится

Люди должны узнать Православие, понять его историческое значение в формировании русского народа, его культуры, роль православных христиан в защите нашей земли от сил зла внешних и внутренних в далеком и совсем недавнем прошлом. Но мы не можем идеализировать ни в прошлом, ни в настоящем ничто и никого. Мы не можем думать, что все люди, узнав истинную Церковь, тут же толпами побегут в храмы нашей церкви, тем более в том состоянии, в котором она сейчас находится. Я думаю, пока мы не знаем таких людей или такого человека, которого можно было бы назвать по отношению ко всему обществу большим, или старшим, которого бы узнал и выбрал сам народ, и который был бы послан именно Господом Богом. Это очень трагично, но закономерно, ведь слишком долго  сознательно или не очень сознательно убирались все, кто мог претендовать на такую роль в нашей стране. Поэтому надо еще выявить этих больших и старших, кто может повести за собою большинство людей — за своим духовным и нравственным авторитетом, своим разумом и силой духа. Может быть, этот выбор не будет мгновенным, может быть, он будет постепенным. Он может сначала осуществиться лучшей частью народа, потому что не сразу такое большинство образуется. Мы должны быть очень внимательны ко всему, что происходит, ко всем, кто подает какой-то весомый голос в современном контексте жизни. Таких людей нужно немножко защищать, как бы охранять от посягательств, от того, чтобы их отсылали куда-то слишком далеко во всех смыслах.

Я думаю, что в нашей стране таким человеком обязательно будет христианин. Вообще-то в современной истории это не обязательно. Но в нашей стране сейчас, как это ни странно может показаться, он должен быть в нормальном случае православным или хотя бы чрезвычайно чутким в этом отношении человеком, который сможет взять на себя ответственность за то, что выбор пути возрождения народа и страны связан с православной верой. Может случиться и как-то иначе — в истории часто бывают неожиданности, но повторюсь, что будущее невозможно без опоры на настоящее и на прошлое.

Законный правитель

Этот год даёт нам серьёзный повод в связи со столетием убийства царя Николая II размышлять об узнавании  старшего в своём народе и нашей ответственности за происшедшее. Это вопрос тоже чрезвычайно важный и очень непростой, противоречивый. Почему? Потому что, фигура как самого императора Николая II, так и некоторых членов его семьи — непростые, все, что происходило вокруг них, было не однозначно и очень не просто. Всем понятно, что Николай II был не самым лучшим, хотя совершенно законным правителем. Это бесспорно, и это надо понимать и признавать. Он не был самым популярным царем, он делал очень много ошибок, но при этом он делал и очень много хорошего. При нем Россия достигла каких-то удивительных высот в своем развитии, в своей культуре. При том, что не было большой свободы, не было больших свершений в политической сфере вплоть до революции, до 1917 года. И, тем не менее, Россия развивалась колоссальными темпами и выходила во всех отношениях на первое место в мире. Ну, может, делила его с Германией. Об этих двух странах можно сказать, что если бы не 1917 год, они бы сейчас определяли мировую жизнь. Что в сегодняшнем контексте мы можем сказать в отношении Америки с Англией и Израилем. Эта смена мировых цивилизационных парадигм очень и очень существенна и имеет далеко идущие последствия.

Да, фигура императора сложна, он делал ошибки, но, конечно, не был злым человеком

Но вернемся к Николаю II, потому что и его нужно защищать от несправедливых высказываний в его адрес. Да, фигура императора сложна, он делал ошибки, но, конечно, не был злым человеком. Он был хороший семьянин, он, конечно, думал о благе страны, народа, как уж его понимал. Николай II хотел быть “хозяином земли Русской”, хотя часто это не получалось у него на практике, но он не был врагом России, русского народа, он ощущал себя настоящим русским царём. Можно сказать, что у него было недостаточно самокритики, но это свойственно многим монархам в истории, и здесь не нужно слишком уж нападать именно на Николая Александровича. Да, в происшедшем в 1917-м году есть вина самого императора и его близких, некоторых членов его семьи. Были у них и свои суеверия, и своя какая-то нецелостность, неглубина, недальновидность в решении некоторых важных вопросов, в том числе духовного свойства. И тем не менее, убийство Николая II и его семьи — это огромное преступление. И независимо от того, как мы относимся к канонизации этих людей, кто-то её поддерживает, для кого-то это действительно слишком спорный вопрос, но мы должны понимать, что такие преступления просто так не проходят, они требуют какого-то искупления, они требуют покаяния. Причём не отдельных людей, не только исполнителей, но и тех, кто поддержал, и тех, кто оказался глух к духовной и нравственной оценке этого ужасного события.

Покаяние и свобода

Это покаяние остаётся абсолютным императивом для всех народов, для всех людей, населявших нашу крупнейшую в мире страну. С него надо начинать, но не завершать дело покаянием. Надо вспомнить это преступление в этом году и испросить у Бога прощения. Надо подумать о том, какое значение имеет власть в нашей стране. Какой она может быть и должна быть, а какой не может быть и не должна. Подумать о том, что такое законная власть и законные выборы, а что такое выборы незаконные и какая власть незаконная. Мы должны подумать о границах всякой власти. Мы должны подумать и о власти любви — той духовной власти, которая должна быть у нас на первом месте всегда. Подумать о той свободе, которая должна уравновесить всякое начало власти и порядка в стране.

Ведь есть право, а есть правда, есть порядок, а есть свобода

Ведь есть право, а есть правда, есть порядок, а есть свобода. И мы слишком редко рассуждаем об этих вещах трезвенно. Действительно, то идёт идеализация, то, наоборот, какая-то демонизация всего, что связано с властью. Да, в русской истории — это сложный вопрос. Он всегда был сложен — тысячу лет, и не случайно русский народ выбрал себе правителем, предводителем, игуменом преподобного Сергия, а не того или иного князя, даже если его сейчас могут почитать святым. Именно человек, уподобившийся Богу, преподобный, признавался нашим народом “игуменом земли Русской”. Мы не можем повторить сейчас, что таковым игуменом является преподобный Сергий. Это время, может быть, и прошло, но остаётся актуальным само желание видеть на первом месте духовную власть, власть любви, надежды и веры.

Таким образом, воспоминания о страшном убийстве царя вместе с детьми, в том числе малолетними, и близкими людьми, совсем политически ни в чём не виновными и не заподозренными — это еще одна возможность продвинуться в вопросе национального покаяния всех народов нашей страны, в обсуждении и осмыслении своего призвания, которое должно соотноситься с нашим будущим, с нашей мечтой, или, сказать лучше, с нашим путём жизни. Чтобы этот путь действительно не превратился в распутство. Как это бывало, было в нашей истории, скажем, ХХ века, особенно после 1917 года.

Мы часто не понимаем, что государство должно быть лишь функцией общества, общественно-социальным институтом, что государство не может быть самодовлеющим началом. Оно не может претендовать на формирование основ, и глубин, и высот нашей жизни, нашего духа. Мы должны, безусловно, подумать о возрождении нашего общества и нашего народа, начиная с народа русского. Мы живём на русской земле и тоже должны об этом вспомнить. Мы не можем по-прежнему, в духе советских людей, стыдливо замалчивать то, что мы живём на русской земле и все народы, которые населяют нашу страну, живут на русской земле, потому что она собрана русским народом. Но это положение русского народа не отменяет возможности других народов свободно и счастливо жить на нашей земле.

Материал подготовил Олег Глаголев