×

«Я тебя не помню, сынок»

Около полутора миллионов человек в России страдает деменцией. Старение нации, по прогнозам специалистов, приведет к стабильному увеличению числа больных. При этом адекватное лечение сегодня получает только 5% из них
+

Причина приобретенного слабоумия может быть как устранимой, так и неизлечимой (например, при болезни Альцгеймера). В последнем случае человеку остаётся рассчитывать только на поддерживающую терапию и любовь близких.

Мёд в голове

Может быть, это похоже на гаснущие пиксели  – осыпающиеся фрагменты экрана, или на мерцание старой люминесцентной лампы, когда микрозатмения рябят в усталой голове? Слова и смыслы сталкиваются, наползают друг на друга, проваливаются, образуют заторы. Мысли виляют, скользят уховётками в потаённые щели сознания. И ты не хозяин больше ни телу своему, ни разуму. Растерянность, гнев, страх, липкое бессилие.

– На что это похоже, дедушка, когда забываешь?

– На мёд в голове. Всё слипается.

Так описывает собственную деменцию Амадеус Розенбах из фильма Тиля Швайгера «Мёд в голове». У него болезнь Альцгеймера – самая распространённая и неизлечимая форма старческого слабоумия. Немецкий психиатр Алоис Альцгеймер описал это заболевание всего лишь 110 лет назад. В 2006 году в мире было зарегистрировано 26,6 миллионов человек с таким  диагнозом, к 2050 году ожидается четырёхкратное увеличение этого числа. Земляки Альцгеймера режиссёр Тиль Швайгер и сценаристка Хилли Мартинек хорошо знакомы с этой болезнью – деды обоих умерли как раз от неё. «Мёд в голове» – трагикомедия, история умирания, увиденная глазами чуткого и любящего ребёнка, внучки главного героя. Переживая возрастное расстройство нервной системы, теряя прежние знания и умения, Амадеус Розенбах последним оплотом избирает юмор. Даже не чувство юмора, потому что адекватно оценивать тонкости эмоционально-интеллектуального обмена с другими ему больше не под силу.  Помогают привычные, обкатанные шаблоны – люди смеются, значит, опасности нет. Но есть понимание, что будет хуже. «Когда-нибудь я перестану узнавать тебя», – предупреждает Розенбах внучку Тильду. И выполняет обещание.

 

В жизни, к сожалению, веселья гораздо меньше, чем в кино. Меньше оптимизма и финансовых возможностей, меньше доброй воли и внутренних ресурсов у близких. Меньше веры, и любви часто тоже не очень много. Приобретенное слабоумие одного человека – это болезнь всей его семьи. В фильме Тиля Швайгера в эту проблему вовлечены все: сын, внучка, невестка, соседи, дальняя родня. Деменция сказывается на окружающих тяжелее, чем любые другие болезни. Денежные затраты превосходят расходы на лечение сердечно-сосудистых заболеваний, а эмоциональная нагрузка может быть значительно больше, чем при уходе за больным, страдающим раком. Ведь одновременно с беспомощностью у человека появляются неприятные изменения в характере и поведении: тревожность, агрессия, непоследовательность и противоречивость в поступках. В то же время больной всё больше и больше нуждается в помощи и поддержке.

 Медиапроект s-t-o-l.com

Фото: Jake Thacker

Мышей вылечить легче

В мире сегодня от деменции разного происхождения страдает около 50 миллионов человек. Расходы на лечение и уход за больными составляет более 800 млрд долларов США, что больше, чем ВВП Нидерландов или Швейцарии.

Болезнь Альцгеймера приобрела такую же актуальность, как рак и инфаркт. Более ста медицинских экспертов из 36 стран мира призвали бросить все силы на поиск лекарства. К 2025 году, как ожидается, средство должно быть найдено. Солидные денежные средства, выделяемые мировым сообществом «на деменцию», дают надежду, что задача будет решена. Вот в 2016 году надежды были обращены на исследования израильтян из Университета Бар-Илан. Все крупные СМИ объявили о создании ими препарата против старческого слабоумия, показавшего 100-процентную эффективность во время доклинических  испытаний. У подопытных мышей полностью исчезли все проявления болезни Альцгеймера. Но прошло немного времени, и ажиотаж вокруг израильского лекарства утих.

– За последние 10 лет появились более 100 препаратов, которые давали хорошие результаты в опытах на мышах, – рассказывает научный сотрудник отделения по изучению болезни Альцгеймера Научного центра психического здоровья Мария Гантман. – Примерно раз в полгода появляется информация, что наконец-то совершен прорыв. Но дальше этого пока не идёт, результаты на людях не утешают.

 

Неуспех учёных объясняется тем, что до сих пор не удалось до конца выяснить природу болезни Альцгеймера.  Однажды нервные клетки вдруг начинают умирать – возможно, от нехватки кислорода, или от определенных отложений внутри клеток, или от накопления неправильно свёрнутого белка. Если белок сворачивается неправильно, в тканях мозга происходит накопление амилоидных бляшек. Это становится причиной потери памяти, нарушения речи. Постепенная потеря функций организма приводит к смерти. Учёным непонятно, кислорода не хватило и белок неправильно свернулся, или наоборот, нарушение свёртываемости белка привело к недостатку кислорода?

 Медиапроект s-t-o-l.com

Сегодня известно, что на развитие болезни влияют два фактора – генетический и воздействие окружающей среды. Генетически устойчивые нейроны выдерживают большие нагрузки. А вот менее устойчивые не вынесут даже небольшого повреждения со стороны окружающей среды. Стресс, плохая экология, недостаточное питание могут нарушить обмен веществ в нервной системе, и нервные клетки начнут умирать.

– Методы, позволяющие отличить болезнь Альцгеймера, например, от атеросклероза головного мозга, появились не так давно, – говорит Гантман. – И далеко не все врачи в России имеют навык диагностики подобных заболеваний. В поликлинике невропатолог не может, да и не обязан уметь распознавать болезнь Альцгеймера. Но он должен при необходимости направить больного на обследование в специальное медучреждение.

Лекарства, позволяющие хотя бы чуть-чуть притормозить развитие болезни, стали доступными буквально в последние 20 лет. Эти препараты обеспечивают временную поддерживающую, компенсирующую терапию.

Лечение болезни Альцгеймера в России обходится сейчас приблизительно в 6 тысяч рублей в месяц на человека. Это дешевле, чем лечить рак, но всё равно дорого, ведь болезнь может длиться много лет. С недавних пор государство стало оказывать поддержку  людям, страдающим старческим слабоумием, включило противодементные препараты в список жизненно важных лекарственных средств. В Москве инвалиды получают их бесплатно. Конечно, речь идет не о дорогих швейцарских или немецких лекарствах, а о более доступных российских аналогах.

Мозги обязаны трудиться

Приобретённое слабоумие может быть симптомом нескольких недугов. Заболевания нервной системы, такие как болезнь Альцгеймера или Паркинсона, – самые частые диагнозы, связанные с деменцией. Но есть еще нарушения кровообращения в головном мозге, нарушения обмена веществ, отравления солями металлов или лекарственными препаратами, инфекции головного мозга, рассеянный склероз, черепно-мозговые травмы, опухоли мозга, гидроцефалия, алкоголизм. Каждый отдельный случай требует диагностики и особого подхода. То, что может быть вылечено, должно быть вылечено. В то же время известно, что любая форма приобретённого слабоумия, даже пока неизлечимая, чувствительна к профилактике. Образ жизни человека имеет огромное значение.

 Медиапроект s-t-o-l.com

Фото: Tiago Muraro

– Мы не можем влиять на генетику, но задавать самим себе условия среды вполне в наших силах, – говорит Гантман. – Физическая активность действительно дает отличный результат. На больших числах это выглядит особенно привлекательно. Простая быстрая ходьба полчаса в день, по эпидемиологическим исследованиям, снижает вероятность деменции процентов на 30! Такая доступная мера: оставлять машину в получасе ходьбы от дома. Не надо лениться, нужно осознанно относиться к тому, что тебя ждёт через 30 лет.

Важную роль играет метаболический синдром. Ожирение, артериальная гипертензия, сахарный диабет, атеросклероз  – мощнейшие факторы риска поражения нервной системы, в том числе и болезни Альцгеймера. Заболевания сосудов приводят к нехватке кислорода, которая всегда является причиной смерти нервных клеток. Это значит, что здоровое питание, сбалансированное по содержанию холестерина, – не формальное требование, а необходимость.

Другая важнейшая мера по профилактике старческой деменции – интеллектуальная деятельность. Разгадывание кроссвордов не останавливает развитие слабоумия, но может замедлить его при определенных условиях. Задачи, которые решает интеллект человека, должны быть разнообразными и постоянно усложняться.

 Медиапроект s-t-o-l.com

Мастерская резьбы по дереву для стариков Саши Галицкого

– Учёные исследовали влияние кроссвордов на развитие деменции, – говорит специалист по нейрофитнесу из лаборатории возрастной психогенетики психологического института РАО Илья Захаров. – В эксперименте принимали участие люди с начальным уровнем старческого слабоумия. Выяснилось, что у испытуемых, которые с начала диагностики стали активно решать кроссворды, выраженность заболевания деменцией отставала от группы, которая не решала кроссворды, на 2,5 года. То есть кроссворды действительно помогают бороться с постепенными когнитивными ухудшениями в пожилом возрасте. Но обычные кроссворды, как правило, слишком легки, чтобы оказывать серьезное действие. Возможно, люди, любящие решать кроссворды, изначально обладают большими когнитивными ресурсами. Именно эти ресурсы дают дополнительные возможности в старости. Похожая история с шахматами. Считается, что шахматы развивают мышление, но это спорный вопрос. Может быть, просто умные люди больше любят играть в шахматы. К решению однотипной задачи очень быстро привыкаешь. Нужно постоянно повышать уровень сложности. Если использовать кроссворды для тренировки ума, то их нужно выбирать всё сложнее и сложнее, плюс они должны касаться всё новых областей знаний. Иначе это занятие превратится в рутину.

По мнению нейробиологов, головной мозг нуждается в постоянном легком стрессе. Совершенно незнакомая интеллектуальная деятельность, например, изучение нового иностранного языка лет в 65–70 даёт прекрасные результаты.

Роскошь дожить до старости

Как ни парадоксально, но старческая деменция свидетельствует об успешном развитии общества. Люди научились выживать после инфарктов и инсультов, научились лечить онкологические заболевания, перестали умирать от пневмонии и сифилиса. Благодаря антибиотикам, продолжительность жизни выросла в среднем лет на 30. Таким образом, мы можем дожить до деменции, наши предки были лишены такой возможности.

Художник Саша Галицкий работает в израильских домах престарелых с очень пожилыми  подопечными, он помогает им создавать картины из дерева. Самым молодым ученикам Саши 75 лет, самым старшим за 100. Свой огромный опыт взаимодействия со стариками Саша изложил в книге «Мама, что ты говоришь?». Это практическое пособие по общению с пожилыми родителями. Там можно найти ответы на самые распространённые вопросы: как сохранять спокойствие? как не вступать в спор? как реагировать на странные просьбы?

 Медиапроект s-t-o-l.com

Саша Галицкий со своим подопечным в мастерской

– Ни один, подчёркиваю, ни один – из огромного количества стариков, с которыми я общался на протяжении последних 15 лет, не является в моём понимании адекватным человеком, с которым можно общаться легко и непринужденно, – говорит Саша Галицкий. – То есть все они, без исключения, отличаются от людей обычных, нормальных и соответствующих нашей общепринятой норме. Сказанное выглядит страшной дикостью. Может быть, даже жестокостью. Но это правда.

Терпимость, тёплое отношение к таким «неудобным» близким можно сохранить только в том случае, если сам получаешь поддержку извне. Сегодня в России на помощь родственникам больных слабоумием приходят общественные фонды и некоммерческие организации. Они поддерживают семьи психологически, учат уходу за теряющим разум человеком, помогают родным оставаться для него источником любви и связи с миром. На сайте одной из таких организаций, фонда «Мемини», зарегистрировано около 3 тысяч человек, ежегодно портал посещают до 500 тысяч интернет-пользователей. Сюда обращаются за консультацией невролога, психолога, юриста, ищут справочную информацию о деменции и правильном уходе за больными, адреса специализированных клиник в своём городе.

– Люди, которые приходят на сайт, говорят, что поняли: они не одиноки, – говорит руководитель проекта «Мемини» Александр Сонин. – Я думаю, нам удалось создать сообщество взаимопомощи людей, столкнувшихся с деменцией.

Проект «Мемини» организовал группы поддержки для родственников пациентов с деменцией более чем в 20 регионах России – в Воронеже, Екатеринбурге, Казани, Калуге, Иркутске, Кемерово, Краснодаре, Липецке, Москве.