×

Грузинский гамбит

Накануне 10-летия «пятидневной войны» с Грузией социологи «Левада-центра» выяснили, что 18 % россиян никогда не слышали о войне в Южной Осетии в августе 2008 года. Хорошо знают о происходившем тогда 23 % опрошенных, тогда как большая часть только «что-то такое слышали» о военных действиях
+

Наверное, так в мире и происходит примирение сторон: подробности войны забываются, развиваются связи и торговля, гостеприимные хозяева зовут вчерашних агрессоров в гости, рассказывая сказки о «традиционном кавказском гостеприимстве».

Впрочем, возможно и другое объяснение: как считают социологи, конфликт с НАТО и события вокруг Украины заместили в памяти россиян все другие конфликты.

Что ж, тогда вдвойне будет нелишним напомнить о том, с чего же началось новое противостояние России и Запада.

В действительности российско-грузинская война стала неожиданностью разве что только для оленеводов Таймыра, ведь запах пороха витал в Грузии уже очень давно. О войне говорили и сами грузинские политики, и не просто говорили, но в открытую призывали начать боевые действия.

 Медиапроект s-t-o-l.com

Ираклий Окруашвили и министр обороны Грузии Давид Кезерашвили (слева направо). Фото из коллекции Нино Мелия. РИА Новости / РИА Новости

Министр обороны Грузии Ираклий Окруашвили буквально накануне войны был уверен, что Россию в случае войны с Грузией ожидает неминуемое поражение:

– Мы к войне готовы, – заявлял Окруашвили. – А маленькие войны Россия не выигрывает. Вспомните хоть японскую, хоть финскую. Россия обречена на поражение.

И это говорил не просто чиновник из правительства Саакашвили. Окруашвили был одним из самых влиятельных политиков в Тбилиси, он занимал три ключевых поста: генпрокурора, министра внутренних дел и министра обороны.

Его сменщик на посту министра обороны Грузии Давид Кезерашвили также был уверен в лёгкой победе:

– Грузинская армия готова решить любую задачу в Абхазии. Конечно, есть сила, против которой ничего сделать нельзя. Если на нас сбросят атомную бомбу или ударят стратегическими ракетами, то мы ничего не сможем сделать. Но если армия будет воевать против армии, то мы способны решить любую задачу.

Давид Кезерашвили пригласил в Тбилиси израильских военных инструкторов, которые и подсказали ему стратегию штурма Цхинвала: сначала объявить о перемирии, пообещав всем амнистию и полноценную автономию, а через несколько часов, не дожидаясь ответа, «зачистить» расслабившегося противника массированным ударом «Градов».

 Медиапроект s-t-o-l.com

Первый президент Грузии Звиад Гамсахурдиа. Юрий Заритовский / РИА Новости

Погибнут российские миротворцы?

Ничего, отмахнулся министр Кезерашвили, Россия утрётся и не рискнёт начинать войну.

К войне призывали и премьер-министр Владимир Гургенидзе, и министр внутренних дел Иване Мерабишвили, и министр иностранных дел Екатерина Ткешелашвили, и председатель парламента Давид Бакрадзе, и министр по вопросам реинтеграции Темур Якобашвили. Все в один голос твердили за Саакашвили: только быстрая и победоносная война поможет нам решить все проблемы.

Впрочем, дело не только в Саакашвили и его сторонниках. У войны в Грузии была куда более фундаментальная и базовая причина, имеющая богатую историю. Причина заключается в грузинском национализме, временами переходящем в откровенный фашизм. «Грузия для грузин» – именно под таким лозунгом пришёл к власти первый независимый грузинский президент Звиад Гамсахурдиа – представитель той самой грузинской интеллигенции, что со времён Сталина воспевала национальную исключительность народа Грузии.

Это сейчас политика Гамсахурдиа кажется верхом идиотизма, но в начале 90-х он под восторженный рёв толпы провозгласил «самоблокаду от России» и даже разобрал железную дорогу, чтобы «русские оккупанты» не смогли вывезти из Грузии всё вино, чай и мандарины.

Культивировалась и ненависть к другим народам, жившим на территории бывшей Грузинской ССР.

– Осетинский народ – это мусор, который надо вымести из Грузии через Рокский тоннель, – кричал Гамсахурдиа на митингах. – Я приведу двухсоттысячную армию. Ни одного осетина не будет на нашей земле!

 Медиапроект s-t-o-l.com

Уборка улиц и восстановление зданий после окончания боев и свержения режима Звиада Гамсахурдиа. Игорь Михалев / РИА Новости

В ответ осетины потребовали автономии: дескать, территория нынешней Южной Осетии вошла в состав не Грузии, но Российской империи, ещё в 1774 году. После революции 1917 года она оказалась разделённой надвое: Северная Осетия вошла в состав Горской республики и с её ликвидацией в 1924 году стала Северо-Осетинской автономной областью; южная же часть Осетии оказалась в составе Закавказской республики, а после установления там советской власти 20 апреля 1922 года получила статус автономной области в составе Грузинской ССР, которая была ликвидирована во времена Хрущёва.

И 10 ноября 1989 года Совет народных депутатов Юго-Осетинской автономной области преобразовал регион в автономную республику в составе Грузинской ССР.

Власти Грузии признали это решение незаконным, и Гамсахурдиа потребовал наказать осетин. С этой целью он организовал «поход дружбы»: 50 тысяч грузинских националистов пришли в Цхинвал бить непокорных «чужаков». «Поход» остановили войска советской армии. Правда, в ходе потасовок погибло несколько десятков осетин и несколько сотен жителей Цхинвала получили тяжёлые травмы. Мероприятие завершилось блокадой города, которая продолжалась три месяца.

Одновременно о культурной автономии заявили и жители других регионов бывшей Грузинской ССР – прежде всего Абхазии, Аджарии, Сванетии, которые тоже совершенно неожиданно для себя стали «мусором» в государстве чистопородных великих грузин.

Более того, своей безумной политикой Звиад Гамсахурдиа смог настроить против себя и самих грузинских националистов.  В декабре 1991 года части Национальной гвардии в Тбилиси подняли мятеж против правительства, вскоре к гвардейцам присоединились вооружённые отряды националистов из движения «Мхедриони». Две недели в центре Тбилиси шла настоящая война с использованием артиллерии и танков. В конце концов Гамсахурдиа и его сторонники бежали из страны (вскоре Гамсахурдиа, осевший в Грозном, то ли был убит, то ли покончил жизнь самоубийством), а к власти пришёл бывший министр иностранных дел СССР Эдуард Шеварднадзе.

В начале 1992 года грузинские военные, изгнав Гамсахурдиа, попытались было решить силой и вопрос отколовшихся провинций. Сначала танки подошли к границе с Аджарией. Но, как гласит народная молва, к военным вышел лидер аджарцев Аслан Абашидзе, который сумел откупиться от гвардейцев.

Поэтому гвардейцы и «Мхедриони» пошли воевать в Южную Осетию и Абхазию, где стяжали славу отъявленных головорезов, мародёров и насильников.

Война с Осетией закончилась довольно быстро. Под давлением России, обещавшей применить боевую авиацию, уже в июне 1992 года  Эдуард Шеварднадзе подписал Дагомысское соглашение об урегулировании конфликта.

 Медиапроект s-t-o-l.com

Эдуард Шеварднадзе во время переговоров на высшем уровне по абхазо-грузинскому конфликту с участием России, Грузии и Абхазии. Дмитрий Донской / РИА Новости

А вот война с абхазами продолжалась куда дольше – до сентября 1993 года, когда разгорелось сражение, вошедшее в историю как «Битва за Сухуми». Для усиления натиска на город грузины попытались перебрасывать войска в Сухуми на гражданских самолётах, после чего абхазы, развернув настоящую охоту на гражданскую авиацию, сумели сбить из ПЗРК, установленных на катерах, несколько военных самолётов, заходивших на посадку в аэропорту Сухуми. В итоге в войну была вынуждена вмешаться Россия. Нацгвардейцы бежали из Сухуми, а «Мхедриони» вернулись к своим обычным занятиям – рэкету и наркоторговле.

Почти десять лет в Грузии царил мир, лишь изредка прерываемый перестрелками и взрывами в Панкисском ущелье, где находила себе пристанище банда исламских террористов, выдавливаемые из Чечни.

Ситуация начала обостряться в начале 2004 года, после «Революции роз» в Тбилиси и прихода к власти Михаила Саакашвили, который сверг Шеварднадзе с двумя базовыми лозунгами: возвращение утраченных земель и возрождение единой Грузии.

 Медиапроект s-t-o-l.com

Первая годовщина «революции роз» в Грузии. Фото из коллекции Нино Мелия. РИА Новости / РИА Новости

Лозунг возврата земель возник не просто так: в Грузии насчитывалось около 300 тысяч беженцев из мятежных провинций. Все они обладают правом голоса на выборах, хотя живут на птичьих правах, заселив практически все гостиницы, санатории, больницы и пустующие здания.  Государство для их интеграции не делает вообще ничего, если не считать регулярных обещаний выгнать всех осетин и абхазов – тогда в республике появится много свободного жилья!

И в 2004 году казалось, что Саакашвили был готов исполнить обещанное – буквально с ходу, за несколько месяцев, Саакашвили подавил сепаратизм в Сванетии и Аджарии. Правда, тогда ему помогала Россия, ведь в Батуми располагалась 145-я Мотострелковая дивизия ВС России.

Но российские власти допустили ошибку. Как показала практика, агрессора нельзя умиротворить никакими территориальным уступками.

При посредничестве российских военных Саакашвили уговорил Абашидзе сдаться, гарантируя личную неприкосновенность. В итоге президент Грузии устроил настоящее шоу из возвращения Аджарии под контроль Тбилиси. В прямом эфире национального телеканала грузинский президент на экскаваторе занимался восстановлением разрушенных мостов между республиками. Но Саакашвили не сдержал своего слова. Вскоре против Абашидзе было возбуждено уголовное дело, он был арестован.

 Медиапроект s-t-o-l.com

Пост российских миротворческих сил у села Мегврекиси в зоне грузино-осетинского конфликта, Цхинвальский регион. Александр Имедашвили

Покорение Аджарии только усилило революционную эйфорию молодой грузинской элиты. Летом 2004 года на границу Южной Осетии были переброшены части внутренних войск Грузии, готовые штурмом взять Цхинвал. Министр обороны Грузии Ираклий Окруашвили публично обещал встретить Новый 2005 год в поверженном городе.

Но осетины оказали ожесточённое сопротивление. После нескольких попыток штурма грузинские силы, потеряв около 20 человек, были выведены из зоны конфликта. В итоге Саакашвили предложил взять паузу на 2–3  года, чтобы создать новую грузинскую армию по стандартам НАТО и с привлечением западных инструкторов.

В январе 2005 года на заседании ПАСЕ в Страсбурге Михаил Саакашвили обнародовал мирные инициативы в отношении Южной Осетии, предложив региону статус широкой автономии. Президент непризнанной республики Эдуард Кокойты план Тбилиси отверг.

Новый виток противостояния начался 1 февраля 2006 года с тщательно продуманной провокации: в окрестностях грузинского села Тквиави «Урал» российских миротворцев столкнулся с «Жигулями», которые специально подрезали путь грузовику. На месте происшествия «случайно» оказался грузинский спецназ. Солдат-миротворцев вытащили из кабины и жестоко избили, заранее подготовленные полицейские («самые неподкупные в мире»!) составили фальшивый протокол об освидетельствовании якобы пьяных военнослужащих. Ситуацию спас командующий российскими миротворцами Марат Кулахметов, который приказал подтянуть к месту ДТП свою бронетехнику и части спецназа, чтобы не дать забрать в Тбилиси и сам грузовик, и избитых солдат.

 Медиапроект s-t-o-l.com

Во время встречи руководителя миссии ОБСЕ в Грузии Терхи Хакала и главы российского МИД Сергея Лаврова. В центре – генерал Марат Кулахметов. Эдуард Песов / РИА Новости

И хотя состряпать дело о «вечно пьяных» миротворцах, занимающихся, предположим, контрабандой наркотиков (а в арестованном «Урале» могли «найти» и не только наркотики), не удалось, парламент Грузии всё равно принял постановление, предусматривающее прекращение миротворческой операции в Южной Осетии. В ответ Россия ввела против Грузии экономические санкции, запретив экспорт ряда продуктов – прежде всего вина и минеральной воды «Боржом».

В ответ на грузинскую провокацию в ноябре 2006 года в Южной Осетии, которая формально всё ещё была частью Грузии, прошёл референдум о независимости и президентские выборы. В знак протеста против выборов Саакашвили демонстративно назначил Дмитрия Санакоева на пост грузинского генерал-губернатора «Цхинвальского региона».

В итоге началась «холодная мини-война»: и Грузия, и Россия тратили огромные деньги, демонстрируя здесь своё присутствие и влияние. На окраине Цхинвала грузины построили огромный кинотеатр и торговый комплекс, провозгласили новое осетинское правительство. Россия тянула в Южную Осетию газопровод и линию электропередачи, выплачивала жителям непризнанной республики пенсии и раздавала паспорта.

Отметились в Цхинвале и европейцы. На деньги ОБСЕ построили большой и красивый железнодорожный вокзал. Уехать с него, правда, никуда невозможно, потому что рельсы в сторону Тбилиси разобраны, но вокзал строили как символ будущего примирения.

 Медиапроект s-t-o-l.com

Жительница города Цхинвали в разрушенном доме. Андрей Архипов / РИА Новости

 

Между тем в 2007 году в Грузии прошли новые президентские выборы  по типичному для тех лет сценарию. Против конкурентов Саакашвили были заведены уголовные дела, спецназ МВД Грузии даже устроил «маски-шоу» в офисе телеканала «Имеди», принадлежавшего оппозиционному олигарху Бадри Патаркацишвили. Также были разогнаны митинги оппозиции, протестовавшей против закрытия «Имеди». Истерия по поводку «руки Москвы» и «агентов ФСБ» была раздута до космических масштабов.

В итоге Саакашвили победил с минимальным преимуществом: за него отдали голоса 53,4 % из 59 % участвовавших в выборах избирателей. Причём итоговый протокол выборов утверждён ЦИК с перевесом лишь в один голос.

В законности выборов в Грузии сомневались и на Западе.

Тогда-то Саакашвили и решил разыграть «российскую карту»: объявить себя жертвой агрессии Кремля и форсировать вступление страны в НАТО.

С этого момента Саакашвили, а вместе с ним и вся Грузия, начали активно готовиться к войне. В 5 километрах от границы Южной Осетии они построили большую военную базу для отдельной бригады.

 Медиапроект s-t-o-l.com

Российские военнослужащие проезжают мимо разбитой боевой техники в городе Цхинвали, подвергшемся нападению грузинских войск. Михаил Фомичев / РИА Новости

 

Начало войны сам Саакашвили назначил на август. Почему? Всё просто: в конце июля заканчивались офицерские курсы переподготовки «по стандартам НАТО». Также в августе должна была вернуться в страну «бригада спецназа», которую готовили американцы для войны в Ираке. Кроме того, Михаил Саакашвили весной 2008 года призвал на военную службу примерно 100 тысяч резервистов. Полный курс подготовки все резервисты должны были закончить как раз к августу.

Только представьте себе картинку: и юные резервисты, и ветераны иракской войны, и вчерашние выпускники офицерских курсов – все вместе в едином порыве идут в бой против русских «варваров» и побеждают.  Словом, всё, как в красивом голливудском боевике.

Наконец, главный фактор: в августе начиналась Олимпиада в Пекине. И все советники были уверены, что новая грузинская армия захватит Цхинвал за три дня, пока всё российское руководство будет смотреть на соревнования бегунов и легкоатлетов. Победа будет лёгкой, а затем Россия просто не рискнет ввязываться в конфликт с без пяти минут членом НАТО.

Впрочем, надо отдать Саакашвили должное: он долгое время пытался убедить Москву не бороться за Южную Осетию, найти компромисс – как нашли его при присоединении Аджарии. И подготовку к войне он вёл совершенно открыто и демонстративно, уверенный в собственном превосходстве.

Его просто смешила сама идея о том, что надо договариваться с политиками в самой Осетии и Абхазии. Кавказская спесь не знала здесь границ: какие переговоры?! Грузины не договариваются с «мусором»!

Не меньше его бесило и упрямство российских политиков, использовавших и Абхазию, и Южную Осетию как шлагбаум для принятия Грузии в НАТО. Действительно, ещё советский генсек Михаил Горбачёв в борьбе с непокорными Прибалтикой, Молдавией, Грузией и Россией активизировал автономные республики, чтобы создать численный противовес сепаратистам. Советский Союз этим спасти не удалось, но жизнь независимых государств это крайне осложнило.

 Медиапроект s-t-o-l.com

Разрушенное здание РОВД в городе Цхинвали. Андрей Архипов / РИА Новости

 

И тогда Саакашвили решился нанести первый удар, выбрав в качестве мишени Южную Осетию. Расчёт был прост: захватив Южную Осетию, грузинские силы планировали перекрыть Рокский тоннель, единственный неконтролируемый Тбилиси участок российско-грузинской границы, по которому шло снабжение осетин, а затем они уже могли бросить все силы на абхазское направление. Причём речь шла не столько о прямом военном вторжении (грузинские политики прекрасно понимали, что грузинская армия всё равно там увязнет в боях), сколько об экономической блокаде.

Конечно, это была рискованная схема с высокими ставками: Саакашвили долгое время убеждали, что проиграет тот, кто начнет первым. Если грузинские силы не смогут быстро взять под контроль Рокский тоннель, то Тбилиси увязнет в войне и в итоге потеряет всё, что имеет.

Но Саакашвили решил поставить на кон всё и нажал на курок.

Дальнейшее было разыграно по стандартному сценарию: 3 июля неизвестные обстреляли автомобиль Дмитрия Санакоева – грузинского «генерал-губернатора «Цхинвальского региона». Во взрыве Саакашвили обвинил власти Южной Осетии, и уже в ночь на 4 июля грузинские военные обстреляли Цхинвал из миномётов и гранатомётов, вызывая ответную реакцию.

С этого момента эскалация конфликта приняла необратимый характер: в Южной Осетии и Абхазии взрывались бомбы, гибли мирные жители и военные. В Абхазию перебрасывали дополнительные силы миротворцев, стягивались добровольцы с Северного Кавказа.

Буквально накануне 8 августа 2018 года Михаил Саакашвили объявил о перемирии: дескать, он готов принять любые условия сепаратистов. В Цхинвале вздохнули с облегчением, но уже через несколько часов по Цхинвалу заработали «Грады». Одновременно грузинские танки атаковали штаб миротворческого батальона ВС РФ.  Командир миротворцев Сергей Шевелёв погиб в первые же минуты боя – он был убит осколками снаряда. Остальные же солдаты решили стоять насмерть – собственно, другого выхода им и не дали.

Более 12 часов наши миротворцы отражали атаки врага, пока не пришло известие, что через Рокский тоннель идут колонны 9-й Стрелковой дивизии 58-й Общевойсковой армии ВС РФ, усиленные подразделениями 76-й Гвардейской десантно-штурмовой дивизии.

Война была проиграна Грузией не за пять дней, а гораздо раньше – уже на второй день конфликта.

Впрочем, вскоре стало ясно, что в войне проиграла не только Грузия, но и все стороны, прямо или косвенно причастные к «операции по принуждению к миру», ведь теперь зона конфликта распространилась на большую часть мира.