×

Хрустальный намёк

В этом году исполняется 800 лет со дня рождения князя Александра Ярославича, и эту дату будут по указу Президента РФ Владимира Путина отмечать во всероссийском масштабе
+

Не каждый прохожий, идущий по Большому Знаменскому переулку вниз, по направлению к Волхонке, с ходу сообразит, что за стеклянный шатёр поблёскивает на солнце во дворе, справа за забором. Часовня, почему-то прозрачная, вокруг какие-то статуи… А, так это же двор Музея современного искусства на Пречистенском (ныне Гоголевском) бульваре. Наверное, и часовня эта – предмет современного искусства, экспонат, только такой большой, что внутри не поместился, подумает прохожий.

И будет прав и не прав.

Теперь, когда Сергей Собянин прекратил голосование о памятнике на Лубянской площади и святой и благоверный князь Александр Невский перестал быть случайной, вынутой второпях из рукава «альтернативой» председателю ВЧК Феликсу Дзержинскому в этом странном состязании, – самое время спокойно подумать об увековечении в Москве памяти Александра Ярославича. Ведь у него в этом году юбилей, 800 лет со дня рождения, и эту дату будут по указу президента отмечать во всероссийском масштабе. Готовит ли столица подарок – доселе неизвестно.

В разгар «лубянской» монументальной кампании кто-то написал: а с чего бы это в Москве стоять памятнику Александру Невскому, он же был новгородский князь?

В разгар «лубянской» монументальной кампании кто-то написал: а с чего бы это в Москве стоять памятнику Александру Невскому, он же был новгородский князь? Да хотя бы с того, что последние 11 лет своей недолгой жизни (в 1252–1263 гг.) Александр Ярославич носил титул Великого князя Владимирского, то есть был правителем княжества, в которое входила тогдашняя Москва. В Москве нынешней много памятников разным иноземным революционерам и сказителям, а вот своих князей древних времён, создававших государство, которому она стала впоследствии стольным градом, далеко не всех столица удосужилась уважить.

 Медиапроект s-t-o-l.com

Часовня Александра Невского и герои Плевны. Фото: anashina.com

Впрочем, качество скульптурных монументов Москвы последних лет, подавляющее большинство которых производят впечатление наскоро отпечатанных на 3D-принтере, удерживает меня от опрометчивого призыва водрузить-таки на одной из центральных площадей гранитное или мраморное изваяние Александра Невского. Лучше не экспериментировать.

Лучше вспомнить, что в старинной Москве память Александра Невского была отмечена, и весьма художественным образом. И не случайно я вспомнил в начале этих заметок о стеклянной часовне во дворе музея на Пречистенском бульваре, потому что она есть копия настоящей часовни святого Александра Невского, стоявшей когда-то на углу Моховой и Тверской улиц, на маленькой Моисеевской площади.

 Медиапроект s-t-o-l.com

Часовня святого Александра Невского на Моисеевской площади, 1903 год. Фото: общественное достояние

Именно о ней писал в 1923 году Михаил Булгаков: «Часовню, что была на маленькой площади, там, где Тверская скрещивается с Охотным и Моховой, уже снесли». Самое примечательное в этой фразе слово – «уже». Часовня Александра Невского стала первым церковным зданием, которое уничтожила в Москве советская власть.

Перед тем как уничтожить, часовню ещё, как водится, и оболгали.

Её построили в 1882–1883 годах по проекту архитектора Дмитрия Чичагова, автора здания Городской Думы, стоящей неподалеку. Часовня отмечала место Моисеевского монастыря, исчезнувшего ещё в XVIII столетии. Отсюда и название площади.

 Медиапроект s-t-o-l.com

Архитектор Чичагов Дмитрий Николаевич. Фото: Фотоателье Дьяговченко / Wikimedia

Историки советской эпохи, «оправдывая» снос часовни Александра Невского, писали, будто выстроена она была охотнорядскими купцами в память о чудесном избавлении царского поезда от крушения у станции Борки. А на самом деле это был мемориал, посвящённый памяти более чем 200 тысяч русских солдат и офицеров, павших на Русско-турецкой войне 1877–1878 годов в битвах за освобождение Болгарии. «В память воинов, на брани убиенных» – так писали о часовне во время её сооружения, а освящали её торжественно, «при большом стечении народа», 28 ноября 1883 года, в пятую годовщину взятия Плевны. Доход, получаемый от часовни, шёл на содержание Александровского убежища для инвалидов Русско-турецкой войны во Всехсвятском, в районе нынешней станции метро «Сокол».

 Медиапроект s-t-o-l.com

Алексеевский приют для раненых, увечных и престарелых офицеров. Фото: Wikimedia / pastvu

Строилась она на народные пожертвования, собранные по всей России (более 24 тысяч рублей). Для часовни – мемориала погибшим на войне – было естественным посвящение святому князю-воину Александру Невскому. Ну а то, что он воспринимался ещё и как небесный покровитель императоров Александра II (только что убитого народовольцами) и Александра III (царствующего), думаю, понятно без пояснений.

Кстати, по результатам конкурса проектов часовни, объявленного в 1880 году, Чичагов получил лишь третью премию (первую – архитектор Виктор Коссов), но выбран был именно его проект – шатровая чугунная часовня с тремя входами, украшенная изображениями воинских доспехов, была примечательным сооружением. Её пирамидальность вызывала даже некие ассоциации с «египетским стилем». С севера и юга от часовни стояли величавые парные столбы, увенчанные двуглавыми орлами. Внутри часовни находился образ святого Александра Невского. Небольшая часовня зрительно замыкала перспективу Охотного ряда при взгляде в сторону Моховой улицы. «Маленькая и тёмная, – замечал о ней путеводитель по Москве 1917 года, – она теперь совершенно теряется среди стремительного движения на перекрестке оживлённых больших улиц».

Почему именно эта часовня стала в 1922 году первой жертвой советского вандализма? Вероятно, потому, что она – с двуглавыми-то царскими орлами – стояла прямо под окнами гостиницы «Националь», после переезда столицы в Москву превращённой в «1-й Дом Советов», и мозолила глаза поселившимся там советским и партийным деятелям.

Борьбу не на жизнь, а на смерть развернул с часовней Александра Невского заведующий ликвидационным (церковным) отделом Наркомюста Пётр Красиков, старый большевик, участник трёх революций

Борьбу не на жизнь, а на смерть развернул с часовней Александра Невского заведующий ликвидационным (церковным) отделом Наркомюста Пётр Красиков, старый большевик, участник трёх революций, агент ленинской «Искры». В 1920 году в письме в Моссовет он требовал уничтожить «памятник в честь коронации одного из Романовых… против Дома Советов… оскорбляющий революционное чувство». В Наркомпрос Красиков сообщал, что «часовня раскрашена иконами в честь царей» и «не представляет никакой исторической или художественной ценности».

Отдел Наркомпроса РСФСР по делам музеев и охране памятников искусства и старины возражал: часовня – «памятник художественно-исторического и бытового значения, показательный для 80-х годов и подлежащий сохранению». Приводил аргументы: «Если же встать на точку зрения отдела Наркомюста, то тогда бы пришлось снести почти все церковные московские здания, так как в каждом из них найдётся либо икона или другие предметы, как-либо связанные с именами царей либо цариц, что, конечно, не может быть признанным целесообразным в историко-художественном отношении».

Собственно говоря, советская власть в весьма близком будущем именно так и поступила, и к середине 1930-х годов счёт снесённым московским храмам пошёл на сотни. Но для начала 1920-х такие крутые меры были ещё внове, и дело о сносе часовни тянулось два с лишним года. В сентябре 1922 года Красиков (нечем, что ли, заняться было больше Наркомату юстиции?), вновь требуя от Мособлисполкома сноса «безобразного памятника», пустил в ход главный аргумент: он «портит всю площадь, придавая ей религиозно-самодержавный вид». Против этого возражать было опасно, и в октябре 1922 года Президиум Моссовета постановил снести часовню. Наркомпрос пытался ещё засыпать Моссовет увещевательными письмами, но бесполезно. Часовню Александра Невского торжественно снесли в пятую годовщину Октябрьской революции.

А семьдесят лет спустя, когда на Манежной площади начались раскопки перед строительством подземного торгового комплекса, белокаменные фундаменты часовни были вскрыты и изучены. Это тут же породило идею её восстановить, и в 1999 году столичное правительство приняло о том постановление. Правда, отстроить часовню хотели теперь из особо прочного авиационного стекла по проекту, конечно же, Зураба Церетели. «Если восстановить часовню Александра Невского, какой она была – из чёрного чугуна, то она весь Кремль закроет. А хрусталь просвечивает: ночью горит, днём даёт рефлекс от неба, от движущихся машин. Красиво», – объяснял скульптор свой замысел в интервью.

 Медиапроект s-t-o-l.com

Художник Зураб Церетели. Фото: instagram.com/Zurab_Tsereteli

У этого проекта, окрещённого «хрустальным», было много противников, опасавшихся, что центр города украсит очередное нехудожественное творение. А с точки зрения научной реставрации «хрустальный проект» не выдерживал никакой критики, поскольку использовал принципиально иные материалы и технологии. Да и прозрачность для здания, в котором могут совершаться христианские таинства, – тоже сомнительная вещь. Получалась, в общем, некая постмодернистская игрушка. Наконец, и восстанавливать часовню собирались не на историческом месте (оно ушло под проезжую часть), а чуть южнее – напротив гостиницы «Москва».

«Хрустальная» часовня, как паровоз на запасном пути, осталась стоять во дворе Музея современного искусства

Однако летом 2003 года столичные власти объявили, что строительство часовни вот-вот начнётся и закончится до конца года. Но так и не началось, хотя к концу 2005 года Зураб Церетели уже собрал стеклянную часть часовни у себя в мастерской, а металлический каркас был наготове на одном из военных заводов. Общественность и эксперты высказывались против, а федеральные власти вдруг вспомнили, что с ними проект никто не согласовывал, а тут охранная зона Кремля… И в 2009 году Юрий Лужков отменил собственное постановление.

Но «хрустальная» часовня, как паровоз на запасном пути, осталась стоять во дворе Музея современного искусства.

…Пусть она там и стоит – как хрустальный намёк на так и не увековеченную в Москве память Александра Невского.

Но почему бы нынешним московским властям не исправить теперь, в 2021 году, историческую несправедливость, воссоздав первую жертву советского вандализма ХХ века? Не из стекла, конечно, а по всем канонам реставрационной науки. Законному воссозданию никакие охранные зоны не помешают.

И это будет лучший памятник Александру Невскому, какой способна поставить современная Москва.

 

P.S. У Александра Невского в Москве есть, впрочем, ещё один не менее сильный исторический и мемориальный локус. Но об этом – в следующий раз.

Включить уведомления    Да Нет