×

Трагедия в головах

К 100-летней годовщине убийства Романовых страна готовилась не меньше года – морально и информационно. Дискуссии в СМИ, как по Фрейду, высветили те проблемы, с которыми наше общество живёт уже не первый век. Если, конечно, дореволюционное общество можно назвать «нашим»
+

Святость не радость

Начиналось всё с грандиозного скандала вокруг фильма режиссёра Алексея Учителя «Матильда», который, судя по времени выхода в прокат, был приурочен к другой годовщине – 100-летию Октябрьской революции. Абсолютно тупиковая, казалось бы, перебранка между защитниками «оскорблённых чувств» и критиками инквизиторских замашек РПЦ подняла на поверхность один из центральных вопросов для каждого христианина: что такое святость и кто такие святые? В истории с «Матильдой» это был вопрос периферийный, а в преддверии годовщины гибели Романовых – очень важный. Важный не для Романовых, а для нас самих. Ведь если святой у нас – идеальный праведник от рождения, то резонен вопрос: христиане ли мы? Как ни странно, адекватные высказывания о природе святости звучали. Правда, для «имеющих уши».

Вот что пишет, например, автор «Московского комсомольца», явно не жалующий ни царя, ни РПЦ: «Было понятно, что в качестве императора Николай Романов не слишком подходил для канонизации: такое провальное правление не вписывалось в облик «благоверного царя», который бы утвердил торжество православия. Поэтому канонизировали в специальную «рубрику» – страстотерпцев, то есть тех, кто смиренно и кротко принял насильственную кончину. Такими страстотерпцами в древности были святые князья Борис и Глеб, убитые старшим братом Святополком в начале XI века» («Скандал вокруг царской семьи мешает устоявшемуся бизнесу РПЦ», 12 июля 2018 г.).

Если опустить стилистику – никаких передергиваний. Да, святым можно стать в последний миг перед смертью. Есть евангельский пример благоразумного разбойника, который без всяких индульгенций оказался в раю с Христом. Поэтому все дискуссии о прошлой жизни и пикантных эпизодах из биографии святого не имеют смысла.

А имеет смысл канонизация страстотерпцев? Это уже другой вопрос, куда более серьёзный, чем рассуждения из серии «имел ли право Учитель?..». Но обсуждался он несравнимо меньше. Скептический автор «Московского комсомольца» приводит здесь известный и довольно разумный аргумент: «Но в принципе таковыми же (принявшими насильственную кончину – прим. ред.) были в ХХ веке и тысячи простых русских крестьян, монахов, священников, интеллигентов, «буржуев» и проч., которые попали под «красное колесо» большевистского, а впоследствии – сталинского террора». Почему одни замученные достойны большего почитания, внимания, чем другие? Этот вопрос церковью по-прежнему не решен, поэтому и почитание святых для православного человека – дело сугубо добровольное.

Царебожники верят в то, что император Николай II повторил искупительную жертву Христа

Ещё одна из периферийных тем, примыкающих к «Матильде», – это так называемая ересь царебожия. Говорить об этом отваживались не все СМИ, а только самые смелые. Царебожники верят в то, что император Николай II повторил искупительную жертву Христа. Официальная церковь эти идеи не поддерживает, но осуждать публично избегает: ультраконсервативное крыло православия стараются лишний раз не задевать – как бы чего не вышло. Но по большому счёту основной массив оскорблённых в связи с фильмом Учителя как раз и есть царебожники. Это нетрудно выяснить, задав им несколько вопросов.

Верю – не верю

Вторая из трёх главных тем – вопрос подлинности останков царской семьи. Эта история тянется с конца 1990-х, когда генеральная прокуратура представила правительственной комиссии под руководством вице-премьера Бориса Немцова подробную справку об идентификации найденных останков и обстоятельствах гибели царской семьи и людей из её окружения. Тогда были проведены всевозможные экспертизы: историческая, микроостеологическая, баллистическая, трасологическая, судебно-стоматологическая, антропологическая, молекулярно-генетическая. ДНК были полностью расшифрованы и сопоставлены с генами потомков Романовых из европейских монарших домов. Общий вывод был однозначным: останки идентифицированы верно.

Патриарх Алексий II тогда, по воспоминаниям советника Немцова Виктора Аксючица и следователя Владимира Соловьёва, сказал: «Вы меня убедили». Но через несколько дней митрополит Ювеналий, который представлял церковь в комиссии, выступил с заявлением, что результаты исследований «нельзя принять с абсолютной достоверностью». Почему –  неизвестно до сих пор. Митрополит не объяснил, что его не устроило в работе комиссии. Сегодня патриарх Кирилл говорит о том, что следствие в 1990-е было непрозрачным и не желало «впустить в этот процесс церковь». «Нам предлагалось согласиться и поверить в результаты проведённых исследований», – заявил предстоятель церкви.

Недоверие к следствию и судмедэкспертам понятно. Сегодня даже более, чем когда-либо. Но поверить специалистам на каком-то этапе всё равно придётся. Контролёр от церкви, даже находясь в лаборатории, едва ли будет обладать достаточными знаниями, чтобы перепроверить результаты генетической экспертизы. Если, конечно, это имел в виду патриарх, говоря о прозрачности.

Между тем критики РПЦ по-своему объясняют затянувшееся признание останков Романовых. Дело в том, что до 1990-х годов местом гибели и захоронения Романовых считалась  Ганина яма под Екатеринбургом. К такому выводу ещё в 1919 году пришёл белогвардейский следователь Николай Соколов. В советское время дополнительных экспертиз, естественно, не проводили. И только в перестройку стало известно, что в конце 1970-х два энтузиаста, киносценарист Гелий Рябов и местный краевед Александр Авдонин, отыскали настоящее место захоронения императорской семьи – Поросёнков лог, в нескольких километрах от Ганиной ямы. Подлинность останков, там найденных, и должна была установить экспертиза, проведённая в 1990-е.

Ганина яма уже давно стала местом паломничества верующих

Так вот скептики считают, что причиной отказа РПЦ принять выводы экспертов были финансовые и репутационные соображения. Ганина яма уже давно стала местом паломничества верующих, а в 2000 году – вскоре после отказа митрополита Ювеналия признать результаты исследований – там был основан мужской монастырь в честь Святых Царственных Страстотерпцев. В Ганиной яме, кстати, в 1998 году тоже провели раскопки и нашли кости, очень похожие на те, что описывал следователь Соколов. Однако выяснилось, что они не человеческие, а коровьи и козьи. Неловко теперь сказать людям, что с местом вышла ошибочка и молились они не у тех мощей.

Крестовый поход СК

Третья, самая эксцентричная дискуссия – о возможном ритуальном характере убийства царской семьи. Возникла она в прошлом году с подачи старшего следователя по особо важным делам СК РФ Марины Молодцовой и поддержавшего её секретаря Патриаршей комиссии по изучению результатов экспертизы епископа Тихона Шевкунов. Это удивительно, потому что обычно темы вроде жидомасонских заговоров, ритуальных убийств и прихода антихриста рождаются «снизу» – в среде ультраправых не очень рукопожатных активистов, которыми «сверху» умело дирижируют. Здесь же получилось всё наоборот: громким заявлением и последующими комментариями тему зачем-то пытались раздуть «сверху», но дискуссия не пошла. То ли общество наше оказалось лучше, чем о нём думали, то ли активистам гонорары не заплатили, вот они и молчали.

А ведь расчёт был на то, что прорвётся застарелый гнойник: в ритуальных убийствах традиционно обвиняли евреев, иногда расширяя подозрения и на язычников (знаменитое Мултанское дело в конце XIX века). Поиск следов каббалистического обряда на месте убийства царской семьи начался ещё в 1919 году: находили непонятные знаки, символически истолковывали выбор дома. Тогда ещё свежо было в памяти громкое дело Бейлиса, которого обвиняли в ритуальном убийстве христианского мальчика. Правда, в 1913 году он был оправдан судом присяжных, но осадок у кого-то остался. Процессы над космополитами и «5-й пункт» в анкете стали советским рецидивом дела Бейлиса, Дрейфуса и других похожих.

Отчаянный крик, что в год 100-летия со дня расправы над Романовыми мы упорно говорим о чём-то не том, прорывается иногда в информационных дебрях

Зачем сегодня Следственному комитету и епископу Тихону понадобилась «ритуальная» версия, остается только гадать.

Отчаянный крик, что в год 100-летия со дня расправы над Романовыми мы упорно говорим о чём-то не том, прорывается иногда в информационных дебрях. Издание Znak.com считает, что в нагромождении бессмыслицы виновата церковь, которая монополизировала тему гибели царской семьи, но так и не смогла сказать по этому поводу чего-то действительно важного. Вот какие проблемы, по мнению автора, на самом деле заслуживают внимания:

«За всей ритуальностью и покаянием православных за жестокое убийство в подвале Ипатьевского дома практически не обсуждается действительная трагедия Романовых – самой влиятельной семьи в стране, от которой отвернулись практически все. Не обсуждается история конфликта между обществом и властью, история о том, как страна мучительно перерастала самодержавие, и о неспособности режима отвечать на вызовы времени. История личности, которая с любовью тянула страну назад – в свой идеальный мир. История, которая закончилась чудовищно как для страны, так и для самодержца. И, похоже, именно сейчас важно говорить об этом. Трагедию Романовых пора секуляризировать» («Трагедию Романовых пора секуляризовать», 28 апреля 2018 г.).