«Кот Блед» – новый сборник Марины Степновой, автора бестселлера «Женщины Лазаря» (премия «Большая книга»), романов «Сад», «Хирург», «Безбожный переулок» и сборника «Где-то под Гроссето». Проза Степновой – чувственная, экспрессивная, со множеством избыточных деталей – порой декоративна и рафинирована. «Кот Блед» стилистически продолжает эту традицию, однако дополняет палитру автора новыми красками: страхом, горечью и отчаяньем, для передачи которых нужно или молчание, или слова подходящего низкого регистра. А в жизнь героев вплетаются узнаваемые приметы времени: дроны, VPN, джипити-чат, ковид и страх войны. Сборник состоит из семи рассказов, и все они посвящены женщинам – точнее, странным женщинам. Семья, мир, война, потерянный рай – темы, прошивающие рассказы сборника, сюжеты которого напоминают порой сказки: дочь сбежала от матери, как Колобок; служанка драит хозяйскую кухню, напоминая Золушку, но без принца; девушка мечтает о настоящей жизни, собрав модный гардероб, и в своих фантазиях она спящая, но не красавица; мужчина и женщина, как Адам и Ева, оказавшиеся в райском саду… Страшные сказки для испуганных взрослых.
Первый рассказ «Бабушка» закольцован с последним «Кот Блед» ужасом неизбежной надвигающейся катастрофы. Пятилетняя девочка из рассказа «Бабушка» видит сон: «Бомбежки и теплушки, трёхмесячная дорога мамы и бабушки в эвакуацию и то, как бабушка отстала от поезда – и бежала, двадцатидвухлетняя, по степи, плача и задыхаясь, целый перегон…». Ей снились все – живые и мёртвые, вся семья, без которой не было бы на свете её самой. Ребёнок кричит во мне, плачет, а бабушка гонит кошмар: «Спи. Никакой войны больше не будет».
Мир пошатнулся в апокалиптических судорогах в заглавном рассказе сборника. За наступлением конца света наблюдают Катя и её возлюбленный – сорокалетние московские «училка и сисадмин», купившие дом в какой-то маленькой стране. Они думали, что распланировали жизнь – с ипотекой, шопингом и понятным бытом – до глубокой старости, и эти планы ничто не сможет нарушить. Купленный старый дом стоял на отшибе, но зато «сюда не добраться чужим». Что это за «чужие», супруги не знали, ведь они попали в райское место: солнце, виноградники, холмы, сыр, вино, оливки. А потом пришёл кот. В тот день, когда пропал интернет. А потом… Потом они узнали про туман, от которого нельзя спрятаться, как нельзя скрыться от смерти. Туман уничтожал целые страны, внося панику и ужас. Люди выли, а эксперты мямлили что-то невразумительное, да и кто их слушал, ведь туман «отбросил всех в средневековье». А принять новую реальность не под силу разуму человеческому, ведь это ожидание конца. Как нельзя уразуметь, что такое туман: биологическая катастрофа, а может, проклятие Божье или ожидаемый конец света? А если да, то что же будет потом?
О «потом» не умеет думать толстая Вася («Ебобо»). Она ушла в свои грёзы, решив, что её жизнь изменится, когда получится повторить модный образ красавицы с Красной площади, оплатив заказ на маркетплейсе. Через четыре года девять месяцев и семь дней Вася оплатит корзину полностью. Получит всё в один день. Распакует. Перемеряет… Тыква станет принцессой. Или нет? О Васе забыли родители, поглощённые личной жизнью. Она и сама себе не особо нужна – неуклюжая неряха в растянутой футболке. Для окружающих, включая брата, она «ебобо» – странненькая, недочеловек. Но вот случай меняет всё: Васе приходится ухаживать за одинокой старушкой, которая не замечает нелепость девушки. Став нужной, героиня, не склонная к рефлексии и вообще к думанью, переосмысляет свои ценности. Корзина со шмотками на маркетплейсе больше не предел мечтаний, в отличие от большой семьи, где все сидят за столом и встречают Новый год…
У Кулёмы из «Ананаса» тоже нет имени и семьи. Ей за двадцать, и с четырнадцати лет она выполняет на кухне воронежского ресторана чёрную работу. И живёт она в дореволюционной России конца XIX века. В отличие от Васи, Кулёма чистоля. Только если нелюдимую Васю дачные соседи считали «глухонемой», то корявая коренастая Кулёма была почти глухой. Дурнушку Васю стыдится молодящаяся мать, а присутствия Кулёмы не стыдятся молодые официанты, позволяя себе непристойности, ведь она не женщина в их понимании, да что там – не человек. А она, став «кухонным мужиком», ежедневно наблюдает за чужим балом – с севрюжками, расстегаями и ананасом.
Полнота жизни во всём своём гастрономическом великолепии ошарашит героиню «Белого унитаза», возможно, самого светлого и радостного текста книги. В начале 1980-х семья девочки переезжает в Кишинёв, и южный город ошеломляет её цветущими розами, запахами пряной еды, уютным укладом жизни – с щедрыми застольями и гостеприимством. Любой читатель, детство которого в те годы было украшено походами на продуктовый рынок, сладко вздрогнет от раблезианских описаний свежей брынзы, спелых помидоров или душистого мёда. И эти всполохи беззаботного счастливого прошлого останутся с повзрослевшей девочкой навсегда даже после отъезда из Кишинёва, который покажется потерянным раем.
Поездит по миру героиня мрачного рассказа «Радость». Сначала одна, потом с дочкой Катей, которую зовёт Окрошкой. В «Радости» нет мистики, как в некоторых других рассказах Степновой, однако именно эта история – несколько надуманная – вызывает леденящий ужас обжигающим одиночеством и нелюбовью. Женщина родила дочь от случайного знакомого, о чём рассказывает с некоторой манерной исповедальностью. И подарила – то есть навязала – девочке путешествия по миру. Окрошка росла без друзей, а мать, по сути, без дочери, поскольку не задумывалась, чем она интересуется, о чём мечтает. Кончились деньги и путешествия, мать и дочь почти не разговаривали и всё время ругались. Мир, объятый пандемией, сузился. Мать и дочь расстались. Новых ярких воспоминаний у героини не предвидится, остаётся только перебирать старые и анализировать, что почувствовала, когда умерла мать… «Я всё время копила ей эти воспоминания, собирала, строила – как когда-то бабушка – свадебную перину», – оправдывалась мать. Она мечтала подарить дочери «свободу и хулиганство», не считать же наследством бабушкину квартиру? Окрошка же мечтала о другой жизни и, возможно, другой «свободе». Как, наверное, мальчик, с которым Окрошка играла в песочнице. Он ел песок, а его проработанная мать ему «ничего не запрещала» во избежание стресса и травм.
Странные женщины Марины Степновой мало говорят и размышляют, далеко не всегда осознавая чудовищность своего существования. Пример тому – молодая прогрессивная мать из «Ма и Бе». Мир этой женщины стерилен – без парабенов, фталатов, ГМО. Она дезинфицирует стены и еду, окружает себя белыми вещами, не замечая, что из четырёхлетнего сына она сделала вещь – предмет декора для фотосъёмки. Мальчик всё время болеет и не говорит. А мать пичкает его морковкой и раскручивает блог, убеждённая, что создала ребёнку «уютное гнёздышко» цвета айвори, изолировав его от отца, бабушки и сверстников. У неё отличный мальчик, вот только цвет глаз подкачал, а то была бы изумительная картинка.
Кажется, герои рассказов тоскуют по счастливому прошлому, в котором цвели розы, солнце грело, денег хватало на путешествия, а бабушка уверяла, что война не наступит. Прошлое закончилось, будущее может не наступить, но есть «сейчас» – миг реальности, который нужно успеть заполнить собой. И маленькие героини рассказов отчаянно пытаются если не жить, то хотя бы быть, пока не наступил туман.