×

Русское искусство в изгнании

О нелёгкой судьбе эмигрантов первой волны рассказывает Максим Волконский
+

Дворяне, военные и творческая интеллигенция… Их объединяло одно – неприятие большевиков. И от режима, уничтожившего Российскую империю, они спаслись бегством.

Париж – спасение

В конце XIX столетия Запад был открыт для Российской империи. Любой человек при наличии денег мог легко попасть в общеевропейский котёл. Представители творческой интеллигенции – художники и писатели – отправлялись в западные страны с разными целями. Одни учились чему-то новому, другие демонстрировали своё мастерство. Например, Иван Сергеевич Тургенев оказал огромное влияние на французскую литературу того времени. А вот многочисленные российские художники в конце XIX века, что называется, протоптали дорогу в Италию, где постигали премудрости живописи. Некоторые, конечно, добирались и до Франции. Здесь они перенимали драгоценный опыт изображения батальных сцен у местных художников, которые считались тогда эталонными для всей Европы.

Но русский Серебряный век уже невозможно было сдержать в границах Российской империи,  и в начале XX столетия многочисленная творческая интеллигенция хлынула на Запад. И первым, кому удалось прорубить настоящее окно для русского искусства в Европе, стал Сергей Павлович Дягилев. В 1906 году он представил Русскую художественную выставку в рамках парижского Осеннего салона. Спустя год в Париже прошли Исторические русские концерты. И только после этого, в 1908 году, Сергей Павлович запустил легендарные «Русские сезоны» – гастрольные выступления артистов императорских театров Санкт-Петербурга и Москвы, продлившиеся вплоть до 1914 года.

 Медиапроект s-t-o-l.com

Сергей Дягилев – русский театральный и художественный деятель, один из основателей группы «Мир Искусства», организатор «Русских сезонов» в Париже и труппы «Русский балет Дягилева»

1917 год перевернул привычную жизнь творческой интеллигенции с ног на голову. Эта прослойка населения не могла остаться в стороне от событий, развернувшихся в стране. Художникам, поэтам, музыкантам и писателям пришлось делать выбор, на чьей они стороне. Главная проблема заключалась в том, что далеко не все адекватно воспринимали революционные события в империи. Поэтому пока одни видели в войне трагедию для страны, другие верили, что она принесёт свободу. Но постепенно ситуация менялась. Творческая интеллигенция в большинстве своём стала видеть в большевиках злодеев, к ним появилась острая неприязнь. Это отношение хорошо прописано в произведении Ивана Алексеевича Бунина «Окаянные дни», где он подробно описал события, охватившие период с 1918-го по 1920 годы. А вот художник Юрий Павлович Анненков написал портрет Троцкого. И хотя сначала Анненков воспринял революцию как начало новой эпохи, затем понял, что с новой властью ужиться не получится. И он встал перед сложным выбором: уйти или остаться. Юрий Павлович выбрал второй путь и не прогадал. Более того, сейчас его работы находятся в одном из отделов Лувра.

Этот же сложный выбор встал и перед всеми остальными творческими людьми. Белые проиграли войну и уходили. И если сначала интеллигенция не воспринимала армии Колчака, Деникина и Врангеля как защитников их собственного мира, то потом она это поняла. Но было уже слишком поздно. Пришлось решать. И подавляющее большинство отважилось уйти. Здесь стоит рассказать о том, что это «уйти» стало возможным благодаря неравнодушию генерала Петра Николаевича Врангеля.

 Медиапроект s-t-o-l.com

Барон Пётр Врангель – русский военачальник, участник Русско-японской и Первой мировой войн, один из главных руководителей Белого движения в годы Гражданской войны

Авторитет и дипломатические способности генерала позволили ему создать эдакий «коридор», по которому мог уйти за границу любой желающий – Не только солдаты его армии, но и представители творческой интеллигенции. Благодаря его стараниям Россию покинуло в общей сложности более 150 тысяч человек. Сначала они добрались до Константинополя, а затем двинулись на Запад. Дело в том, что в Турции было оставаться опасно, существовала высокая вероятность, что местное правительство договорится с большевиками о выдаче всех русских эмигрантов.

И главным местом эмиграции стал Париж. Надо сказать, что Франция в глазах и солдат, и казаков, и художников, и писателей являлась главной страной-союзником – страной, способной дать возможность не раствориться в царящем хаосе. Париж стал символом спасения.

Что же касается самой Франции, то отношение к русским эмигрантам было двоякое. С одной стороны, местные власти опасались такого количества беженцев. Особенно в отношении армии Врангеля. Поэтому солдаты были распределены по разным европейским странам (например, в Болгарии и Югославии). Но с другой, Франция в Первой мировой войне потеряла более 2,5 миллиона мужчин и остро нуждалась в рабочей силе. Поэтому многие эмигранты без особых проблем смогли найти работу. Вчерашние князья и графы, художники и писатели трудились на автомобильных заводах Renault, шахтах в Лотарингии, фермах Прованса и текстильных предприятиях Лилля, получая за это весьма скромную оплату (обычно эмигрантам платили меньше, чем местным). Те русские, которые решили поселиться непосредственно в городах, чаще всего работали таксистами. И французы приходили в восторг, когда их доставлял по нужному адресу князь или генерал русской армии. При этом русские, в отличие от эмигрантов из других стран, отличались воспитанием, образованием и превосходным знанием языка.

Надежда на творческую жизнь

Вообще русские эмигранты считали, что их бегство из России имело временный характер. Многие были уверены, что спустя короткое время власть большевиков рухнет и они смогут вернуться на родину. Поэтому многие из тех, кому удалось вывезти хоть какой-то более или менее приличный капитал, жили на широкую ногу. Но шло время, а большевики лишь становились сильнее. Деньги кончались, и эмигрантам пришлось искать пути выхода из сложной ситуации. Краткосрочные каникулы внезапно обернулись эмиграцией длиною в жизнь…

Творческая интеллигенция начала приспосабливаться к новым реалиям. Главную роль в адаптации сыграл всё тот же Дягилев. В 1922 году в Париже состоялась выставка русского искусства. А с 1923 года труппа Дягилева обосновалась в Монте-Карло, где репетировала постановки. И многие художники сумели выжить на чужбине как раз благодаря этому. Они зарабатывали на жизнь тем, что рисовали декорации для спектаклей, а также делали эскизы костюмов. Например, Константин Алексеевич Коровин был пейзажистом, а в эмиграции раскрылся как художник-декоратор. Плюс Коровин написал более 400 рассказов, которые были опубликованы в эмигрантских парижских изданиях: «Россия и славянство», «Возрождение» и других.

 Медиапроект s-t-o-l.com

Сцена из балета Дягилева «Аполлон Мусагет»

Рассказывать о Сергее Павловиче Дягилеве можно долго. Этот выдающийся человек сумел основать четыре балетные школы: во Франции, Монако, Италии и США. А его труппа «Русский балет Дягилева» просуществовала вплоть до 1929 года. И распалась только после смерти Сергея Павловича. По факту, он для всей русской культуры стал таким же спасителем, как и генерал Врангель.

Удивительным образом сложилась судьба живописца и графика Александра Евгеньевича Яковлева. Талантливый художник сумел до революции побывать в Италии и Испании, где оттачивал своё мастерство. А в 1917 году, получив стипендию Академии художеств, Яковлев отправился в путешествие по Дальнему Востоку. Он побывал в Монголии, Китае, Японии, где занимался творчеством и изучал быт местного населения. И в 1919 году в Шанхае была организована его выставка. Весть об Октябрьской революции застала его как раз во время путешествия, и он принял решение не возвращаться в Россию, а перебраться во Францию. И Александра Евгеньевича ждал успех. Его работы выставлялись и покупались, а благодаря сотрудничеству с «Ситроеном» Яковлев отправился в экспедицию по Африке и Азии. И в 1926 году он стал кавалером ордена Почётного легиона.

Успешно на чужбине сложилась жизнь художника Савелия Абрамовича Сорина. Причём признание ждало его не только в Европе, но и в США. Его портреты так высоко котировались за океаном, что Сорин получал заказы даже от местной политической элиты.

Признание ждало и художника Бориса Дмитриевича Григорьева. Эмигрировав в 1918 году, он успел пожить и в Берлине, и в Париже, и на территории США. При этом, что интересно, он остался верен русскому стилю живописи – и не прогадал. У него было 4 персональные выставки, а полотно «Лики мира» приобрело правительство Чехословакии.

Не затерялся на чужбине и Филипп Андреевич Малявин. Лишившись своего имения в 1918 году, он вместе с семьёй перебрался за границу, причём сумел вывезти туда почти все свои работы. И хотя во Франции к его творчеству отнеслись с прохладой, это не помешало ему провести персональную выставку в парижской галерее Шарпентье. Иначе обстояло дело в Чехословакии. В Праге в 1933 году состоялась, пожалуй, крупнейшая выставка художника, разместившаяся на пяти этаж выставочного зала.

Ну и, конечно, летописец русского искусства Александр Николаевич Бенуа. Человек, который, пожалуй, знал лично едва ли не всех русских художников-эмигрантов. Сначала он создавал эскизы декораций и костюмов для Сергея Дягилева. Затем в качестве художника и автора-постановщика поучаствовал в балетной антрепризе «Ballets Russes». Находясь в Европе, Александр Николаевич создал серию видов Санкт-Петербурга и его пригородов под названием «Воспоминания». Также он написал мемуары, в которых рассказал о русском Серебряном веке.

 Медиапроект s-t-o-l.com

Александр Бенуа. Портрет работы Леона Бакста

В 20-х годах прошлого столетия в Европе насчитывалось более сотни русских периодических изданий. В них-то и трудились многочисленные художники-эмигранты – те, кому не посчастливилось стать модными и успешными на Западе. Благодаря работе оформителями они не только смогли заниматься творчеством, но и зарабатывали деньги на жизнь.

Нельзя не упомянуть и предпринимателя Владимира Павловича Рябушинского – основателя общества «Икона» в Париже в 1927 году. Главной задачей общества стало распространение знаний о русской иконе во французском обществе.

Также большую роль для русского искусства в изгнании сыграл писатель и искусствовед Павел Павлович Муратов. Он покинул Россию в 1922 году. Сначала обосновался в Берлине, но вскоре перебрался в Рим. В своём доме он устроил салон, который посещала вся русская интеллигенция, живущая в столице Италии. В 1927 году Муратов переехал в Париж и стал одним из учредителей общества «Икона». Также Павел Павлович писал публицистические материалы (их, к слову, ценил Бунин), стал экспертом парижской художественной галереи «A la vieille Russie», организовывал выставки в крупных европейских городах.

***

После революции Россия ушла в Европу, но не потерялась там. Художники и писатели сумели сохранить искусство, несмотря на изгнание. По большому счёту, это был настоящий подвиг всей творческой интеллигенции. Люди верили, что смогут однажды вернуться домой. И никто тогда не представлял себе, что большевики сумеют продержаться у власти 70 лет.

Материал написан по лекции наследника княжеского рода Волконских, искусствоведа и коллекционера Максима Волконского, прочитанной в клубе «В поисках смысла».