![](https://s-t-o-l.com/wp-content/uploads/2015/01/zvyagintsev.jpg)
А дома «Левиафана» принимали иначе. Скандал на 36-м Московском кинофестивале, где картину сняли из-за матерной ругани, проблемы с прокатным удостоверением, конфликт с законом о запрете нецензурной лексики в кино, неоднозначные впечатления министра культуры – все это внушало твердую уверенность в старой и, очевидно, забытой истине: нет пророка в своем отечестве.
Пока Звягинцев мял в руках американскую золотую статуэтку (не Оскар, хотя на эту премию он тоже выдвинут), в России пираты выложили ленту в сеть. И началось.
«Левиафан» отвратительный. «Понять сюжет через поток матерщины, конечно, несложно, но противно все это смотреть и слушать. Мерзкий выблевок самого мерзкого, что только можно придумать про нашу жизнь», – пишет один провинциальный священник.
«Левиафан» прекрасный. «Абсолютно точное, верное, нужное кино о том, как мы живем. Немного карикатурное, чернушное? Ну, если хотите, то да», – пишут с другого идеологического берега Facebook.
Левиафан – это мифический библейский зверь, дракон, олицетворяющий стихию моря и выступающий противником Божественного замысла. Он всплывает не только в текстах Писания и восточной мифологии. Томас Гоббс увидел этого зверя в государственной машине. «Дракон» Евгения Шварца – это тоже Левиафан. «Лучший способ избавиться от дракона – это иметь своего собственного» – помните? И вот, пожалуйста.
Левиафана надо бы вытащить из киселя Баренцева моря, где у одного берега его обзывают либералом, неприлично склоняя это слово, а с другого – хвалят хотя бы за то, что «не как все», и за количество наград. Но Зверь на то и мистическое чудовище, чтобы не выползать оттуда на свет, а заманивать всех в пучину бездарных споров.
Поэтому «Левиафан» пророческий. В фальшивой и неумело показанной церковной линии (не потому, что церковники там плохие, а потому, что они не такие) нет указаний на спасение из угнетающего сумрака картины. Все слова – ложь. Но пророк говорит не от себя и порой не знает, что пророчествует. Чтобы спастись, нужно измениться. Чтобы измениться, нужно что-то понять и во что-то поверить. Цитаты:
– Опять в церкви сидел?
– Ну, да.
– Смотрите, досидитесь там.
– До чего досидимся?
– До чего-нибудь досидитесь!
Ведь правда? Если в Церкви просто сидеть, то придут Pussy Riot и будут молиться по-своему. Если же выходить с вилами на неверующих и оправдывать террористов, которые стреляют в людей за карикатуры, то чем мы отличаемся от Pussy Riot?
Или фраза главного районного мента Степаныча:
– Нынешним время ещё не пришло. Мало исторического зазора. Пускай на стенке ещё повисят.
Тут без комментариев.
Все кончается плохо? Нет. Там ничего не кончается. Прототип главного героя – Иов – это долгая история. Есть ли выход? Да. В финальных кадрах, где епископ с кафедры проповедует о правде и истине, он говорит правильные слова. В которые сам, конечно, не верит.
– Познайте истину, и она сделает вас свободными.
А свободному человеку не нужно, чтобы другой человек горел в аду, чтобы другая страна превращалась в ядерный пепел и чтобы сила довлела над личностью.
В фильме есть ещё один малозаметный эпизод, в котором священнический хлеб отдают свиньям в корм. Так вот, если не кормить Левиафана и правильно питаться самому, то все будет хорошо.