Благими намерениями: Как Южная Осетия ушла от Грузии

 30 лет назад, 19 января 1992 года, в Южной Осетии состоялся референдум о независимости, который похоронил мечты об этнически чистой «Великой Грузии»

Жители Южной Осетии покидают зону грузино-осетинского конфликта. Фото: Сергей Титов/РИА Новости

Жители Южной Осетии покидают зону грузино-осетинского конфликта. Фото: Сергей Титов/РИА Новости

Распад Советского Союза привёл к росту национализма во всех бывших союзных окраинах, но даже на фоне общего раздрая Грузия выделялась особенным безумием. Самая богатая, хлебосольная и благополучная республика буквально за считанные годы превратилась в настоящие руины, где озлобленные люди мечтали уничтожить всех соседей неправильных национальностей.

Причём если во всех прочих республиках моду на национализм оседлали бывшие партийные вожаки и советские чиновники, то в Грузии к власти пришёл самый настоящий патентованный диссидент – Звиад Гамсахурдия. Писатель и литературовед, потомственный интеллигент – сын самого Константина Гамсахурдии, известного советского классика, прославившегося романом о детстве великого Сталина. И благодаря положению отца Гамсахурдии-младшему прощалось многое: например, когда после ХХ съезда грузинская молодёжь устроила в центре Тбилиси манифестацию, требуя отставки Хрущёва, многих протестантов посадили всерьёз и надолго, а вот Звиад отделался лёгким испугом.

В 1977 году Гамсахурдия стал видным правозащитником, членом-учредителем «Инициативной группы защиты прав человека в Грузии» и Грузинской Хельсинкской группы, созданной по образцу МХГ, за что его арестовали, и некоторое время он просидел в тюрьме. Впрочем, старые связи отца никуда не делись, и Звиад был осуждён на три года ссылки в Дагестанской АССР, хотя его подельники получили реальные тюремные сроки.

Через два года Гамсахурдия-младший был и вовсе помилован и принят на работу старшим научным сотрудником в Институт грузинского языка. Возможно, именно это назначение самым роковым образом сказалось на карьере Гамсахурдии-младшего: в тот год американские конгрессмены прочили ему Нобелевскую премию мира как главному советскому диссиденту, но потом быстро сдали назад.

Поразительно, но именно этот человек, исповедовавший на словах самые светлые идеалы гуманизма и демократии, и бросил Грузию в пучину гражданской братоубийственной войны, когда борьба против советского строя быстро превратилась в войну против всех инакомыслящих и инородцев под лозунгом «Грузия – для грузин!».

* * *

Восхождение «неистового Звиада» к власти началось в апреле 1989 года, когда Гамсахурдия-младший вместе с группой диссидентов возглавил митинг в центре Тбилиси. От лозунга «СССР – тюрьма народов!» быстро перешли к требованиям «Долой русский империализм». Организаторы митинга начали создавать боевые отряды «самообороны», которым раздавали оружие, похищенное на складах Советской армии.

Разумеется, националистическая риторика Гамсахурдии и его товарищей сильно испугала национальные меньшинства. Дело в том, что республика была очень пёстрой по национальному составу. Она включала две крупные автономии – Абхазию и Южную Осетию, а во многих других районах компактно жили представители других наций – армяне, азербайджанцы, чеченцы.

Звиад Гамсахурдия. Фото: Дмитрий Донской/РИА Новости
Звиад Гамсахурдия. Фото: Дмитрий Донской/РИА Новости

Ещё больше представителей национальных меньшинств напугали новые законы Грузинской ССР «Об изменениях и дополнениях Конституции (Основного закона) Грузинской ССР», «О выборах народных депутатов Грузинской ССР»,  которые фактически лишали жителей автономий многих прав: местные власти теряли полномочия, а границы областей и районов перекраивались. Более того, все предложенные депутатами Юго-Осетинского областного совета народных депутатов поправки в проект Конституции ГССР были проигнорированы. В ноябре 1989 года депутаты Юго-Осетинского областного совета на чрезвычайной сессии приняли решение о преобразовании автономной области в автономную республику в составе ГССР и обратились к Верховному Совету ГССР с просьбой рассмотреть это решение. Но и эта просьба была проигнорирована.

Более того, лидер грузинских националистов Звиад Гамсахурдия так обозначил своё отношение к «осетинскому вопросу»:

– Осетинский народ – мусор, который надо вымести через Рокский тоннель. Мы пойдём по Осетии, и пусть осетины либо покорятся и станут грузинами, либо, если они так любят русских, уходят из Грузии в Россию!

* * *

23 ноября 1989 года Гамсахурдия организовал так называемый «поход на Цхинвали», в котором участвовало, по разным данным, от 20 тысяч  до 40 тысяч человек.

– Скоро я буду в Цхинвали с 10 тысячами моих соколов, и посмотрим, какую встречу им устроит общественность Цхинвали, – напутствовал Гамсахурдия своих поклонников. – Мы им свернём шею, тем более что таких слабых противников, как осетины, нетрудно будет обуздать. Пол-Грузии будет с нами, и там будет видно, кто кого победит, чья кровь больше прольётся!

Депутат парламента Южной Осетии Амиран Дьяконов вспоминает, что поход звиадистов на столицу мятежной автономии вовсе не был неожиданным.

– Люди их уже ждали. Прошли сутки, пока грузинская колонна, грузовой автотранспорт, легковушки показались на восточной окраине Цхинвала. Стояла хорошая погода, несмотря на то что днями раньше выпал снег и в районе Згудера (въезд в Цхинвал) лежал подтаявший снег. Мы туда поднялись и смотрели, как эта бесконечная колонна, как змея, извиваясь, приближалась к Цхинвалу...

Тревожные новости о нашествии грузинских националистов подняли на ноги людей от мала до велика. Многие сразу же пошли к Старому мосту, где горожане выстроились «живой цепью», преградив путь колонне.

Противостояние неравных по силе сторон продлилось чуть более суток. К тому времени сотрудники МВД СССР попытались отделить два лагеря и встать между ними. По рассказам очевидцев, грузинские коммунистические функционеры ввели внутренние войска, в толпе появились БТРы, а за спинами военнослужащих встали функционеры из ЦК компартии Грузии. Но обе стороны, опасаясь гнева Москвы, так и не решились пролить первую кровь.

В итоге спустя 27 часов звиадисты были вынуждены повернуть обратно и покинуть пределы Южной Осетии с поражением.

* * *

Для Гамсахурдии провал похода на Цхинвал оказался незначительной проблемой. В 1990 году националисты победили на выборах в Верховный совет Грузии, а затем Гамсахурдия стал президентом.

И вскоре Грузия ещё более усилила линию на выход из СССР. В частности, 9 апреля 1990 года перешедший под контроль националистов Верховный Совет республики принял постановление «О гарантиях защиты государственного суверенитета Грузии», в котором присоединение Грузии к СССР было охарактеризовано как оккупация и аннексия. Следом звиадисты объявили незаконными все советские нормативные акты об образовании Закавказской Социалистической Федеративной Советской Республики. Тем самым Юго-Осетинская автономная область также была признана незаконной.

В ответ 15-я сессия Совета народных депутатов ЮОАО решила признать Конституцию СССР и другие законодательные акты СССР единственно действующими на территории области.

«Отменив действие всех законодательных актов, принятых после 1921 года, Грузия фактически аннулировала декрет Всегрузинского ЦИК и Совнаркома Грузии от 20 апреля 1922 года об образовании автономной области Юго-Осетии и Закон Грузинской ССР от 12 ноября 1980 года «О Юго-Осетинской автономной области», – говорилось в постановлении Совета народных депутатов ЮОАО. – Верховный совет Грузии в значительной степени разрушил чёткую правовую базу статуса Южной Осетии, признав незаконными все законодательные акты после февраля 1921 года. Поскольку ЮОАО была образована после февраля 1921-го, Грузия сама прекратила все государственно-правовые отношения с этой территорией. Чтобы устранить правовой вакуум, политическое руководство Южной Осетии с этого момента вынуждено руководствоваться законами СССР...»

Следом Южная Осетия объявила себя суверенной Юго-Осетинской Советской Республикой в составе СССР.

Реакция Тбилиси не заставила себя ждать: 11 декабря 1990 года Верховный Совет Грузии под председательством Гамсахурдии принял Закон «Об упразднении Юго-Осетинской автономной области».

Как указывал в своей книге «Грузино-Юго-Осетинская война 1988–1992 гг. сквозь призму СМИ» историк Алексей Чибиров, «сопротивление осетин проведению торжеств 26 мая в автономной области вызвало новую волну грузинского националистического наступления во всех СМИ Грузинской ССР. Вновь зазвучали в Тбилиси призывы ликвидировать Юго-Осетинскую автономную область, которую стали называть «так называемой Южной Осетией». Вместо термина «Южная Осетия» в широкий оборот ввели термины «Самачабло» (владения князей Мачабели) и «Шида Картли» (Внутренняя Картли), что, естественно, не могло не вызвать справедливого возмущения у осетин».

* * *

В ночь с 5 на 6 января 1991 года в Цхинвал были введены подразделения милиции и национальной гвардии Грузии.

Многие очевидцы вспоминали, что ещё накануне спецоперации всех работников УВД Южной Осетии под предлогом какой-то вымышленной операции отослали из города их тбилисские начальники. Пока милиционеров не было на работе, из оружейных комнат УВД было вывезено всё автоматическое оружие. Более того, из Москвы за подписью министра внутренних дел СССР Бориса Пуго пришла телеграмма с приказом «пропустить грузинскую милицию в Цхинвали и Джавский район, никаких препятствий им не чинить, службу выполнять лишь в режиме охраны военных городков».

В ночь на 6 января в Цхинвали вошли 3 тысячи грузинских милиционеров и примерно столько же боевиков из отрядов националистов, переодетых в милицейскую форму.

Как позднее вспоминал председатель Верховного Совета Южной Осетии Торез Кулумбегов, на долю осетинских депутатов выпало только в бессильном отчаянии наблюдать за въездом в город колонн автобусов, набитых националистами.

Вскоре город был полностью блокирован, все выезды из него взяли под контроль грузины. Весь день 6 января они стреляли в воздух, запугивая местное население. Начались обыски. Вечером появились данные о первых расстрелянных ополченцах – автоматными очередями в упор были расстреляны трое милиционеров цхинвальского ГОВД.

Отряд самообороны у осетинской деревни во время грузино-осетинского конфликта. Фото: Сергей Титов/РИА Новости
Отряд самообороны у осетинской деревни во время грузино-осетинского конфликта. Фото: Сергей Титов/РИА Новости

Однако отряды самообороны осетин начали настоящую партизанскую войну против грузинских военнослужащих. В итоге уже к концу месяца грузинские формирования были вынуждены оставить город.

* * *

В отместку за военное поражение Грузия 1 февраля 1991 года полностью отключила энергоснабжение Южной Осетии.

По версии осетинской стороны, это привело к многочисленным жертвам среди мирного населения. В доме престарелых насмерть замерзло несколько десятков стариков. В родильном доме умирали младенцы. Кроме того, в феврале грузинские войска блокировали Транскавказскую автомагистраль, по которой в Цхинвали поступало продовольствие.

Верховный Совет СССР в Постановлении от 20 февраля 1991 года «О положении в Юго-Осетинской автономной области и мерах по стабилизации обстановки в регионе» указывал: «Цхинвал блокирован незаконными вооружёнными формированиями, лишён электроэнергии и тепла. Население города и автономной области испытывает острый недостаток продуктов питания, предметов первой необходимости. Сожжено и разграблено имущество граждан, ряда государственных учреждений, общественных организаций, областного театра. Подверглись надругательству памятники истории и культуры».

В течение всего 1991 года продолжались периодические вооружённые столкновения. Грузинская милиция и национальная гвардия контролировали стратегические высоты вокруг Цхинвали и обстреливали город. Начался поток беженцев из зоны конфликта на российскую территорию, в первую очередь в Северную Осетию. Беженцы, которым приходилось пересекать территории, контролируемые грузинскими силами, подвергались вооружённым нападениям.

* * *

17 марта 1991 года состоялся всесоюзный референдум по вопросу сохранения СССР.

Грузия отказалась от участия в референдуме. Зато Южная Осетия приняла участие в референдуме и высказалась за сохранение Советского Союза. В ответ Грузия провозгласила государственную независимость и вышла из СССР.

Но никакие заявления уже были не способны сохранить рейтинг Гамсахурдии, давно уже переставшего быть кумиром толпы. Любовь грузин к «неистовому Звиаду» прошла столь же быстро, как и вспыхнула, едва население столкнулось с проблемами, вызванными распадом СССР. Щедрые дотации из центра прекратились, разрыв всех хозяйственных связей с Россией поставил экономику республики в состояние коллапса, республика стремительно погружалась в полный хаос.

Тенгиз Китовани. Фото: AlexandreIV/wikimedia.org
Тенгиз Китовани. Фото: AlexandreIV/wikimedia.org

В это время против Гамсахурдии образовался настоящий триумвират. Оппозицию возглавляли три человека. Первым был Джаба Иоселиани – криминальный авторитет, имевший за плечами три судимости. В независимой Грузии он легализовал мафиозные структуры, создав вооруженную организацию националистов «Мхедриони». Криминальным авторитетом был и Тенгиз Китовани, который принялся формировать личную армию, когда появилась возможность делить страну. Наконец, третьим был бывший министр иностранных дел СССР  Эдуард Шеварднадзе, который, как выяснилось, всё это время поддерживал самые тесные связи с грузинскими «ворами в законе».

Понятно, что с точки зрения Иоселиани и Китовани Шеварднадзе прекрасно смотрелся как «парадный» президент. Да и для России он выглядел куда более приемлемой фигурой, чем съехавший с катушек Гамсахурдия, мечтавший уже о тотальном истреблении всех инородцев в Грузии.

* * *

21 декабря 1991 года, в день подписания Алма-Атинской декларации, подтверждавшей Беловежские соглашения об упразднении СССР и образовании СНГ, Верховный совет Южной Осетии принял собственную Декларацию о независимости.

На эту новость никто в Грузии не обратил никакого внимания, потому что уже на следующий день частные армии Иоселиани и Китовани пошли на штурм резиденции Гамсахурдии. В центре Тбилиси начались уличные бои, из всех щелей как тараканы вылезли уголовники и мародёры.

Война длилась до 6 января. В Тбилиси утвердился Военный совет лидеров оппозиции, сторонники Гамсахурдии разбежались, а сам свергнутый президент сбежал в Чечню.

До самой осени 1993 года Гамсахурдия лелеял планы о возвращении в Тбилиси, искал сторонников и буквально метался по горным ущельям,  спасаясь от преследований отрядов Шеварднадзе. В декабре 1993 года он совершил самоубийство, оказавшись в окружении в маленькой горной деревне. Впрочем, как говорили знающие люди, Гамсахурдия покончил с собой выстрелом в затылок.

* * *

Во исполнение решения Декларации о независимости Верховный совет Южной Осетии заключил провести референдум в республике, назначив его на 19 января 1992 года.

В референдуме приняло участие более 53 тысяч человек, в процентном соотношении на тот момент это составило около 73 % всего взрослого населения. Для военного времени, особенно если учесть, что подавляющая часть граждан грузинской национальности покинула город непосредственно перед событиями ещё в ночь на 6 января, это был очень высокий показатель явки. Итоги выборов были следующими: 99 % проголосовавших высказались за независимость Южной Осетии и её последующее воссоединение с Россией.

* * *

Очередной виток грузино-осетинского конфликта весной 1992 года спровоцировало уже новое грузинское руководство во главе с Эдуардом Шеварднадзе. К середине июня грузинские отряды вплотную подошли к Цхинвали, что создавало угрозу захвата города и массовых этнических чисток.

Эдуард Шеварднадзе. Фото:  Helene C. Stikkel/wikimedia.org
Эдуард Шеварднадзе. Фото:  Helene C. Stikkel/wikimedia.org

Президент России Борис Ельцин в это время находился с визитом в США, поэтому вице-президент Александр Руцкой отдал приказ о нанесении авиаударов по грузинской группировке, обстреливавшей Цхинвали, и пригрозил Шеварднадзе бомбардировкой Тбилиси.

Активные боевые действия прекратились, а 24 июня 1992 года Ельцин и Шеварднадзе при участии представителей Северной и Южной Осетии подписали Сочинское соглашение о прекращении огня. 14 июля 1992-го в Южной Осетии начали действовать совместные миротворческие силы в составе российского, грузинского и осетинского батальонов.

Именно этих миротворцев и решил уничтожить бывший президент Грузии Михаил Саакашвили, пославший в 2008 году батареи «Градов» против мирного Цхинвала.

Читайте также
ЗАГРУЗИТЬ ЕЩЕ