Бег–2022: третий пароход в Константинополь

Одной из стран, куда спешно уехали россияне, спасаясь, кто от ужесточения цензуры, кто от призыва в армию, кто от железного занавеса, стала Турция. И здесь им, скорее всего, будет немного легче, чем другим. И не только из-за того, что турецкие банки принимают карты «Мир», а миграционные службы дают вид на жительство по договору об аренде. Прежде всего морально: турки безоговорочно хорошо относятся к русским. И дело не в том, как думают многие в России, что это туристы, везущие деньги, и, конечно, не в том, что русские женщины красивые и добрые. Корни этой симпатии гораздо глубже. Наш корреспондент Наталья Афанасьева, знающая турецкий язык и нетуристическую Турцию, объясняет, в чём истоки этой незаслуженной зачастую любви

Философский пароход

Философский пароход

Среди россиян и среди турок очень часто можно услышать: мы так похожи! Тут имеется в виду и имперское прошлое обеих стран, и вечное метание между Востоком и Западом, и то, что двадцать лет в наших странах не менялась власть. Но если разобраться, именно по этим пунктам мы как раз ведём себя немного по-разному. Своё имперское прошлое турки используют совсем не так, как россияне: они взяли оттуда привычку быть очень гибкими, умение подстраиваться под любую культуру, любые традиции, не изменяя при этом своим. Если в какую-то турецкую деревню вдруг станут приезжать, скажем, итальянцы, очень быстро полдеревни выучит итальянский язык, другая научится печь вместо лахмаджунов пиццу. Если сейчас в какую-нибудь глубинку, где до этого не видели ни одного иностранца, приедут вдруг русские – вот увидите, в магазинах тут же появится гречка и вывески на русском языке. Это, конечно, тоже облегчит жизнь эмигранту.

По-разному мы используем и своё положение между  Европой и Азией: у нас вся энергия уходит, чтобы выбрать одно направление и бороться с другим; турки, напротив, довольно хитро соединяют. Турки почти по-европейски законопослушны. При этом, как и у нас, здесь огромное значение имеет «человеческий фактор», что тоже нашим понаехавшим в помощь. 

Мост через пролив Босфор, Стамбул. Фото: Mike McBey / Flickr
Мост через пролив Босфор, Стамбул. Фото: Mike McBey / Flickr

Мы очень похожи тем, что даже внутри себя мы очень разные. В одном турке может быть намешано противоречивых идей и мировоззрений не меньше, чем в русском. И, главное, мы очень любим ругать самих себя. Так что россияне, понаехавшие в Турцию, при желании могут провести много ностальгических вечеров, споря за стаканом ракы с местными, чьи вожди кровавее, олигархи – жаднее, воры – вороватее, пробки – безнадёжнее, народ – безграмотнее и т. д. и т. п. Разница будет только в том, что вы, не прилагая никаких усилий, по умолчанию, станете за этим столом гораздо более лучшей версией себя. 

Даже если вы в сознательной жизни прочитали два комикса, вы всё равно будете в глазах собеседника носителем великой гуманистической русской культуры. 

Турки действительно очень ценят русскую культуру, особенно литературу. Даже самый почитаемый турецкий поэт Назым Хикмет тоже связан неразрывно с Россией, и всякий культурный турецкий гражданин мечтает попасть в Москву и первым делом здесь посещает могилу Хикмета на Новодевичьем кладбище. 

Книги  Достоевского, Гоголя, Толстого, Горького стоят в разделе бестселлеров в супермаркетах. Наверное, нет произведения, которое бы повлияло на современную турецкую культуру больше, чем «Преступление и наказание». Мотив «suç  ve ceza» красной линией проходит даже в самом простеньком телесериале для домохозяек. Как это ни странно, учитывая разницу в культурных, исторических и религиозных кодах, но турецкому менталитету, в основе которого лежит  kader, то есть «доля», «предначертание», оказалась очень близка рефлексия на тему «тварь ли я или право имею». Есть и ещё одно очень роднящее нас слово – русское “авось”, по-турецки звучит, конечно, иначе, но состояние очень близкое. 

Классическая русская литература – о маленьком человеке, униженном и оскорблённом.  А тема  социальной справедливости в турецком обществе очень остра. Некий идеализированный СССР в понимании многих турок мог бы стать таким справедливым миром, так что мы ещё (даже те, что при СССР ещё и не родились) и носители их мечты о свободе, равенстве и братстве. 

С удивлением в ходе беседы турки узнают о том, что советские школьники Горького не очень уважали, так как он был назначен государством главным пролетарским писателем. Для них Горький – автор, который поднимал проблемы рабочего класса, а рабочими классом себя считают в Турции и учителя, и музыканты, и писатели, и лавочники, и рестораторы – все, кто зарабатывает трудом. А вот то, как может что-то вызвать отторжение только потому, что навязывается сверху, турки отлично понимают. И это ещё одна причина, почему в Турции не кинут камень в простого россиянина и отлично поймут, что люди – не равно государство. 

Книжный магазин в Стамбуле. Фото: faungg's photos / Flickr
Книжный магазин в Стамбуле. Фото: faungg's photos / Flickr

Здесь вас не спросят: «А почему вы молчали восемь лет?» или «А почему вы терпели лет двадцать?». Просто потому, что как минимум половина турок и сами много лет в таком положении.  По своему собственному опыту они научились разделять народ и власть, любовь к родине и гнев и неприятие действий тех, кто ею руководит, тех, кто кричит о патриотизме, и тех, кто по-настоящему желает своей стране процветания и мира, даже если вынужден сегодня бежать. Кроме того, большинство турок считают, что во всём мире сегодня у власти маньяки, воры и другие преступники, которые развязывают войны, чтобы богатые богатели, а бедные умирали. Так что в этом смысле мы для них ничем не лучше и не хуже всех остальных. 

А за последние сто лет «пароход» привозит в Стамбул россиян уже в третий раз. Долго ли продлится действие платёжной системы «Мир» и будут ли выдавать туристические ВНЖ русским – кто знает? Но точно простой русский с простым турком всегда найдут общий язык, обсуждая мировую закулису, воров у власти, народ, который всё терпит, великую русскую литературу и поспорят заодно, чей самовар. 

Читайте также
ЗАГРУЗИТЬ ЕЩЕ