«Спасибо, пошли вон!»

Когда медики понадобились Москве – их звали и обещали человеческое отношение. А когда они стали не нужны, их просто вышвыривают из общежитий и с работы, не дав доработать даже положенные смены

Фото: Киселев Сергей / АГН "Москва"


С началом пандемии ковида в Москве начали работать ковидные госпитали. К медикам со всей страны обратились с призывом приезжать, устраиваться на работу. За работу обещали очень хорошие зарплаты – 130–150 тысяч в месяц для медсестер и около 200 тысяч для врачей. Люди из российских регионов таких денег у себя на родине никогда и не видели, поэтому с радостью соглашались, ведь это был шанс хоть ненадолго выбраться из нищеты. При трудоустройстве заключались срочные трудовые договоры, где окончанием действия трудового договора значилось особое распоряжение мэра Москвы об окончании комплекса работ по предотвращению новой коронавирусной инфекции. На время работы люди обеспечивались общежитием.

Не нужно думать, что такие большие деньги людям платили ни за что. Работали по 6 часов через 6 часов без выходных: заступали на смену в 8.00, в 14.00 уходили в общежитие, потом в 20.00 снова на смену до 2.00, и так по кругу. График иногда меняли, тогда работали ночами и сутками с одним выходным в неделю. Вот что рассказывает медсестра из ковидного госпиталя в Вороновском: «При суточной работе нельзя было покидать “красную зону” раньше, чем через 4 часа. Выйти можно было на 40 минут, но на палату была всего одна медсестра, а значит, эти 40 минут за больными должен присматривать доктор. А у доктора совсем другие дела. Поэтому в реальности медсестра не могла покинуть “красную зону”, пока не выполнит все назначения: и инъекции, и покормить, и судно подать. Санитарок в палате не было, только одна я и 7 больных. Так что в реальности по 15 часов сёстры не выходили из зоны. Младших медсестёр нет, палатных медсестёр нет, одна я – медсестра-анестезистка – на этих трёх должностях, какая экономия на персонале, правда?! Были уборщики, но их на смене 2 человека, а палат 5, хоть разорвись этому уборщику. За первые 4 месяца работы я похудела на 23 кг». На самом деле, если пересчитать эту 96-часовую рабочую неделю – это 2,4 ставки, так что при пересчёте на ставку это 50–60 тысяч зарплаты, что по московским меркам совсем немного. А если учесть отсутствие нормального межсменного отдыха, работу в костюмах и респираторах, износ организма от этой работы, то совсем по-другому смотрятся эти “огромные” деньги и это “сладкое место”».

Фото: Зыков Кирилл / АГН "Москва"
Фото: Зыков Кирилл / АГН "Москва"

Прошло время, отгремели славословия о медиках-героях, медали розданы, и вот в марте 2022 года персонал вдруг начинает получать звонки и смс-сообщения от заведующих, что в услугах медработников больше не нуждаются и всем надо срочно написать заявления на увольнение по собственному желанию или на отпуск за свой счёт на неопределённое время, а также немедленно покинуть общежитие. Люди в недоумении: подписан график работы на месяц, часть смен отработана, но не оплачена. Если пандемия закончена, то что мешает официально расторгнуть срочные трудовые договоры с работниками по закону? Видимо, что-то мешает, ведь распоряжения мэра Москвы об окончании комплекса работ по предотвращению новой коронавирусной инфекции не было. Также не было приказа по учреждению о прекращении действия срочных трудовых договоров с сотрудниками и приказа о сокращении численности штата работников.

Никто из руководителей не собрал сотрудников и не оповестил, что госпиталь закрывается. Просто прислали смс. Сказали убираться вон из госпиталя и общежития, а кто не покинет общежитие, того придут выселять с полицией. То есть когда медики нужны были Москве – их звали и обещали человеческое отношение. А когда они стали не нужны, их просто вышвыривают из общежития и с работы, не дав доработать даже положенные смены, не подписав должным образом расторжение трудовых договоров. Если ковид закончен, то почему нельзя оформить всё по закону? Почему требуют написать заявление на увольнение по собственному желанию, причём завтра же? Люди лишены возможности найти другое место работы, должны в авральном режиме собирать свои вещи в общежитиях, искать гостиницы или срочно покупать билеты домой. Почему после всех бравурных речей о благодарности медикам в борьбе с ковид-19 врачи и медсёстры должны терпеть унижение и чувствовать себя ненужным, отработанным материалом, который выбрасывают за дверь безо всякого соблюдения трудовых и человеческих прав?

Фото: Гришкин Денис / АГН "Москва"
Фото: Гришкин Денис / АГН "Москва"

Печально, но более 80 % медработников последовали устным указаниям и уволились. Люди не верят в то, что есть смысл бороться за свои права. Единицы стали заявлять о своём несогласии, писать жалобы в надзорные органы. По горькой традиции, из трудовой инспекции приходили отписки, что ещё больше убедило людей в бессмысленности и бесперспективности борьбы. На недовольных началось давление. В интернете выложены ролики о том, как медработников по одному вызывают к начальству и прессуют, угрожают, как к ним на рабочие места приходят с проверками, стоят над душой, придираются к мелочам. Тех, кто не захотел уволиться, оставили работать… в опечатанном отделении. Приходить на работу и отсиживать рабочее время. Да, оклад платят, но это не 150 тысяч, конечно, а 30. Присутствие на рабочем месте отслеживается по камерам, за выход из отделения – акт. Ежедневные проверки и психологическое давление – об этом рассказывает одна из медсестёр, не захотевшая написать заявление на увольнение по собственному желанию. Конечно, это нервирует. Создать такую обстановку, чтобы человек сам ушёл, не выдержав прессинга, – вот такие низкие методы применяются по отношению к людям.

Наконец, важное послесловие. Когда одна из работниц выложила пост в социальных сетях о том, что происходит, это не вызвало в обществе никакого удивления. Люди комментируют: «А что вы хотели? В России всегда так. К людям относятся как к рабам и как к ненужному, израсходованному мусору. Это не только в медицине». Горько и больно это слышать. А есть ли что возразить?…

Как это ни странно, но активные работники добились всё-таки проверки, и она началась. Увидим, даст ли проверка ответ на вопросы медиков и поможет ли им. Не знаю, поверят ли ещё когда-нибудь сладким речам Москвы, захотят ли люди откликнуться на призывы о помощи...

Читайте также
ЗАГРУЗИТЬ ЕЩЕ