«Аня здесь и там»: эмиграция глазами ребёнка

Здесь не знают Деда Мороза и Снегурочки, а в школу ходят в пижаме. Это не другая планета, а всего лишь Нью-Йорк, куда Аня переехала из Москвы со своими родителями. Автор повести «Аня здесь и там» Мария Данилова показывает, что для ребёнка переезд в незнакомую страну – совсем не то же самое, что для взрослых

Фото: Vignesh Moorthy/Unsplash

Современные писатели, поднимая в своих книгах любые сложные и противоречивые темы – от войны до буллинга, – практически не касались вопроса эмиграции. Нет, безусловно, литературные герои меняли города и даже страны, но это не становилось отправной точкой истории. Чаще всего в книгах дети переезжают, спасаясь от войны, но в таком случае переезд (или правильнее будет сказать – эвакуация) оказывается одним из событий в череде того, что приносит с собой война, и не воспринимается отдельно.

Добровольная эмиграция – это совсем другое. Она не имеет трагичного контекста и часто становится положительным событием для всех участников, но смена привычной среды, культуры, языка, окружения всегда связана со стрессом, особенно для ребёнка. Потому что даже добровольная эмиграция для маленького человека становится вынужденной. Он не принимает решения уехать, его ставят перед фактом взрослые, и даже в благополучной ситуации он оказывается своего рода заложником обстоятельств.

Мария Данилова. Фото: goodreads.com

Даже удивительно, что этот опыт до сих пор не был отрефлексирован в детской литературе. И тем более значимым явлением становится повесть Марии Даниловой «Аня здесь и там» – о девочке, переехавшей из России в далёкую Америку.

Книга вышла в конце 2021 года – до того, как в России началась новая волна эмиграции в связи с событиями в Украине, но сейчас она актуальна ещё больше, чем тогда, поскольку тысячи людей, многие из них с детьми, оставляют привычную жизнь и уезжают.

У школьницы Ани очень счастливая жизнь. Это какое-то вневременное детство – с походами по музеям, чтением книг, сбором черники на даче, пирогами, ловлей бабочек сачком, катанием на велосипедах и купанием в озере. В описании жизни героини отчетливо слышатся нотки ностальгии. Очевидно, что автор рассказывает о собственном детстве, для современного ребёнка оно выглядит немного ретро. Хотя с приходом пандемии дачная жизнь получила новое дыхание, и многие современные дети наверняка увидят в Аниной жизни что-то знакомое.

У Ани любящие родители, две пары бабушек и дедушек, каждая из которых даёт девочке что-то свое. Одни – насыщенную культурную жизнь в столице, другие – счастливые каникулы на даче. Вообще российская жизнь героини описана довольно идиллически. Такое образцово-показательное счастливое детство, где все друг друга любят, поддерживают и принимают. И это доказывает, что переезд для Аниной семьи – не спонтанное решение, не бегство от проблем и сложностей, а действительно серьёзный и обдуманный шаг. Ведь Ане и её родителям есть что терять, что оставлять и по чему скучать. Родители девочки поступают в Колумбийский университет и вместе с дочкой планируют переезд на другой конец Земного шара – в Нью-Йорк.

Новость о переезде Аня воспринимает довольно спокойно. Больше волнуются сами родители, пытаясь подобрать слова, чтобы рассказать дочке о предстоящих переменах. Но начало новой американской жизни даётся девочке непросто. Если у родителей есть причина для того, чтобы так кардинально поменять жизнь, есть свои выгоды и планы на будущее, есть свободный выбор, наконец, то у Ани ничего этого нет. У неё есть просто данность: нужно привыкать ко всему новому. 

Первое время в Нью-Йорке Аня отчаянно скучает по прошлой жизни: пытается разглядеть в местных пейзажах знакомые московские виды, сравнивает время и представляет, что сейчас делают дома. Вообще вся книга построена на сравнении двух культур и двух образов жизни – в России и в Америке. Через такое сравнение наверняка проходит большинство переехавших, пытаясь привыкнуть к новой жизни. Оно может быть в пользу одной из сторон ( «там было плохо, а тут хорошо», «вот у нас настоящая культура, а здесь так себе»), а может быть нейтральным, просто подтверждающим, что все мы разные, везде есть что-то интересное и из каждой культуры можно взять что-то близкое для себя. А остальное – просто уважать.

«Смотря на наш класс, я поражалась, какой большой и интересный, оказывается, мир, как много в нём людей, стран и культур. Здесь были дети c разным цветом кожи и  волос, с разной формой глаз и разными причёсками. Волосы у девочек рассыпались по плечам, лежали в тончайших косичках, прятались под черным платком. Бантов не было ни у кого. А вот мальчики были пострижены так, как это всегда бывает у мальчишек: ёжиком или шапочкой. 

Ну и одевались здесь все кому как вздумается: мелькали шорты, лосины, джинсы с дырками и без, платья принцесс, летние сандалии и сапоги на меху».

Аниной маме сложно привыкнуть к тому, что в школу дети могут ходить в пижаме (есть даже специальные дни, когда нужно приходить именно в пижаме). Бабушка, приехав в гости, ахает, как можно обходиться без борща с котлетами на обед, а сама Аня удивляется тому, что в школе можно сидеть на полу, играть и дурачиться прямо на уроках.

В Нью-Йорке Аня учится сразу в двух школах. По будням – в американской, а по выходным – в русской. В американской с размахом отмечают Хэллоуин, по очереди опекают черепаху, которая живёт прямо в классе, а в русской учат наизусть длинные стихотворения и чинно сидят за партами. Но, опять же, эти сравнения не в чью-либо пользу – и герои, и читатели могут выбирать то, что ближе и понятнее. А непосредственное столкновение разных культур рождает разные курьёзные ситуации.

Обложка книги «Аня здесь и там». Фото: Издательство «Розовый Жираф»

Вот, например, празднование Нового года в русской школе, на которое Аня пригласила своего американского друга по прозвищу Хот-дог:

«Из-за кулис выпорхнула Снегурочка и принялась танцевать что-то наподобие русского народного танца. Она была одета в короткое ярко-синее платьице с меховым воротником и манжетами, на голове у неё красовался серебряный кокошник. Снегурочка плавно разводила руки в разные стороны, приставляла указательный палец к подбородку и, упершись кулаками себе в талию, выворачивала ногу в белом сапожке, касаясь пола то носком, то пяткой. 

С Новым годом, дети! воскликнула она, когда закончила свой танец и встала возле Деда Мороза. Как я рада всех вас видеть! 

Holy moly guacamole! воскликнул Хот-дог. Святые небеса! 

Все оглянулись на Хот-дога. Он что, никогда не видел Снегурочку? 

Is this his girlfriend? спросил Хот-дог маму. Это его девушка? 

Girlfriend? Нет-нет! улыбнулась мама. Герлфренд! Саша, ты слышал?

  Тогда кто она? Эльф? Такой русский эльф?

О боже, русский эльф. Мама не выдержала и прыснула со смеха.

Смотри, Джимми, сказал папа. Это Снегурочка, она внучка Деда Мороза. Она помогает ему разносить подарки.

Вот это да! Мне нравится ваш русский Новый год!».

Конечно, Аня не забывает про свой московский дом и продолжает по нему скучать. Но постепенно выясняется, что различий между Москвой и Нью-Йорком не так уже и много, а те, что есть, не такие фундаментальные, как казалось сначала. В Нью-Йорке на улице продают такие же вкусные хот-доги, как и в Москве, только кетчупа и горчицы кладут больше. В снежный день можно отлично покататься с горки в Центральном парке, совсем как дома зимой. В Америке тоже есть верные друзья и, к сожалению, встречаются и те, с кем не получается найти общий язык, на каком бы языке ты ни говорил.

«Что-то изменилось то ли в этом городе, то ли во мне. Свет фонарей больше не казался мне холодным, наоборот, он был нежный, убаюкивающий. На крышах Манхэттена уютно лежал снег, как будто весь город был накрыт тёплым белым одеялом. 

Перед тем как заснуть, я подумала, что наконец-то вернулась домой и что мой дом это мама и папа».

Опыт эмиграции редко бывает простым, и в первое время переезд, даже запланированный и желанный, может казаться потерей – привычной жизни, привычных опор, дома, родины. Но книга Марии Даниловой показывает, что это всё преодолимо. И что ребёнку действительно важнее всего быть вместе с родителями, там, где они чувствуют себя спокойно и уверенно. На примере Ани мы видим, что жизнь в другой культуре не обедняет ребёнка, не отбирает у него родные привычки и родной язык, а наоборот, обогащает. Причём это взаимовыгодный процесс. Открывая для себя американскую культуру, Аня делится со своими новыми друзьями русскими выражениями, блюдами национальной кухни, традициями и праздниками. 

В мире, все более и более разобщённом по всяким разным признакам – географическим, политическим, национальным, религиозным и так далее, – такая книга и такой взгляд на мир – это мостик между культурами и рука поддержки для людей, которые прямо сейчас планируют переезд вместе с детьми и переживают по этому поводу.

Можно любить и ценить свою страну и свою культуру и при этом жить в другой стране и другой культуре (и тоже любить и ценить их), можно иметь два дома, или три, или четыре. Или чувствовать себя дома везде. Ведь дом – это больше, чем стены конкретного здания, границы конкретной страны. Дом – это близкие люди, это их поддержка, даже сквозь расстояние, это воспоминания, которые дают опору, и возможности, которые даёт новая страна. 

В финале книги Анина семья (уже в расширенном составе: у Ани появляется младшая сестра Соня) совершает ещё один переезд, уже внутри Америки, а на каникулы возвращается в Россию – туда, где Москва, дача, бабушки и дедушки и ощущение детства. И если в начале книги Аня была счастлива только здесь, то к финалу она раздвигает собственные границы и понимает, что счастье зависит не от места. Вернее, не только от него.

«Вот он, мой дом полосатый гамак, а в нём мама, папа, Соня и я».

Читайте также
ЗАГРУЗИТЬ ЕЩЕ