Как государство проиграло в войне с журналистами

За последние три месяца Россия почти полностью лишилась независимых от государства СМИ и журналистов. Что пришло им на смену, какие альтернативные источники информации сегодня есть и насколько они доступны – в обзоре «Стола»

Фото: Анатолий Жданов / Коммерсантъ

Фото: Анатолий Жданов / Коммерсантъ

Три месяца назад вступил в силу закон «о дискредитации ВС РФ», который, по сути, ввёл военную цензуру на территории России. Любая информация о военных действиях на Украине, полученная не от Минобороны РФ, объявлялась запрещённой. Это позволило разом заблокировать не только всех «иноагентов», включённых в этот перечень за минувший год, но и другие, казалось бы, аполитичные издания, которые в своей новостной ленте опирались более чем на один источник. Например, журнал «The Village». 

Блокировка при этом представлялась не самой большой проблемой: значительная часть аудитории уже научилась пользоваться VPN. Реальная угроза заключалась в том, что с момента вступления закона в силу все сотрудники редакций заблокированных СМИ становились потенциальными фигурантами уголовных дел. Даже если бы они ничего больше не публиковали. Журналисты получили предостережения от Генпрокуратуры, которые недвусмысленно давали понять, что закон будет применён к ним задним числом, как это уже было в случае со сторонниками Алексея Навального: им вменили сотрудничество с «экстремистской организацией», которая на момент сотрудничества таковой ещё признана не была. 

Вала уголовных дел, впрочем, за этим не последовало: отправив редакциям предостережения, Генпрокуратура выдержала многозначительную паузу, дав возможность журналистам покинуть страну. Что они и сделали. Большинство перебралось в Грузию и Латвию, часть – в Эстонию, Польшу, Израиль, Украину.

Сменили прописку

Сразу два крупных российских СМИ за последние два месяца стали европейскими. Это «Новая газета» и телеканал «Дождь»*. 

В ряду других независимых медиа «Новая газета» приостановила свою работу в России одной из последних. Это случилось 28 марта после второго предупреждения от Роскомнадзора о нарушении нового закона. После этого часть сотрудников издания покинула Россию, и уже 7 апреля стало известно, что они готовятся к запуску «Новой газеты. Европа», где собираются писать о мировых и российских новостях «для людей, читающих по-русски и разделяющих европейские ценности». Газету возглавил бывший редактор отдела политики «Новой газеты» Кирилл Мартынов. Сайт нового издания заработал 20 апреля и почти сразу же в России был заблокирован Роскомнадзором из-за «фейков о спецоперации». Тем не менее издание продолжает работать, причём работать с российскими проблемами и на российскую аудиторию.

Главный редактор "Новой газеты" Дмитрий Муратов. Фото: Александр Казаков / Коммерсантъ
Главный редактор "Новой газеты" Дмитрий Муратов. Фото: Александр Казаков / Коммерсантъ

Новостью минувшей недели стало получение телеканалом «Дождь» европейской лицензии. «Дождь» приостановил вещание в России 4 марта из-за угрозы уголовного преследования сотрудников редакции. К тому моменту сайт телеканала уже был заблокирован. Европейский «Дождь» пока не заработал, о планах возрождённой редакции известно мало, в основном из небольшого комментария гендиректора российского «Дождя» Натальи Синдеевой: «Планируется  вещание из разных стран. На первых порах точно – Рига, Амстердам, Париж, Тбилиси. В перспективе будем расширяться, если хватит сил и ресурсов. Хочется построить большую международную  компанию. Больше пока комментировать ничего не могу. О старте вещания сообщим сразу».

Ушли в YouTube

За время перерыва в работе телеканала бывшие его сотрудники запустили собственные проекты в YouTube, где продолжили работу приблизительно в том же формате, что и раньше, но уже в личном качестве. Так появились каналы Котрикадзе Дзятко, Фишман, Бакалейко и Катаев, Борзунова Роменский. У бывших журналистов «Эха Москвы» Александра Плющева и Майкла Наки свои каналы были и в период работы на радио.

Ещё три центра притяжения для оставшихся без работы независимых журналистов – это медиапроекты команды Алексея Навального (особенно YouTube-канал «Популярная политика»), команды Михаила Ходорковского* и YouTube-канал «Живой гвоздь», где работает часть команды закрытого радио «Эхо Москвы».

Остались в России

«Живой гвоздь», наверно, самый значительный из независимых медиапроектов, где работают  журналисты, оставшиеся в России. Многие постоянные гости эфира (сначала радио, а потом YouTube-канала) за последние месяцы получили статус иноагентов. Получил его и бывший главный редактор «Эха Москвы» Алексей Венедиктов*. С потерей статуса СМИ бывшее «Эхо» заметно радикализовалось: живущие за пределами России участники передач не стесняются в выражениях, говоря о российской власти, а ведущие их не останавливают, как это бывало раньше.

Алексей Венедиктов*. Фото: Никеричев Андрей / АГН "Москва"
Алексей Венедиктов*. Фото: Никеричев Андрей / АГН "Москва"

Ещё один феномен российского медиаполя – интернет-издание Sota (Sota.Vision). Эта редакция ещё не признана иностранным агентом, хотя учредитель издания Александра Айнбиндер* и его главный редактор Олег Еланчик* (теперь уже бывший) получили этот статус в личном качестве. Кроме того, Sota бьёт рекорды по числу журналистов, которых задерживают во время исполнения редакционных заданий. За весну они заметно расширили аудиторию своего телеграм-канала. Приблизительно в той же нише работает издание DOXA, сайт которого был заблокирован в РФ одним из первых после начала «спецоперации».

Продолжают работать ранее признанные иноагентами «Росбалт» и «Медуза», их сайты также не открываются без VPN. Впрочем, как сказал журналистам пресс-секретарь президента Дмитрий Песков, VPN-сервисы не запрещены и сам он ими активно пользуется.

***

Работают даже обвинённые в сотрудничестве с «нежелательными организациями» расследовательские издания «Проект» и «Важные истории». (По закону гиперссылку на них давать нельзя.) Их редакции почти целиком перебрались за границу.

Таким образом, альтернативные источники информации по-прежнему доступны для всех желающих, пока есть интернет. Многие из них потеряли статус СМИ, но это не сильно отразилось на возможностях профессионально работать с информацией. Интернет-аудитории сейчас доступно всё – от мнений и аналитики до новостей и расследований. Доступно даже тем, кто не знает аббревиатуры «VPN», потому что почти все упомянутые медиа имеют свои аккаунты в YouTube и Telegram, которые пока не заблокированы. Пользование Facebook** и Instagram**, против ожиданий, до сих пор не криминализовано.

Социологи всё чаще говорят, что на самом деле «все всё знают», даже если пребывали в искреннем неведении в самом начале военных действий. Более того, информации стало даже больше, а её источники – прозрачнее. Госполитика в отношении СМИ сделала медиаполе более понятным и прозрачным, окончательно отделив «своих» от «чужих». Утихли споры по поводу реального положения в системе Алексея Венедиктова и Владимира Познера, Ивана Урганта и Максима Галкина. Интересное время, когда полутонов почти не осталось.

 

*Признаны государством иноагентами

**Признаны государством экстремистскими.

 

Читайте также
ЗАГРУЗИТЬ ЕЩЕ