Убрать нельзя оставить: как историю России делают безопасной

Российская история снова пересматривается. «Стол» решился посмотреть на самые интересные случаи и выяснить у экспертов, где сейчас проходит «двойная сплошная» в исторической науке

Фото: Зыков Кирилл/АГН «Москва»

Фото: Зыков Кирилл/АГН «Москва»

Фото: Зыков Кирилл/АГН «Москва»

Ленинградский районный суд Калининграда признал противоречащей законам РФ книгу о Катынской трагедии «Катынь. По следам преступления» о расстрелах 22 тысяч польских граждан в 1940 году на территории СССР. Ссылка на неё в интернете была внесена в реестр запрещённой информации. Основной причиной запрета стало «отождествление целей, решений и действий СССР и нацистской Германии», которое, по мнению суда, проводится в книге. В последнее время в России пересматривают и другие исторические события, предлагая совершенно по-новому отражать их в учебниках истории или вовсе убрать оттуда. Что ещё нужно вырезать из истории, чтобы сделать её безопасной, и возможно ли это в принципе, мы поговорили с историком и журналистом, автором почти двух десятков книг и киносценариев Сергеем Кисиным.

Судебное решение, фактически признавшее книгу о Катыни вне закона, вынесли в конце июня этого года. Проводя лингвистическую экспертизу, УФСБ обнаружило в описании действий СССР такие выражения, как «вторжение», «захват», «раздел зон влияния и распоряжения независимостью суверенных государств», «оккупация»; «вторжение со стороны обоих соседей-захватчиков».

Сергей Кисин. Фото: kino-teatr.ru
Сергей Кисин. Фото: kino-teatr.ru

Исследование свидетельствует о негативном отношении авторов к советскому государству в той форме правления, которая была при Сталине и коммунистическом режиме и которая авторами отождествляется с государственной политикой нынешнего российского государства, проводимой президентом Российской Федерации Путиным, и говорится о том, что Россия продолжает вести себя как государство-оккупант, попирая суверенитет других стран, ведя агрессивную политику, – следует из данных экспертизы.

– Книга была издана при поддержке Центра польско-российского диалога и согласия в 2020 году, но пристальное внимание на нее обратили именно сейчас. Почему?

– В данном случае, безусловно, события имеют политический подтекст, – считает историк Сергей Кисин. – Если говорить о Катыни, то вопрос тем более политический. О том, как следует оценивать это событие, вопрос встал ещё в горбачёвско-ельцинские времена, когда Россия шла на сближение с Западом и продолжалось развенчание культа Сталина. Во время курса на десталинизацию мы брали на себя все грехи, в том числе и несуществующие. Катынский вопрос же очень неоднозначный, и я считаю, что историки до сих пор не поставили там точку. Каждая страна, разумеется, доказывала свою правоту, как и в любой политической дискуссии. На тот момент политически выгодна была прозападная позиция, и руководство нашего государства приняло её. Сейчас в политике пошёл откат. Историки же здесь совершенно не при чём, и что произошло на самом деле – мы, скорее всего, никогда не узнаем.

Вероятно, по схожей причине буквально на днях заговорили о необходимости изменить «искажённую» информацию о том, что Российская империя будто бы активно участвовала в колониальном разделе Китая в конце XIX века. В учебниках всеобщей истории этот момент отражён следующим образом.

Японо-китайская война была началом нового общего наступления колонизаторов на Китай. Начался раздел Китая на экономические сферы влияния и захват опорных пунктов на его территории, в том числе посредством прямого военного вмешательства – интервенций. Участниками раздела Поднебесной названы в итоге Япония, Германия, Англия и Россия. США при этом будто бы стали единственной мировой державой, отказавшейся взыскивать контрибуции с Китая.

***

На информацию, опять-таки превращающую Россию в агрессора, недавно обратили внимание в Совете Безопасности. Как указали некоторые СМИ, председатель комитета Совета Федерации по обороне и безопасности Виктор Бондарев призвал Генпрокуратуру РФ проверить содержание российских учебников по этому поводу на наличие антироссийской пропаганды, формирующей у молодёжи чувство стыда за Родину. В школьных пособиях в таком случае следует подчеркнуть, что Российская империя, напротив, спасла Китай от экономической катастрофы, когда тот потерпел поражение от Японии, предоставив кредиты на льготных условиях, и подписала союзный договор о помощи в случае повторения войны с Японией. Разница кардинальная: не агрессор, а союзник.

Постепенно выводится из учебников и оборот «Киевская Русь». По новым ФГОС, термин «Киевская Русь» считается ошибкой. Учителям истории теперь следует называть Киевскую Русь просто Русью, Украину – Запорожской Сечью, а Стрелецкий бунт – Хованщиной.

Картина Н. Д. Дмитриева-Оренбургского «Стрелецкий бунт». Фото: Таганрогский художественный музей
Картина Н. Д. Дмитриева-Оренбургского «Стрелецкий бунт». Фото: Таганрогский художественный музей

Других наименований/формулировок этих событий, явлений, процессов быть не может. Обучающийся, выполняя любую диагностическую работу, должен оперировать актуальной терминологией, иначе сформулированные явления, события, процессы будут признаны фактической ошибкой. Например: не Киевская Русь, а государство Русь; не Украина, а Запорожская Сечь; не Стрелецкий бунт (1682 года), а Хованщина и т. д., – следует из документа.

Когда отрывок документа распространился по Сети, появились и комментарии, что исторические факты просто хотят «уточнить». Русь образовалась в Новгороде, позже столицу перенесли в Киев – отсюда и название. Потому, говоря о «Киевской Руси», учащиеся словно отсекают более ранний период существования государства. Уточнение в этой связи – вовсе не идеологическое вмешательство и совсем не связано с событиями на Украине.

Сергей Кисин считает это подменой понятий.

Государство Древняя Русь в разные периоды своей истории называлось Новгородская Русь, Киевская Русь, Владимирская Русь – в зависимости от того, где находилась столица государства. Но сейчас в связи с определёнными политическими событиями термину «Киевская Русь» придаётся какое-то особое значение. И это распространяется на всю историю Древней Руси. И это опять же политический, а не исторический вопрос. Но нельзя события в истории решать за счёт юриспруденции. Есть такое выражение: Россия – страна с непредсказуемым прошлым. То же самое и здесь, – объясняет он.

Изменения в учебниках, вероятно, коснутся не только Древней Руси, но и новейшей истории. В Минпросвещения предложили дополнить издания новейшими событиями, сократить часть про Европу и расширить часть про Азию, Африку и Латинскую Америку – «чтобы сбалансировать материал о роли Европы в развитии мировой культуры». И, возможно, это не так уж плохо. Историки в целом выступают за расширение знаний. Вопрос в том, как определить, какие из них важнее.

В России в целом очень плохо знают всемирную историю. Поэтому я могу только приветствовать расширение преподавания истории вообще. Другое дело, что история – это такая вещь, которую нельзя взвешивать на весах. Мол, столько нужно отвести на изучение одного события или страны, столько – другого. Так не может быть. Учить историю каких-то определённых стран или политических систем и не учить историю других – это тоже неправильно. Не нужно пытаться склонить всё на какую-то одну сторону. И не нужно понижать значение Европы, какими бы врагами они сейчас для современной российской власти не были. Нельзя отменить Наполеона, как и нельзя отменить Шекспира. На Западе, как видите, запросто отменяют Пушкина, как и Чайковского, а мы не можем следовать по этому пути. Россия – всё-таки культурная страна, – говорит Кисин.

Картина Поля Делароша «Портрет Наполеона I». Фото: общественное достояние
Картина Поля Делароша «Портрет Наполеона I». Фото: общественное достояние

Но сделать историю «безопасной» – без неоднозначных, «скользких» событий, которые хоть каким-то образом отбрасывают тень на безупречную репутацию государства, в принципе невозможно. Преподавать историю однобоко неправильно: событие либо есть, либо нет. Как можно выбросить из истории, например, Ивана Грозного? Но можно интерпретировать события или личность.

Каждый человек решает для себя тот же вопрос о Сталине или о Петре Первом. Но сделать безопасной личность Петра Первого – это как пытаться сделать безопасной личность Гитлера. Это как раз очень опасно – попытки сделать историю безопасной, – предостерегает историк.

Относительно вопроса интерпретации ещё в марте этого года в Минобрнауки заговорили о том, чтобы ввести госэкспертизу для учебников по гуманитарным наукам, прежде всего по истории. Экспертизу, по задумке, должен проводить специальный Совет по развитию исторического образования. В частности, в рамках этого предлагается унификация учебников истории как минимум для непрофильных вузов – аграрных, медицинских, транспортных. Некий единый стандарт по содержанию пособий.

– У нас в активе несколько тысяч учебников по истории, и мы ни в коем случае не хотим ограничивать их использование в учебном процессе, но в некоторых случаях есть вопросы к корректности в подаче исторических фактов, – высказывался на эту тему глава Минобрнауки РФ Валерий Фальков.

Так, первоочередными задачами Совета станут «координация контрпропагандистских мероприятий в сфере исторической правды, а также принятие оперативных мер по противодействию фальсификации российской истории и политической интерпретации исторических событий», популяризация исторического знания и выработка рекомендаций для университетов. В случае обнаружения исторических неточностей и ошибок, фальсификаций и искажений в учебных пособиях по истории, используемых в вузах, любой гражданин сможет обратиться к участникам Совета с просьбой о проведении соответствующей проверки.

Валерий Фальков. Фото: Тихонова Пелагия/Агентство «Москва»
Валерий Фальков. Фото: Тихонова Пелагия/Агентство «Москва»

Унификация учебников, по мнению историка, – идея хорошая. Вопросы может вызвать её реализация.

В Советском Союзе не было много изданий учебников. Политическая линия менялась, но люди по всей стране понимали, что учат одно и то же. Когда в разных школах одной страны преподаются разные точки зрения на историю – это ненормально. Тогда люди историю просто не знают. Другое дело, что в этом Совете должны находиться умные люди, которые понимают, что любое событие нужно преподносить с разных точек зрения, поскольку история – это предмет, который в принципе нужно рассматривать с разных точек зрения. Так же, кстати, стоит вести себя и преподавателям – доносить разные точки зрения. А какая из них верная – это уже решать будущим поколениям, – уверен Сергей Кисин.

«Унифицированные» учебники скоро могут появиться не только в России. В Госдуме предложили создать пособия по истории и для освобождённой части Украины – взамен тех, которые искажают образ России и разжигают русофобию.

– История – это такая наука, которую пишут победители. Во всех государствах после всех войн и крупных событий последующие правители переписывали историю под себя. Так, как им было выгодно и удобно. Исторический вопрос всегда находится под давлением политического, – заключает Сергей Кисин.

Читайте также
ЗАГРУЗИТЬ ЕЩЕ