Как Россия всё-таки завоевала Крым

Крым всегда имел важное стратегическое и экономическое значение и наконец стал ареной борьбы между Россией и Османской империей. Что было потом – рассказывает Павел Жуков

"Апофеоз царствования Екатерины II", Григорио Гульельми / Эрмитаж

Во второй половине XV века Османская империя добилась поставленной задачи – она сумела превратить Чёрное море в собственное «внутреннее озеро». Этого удалось достичь благодаря тому, что приморские города Крыма стали её владениями, а само Крымское ханство превратилось в вассала Порты.

На протяжении последующих нескольких столетий никто не посягал на владения Турции, пока с севера на черноморское побережье не обратила свой взгляд Россия. Расширив владения на востоке, пришла пора всерьёз подумать и над возвращением южных земель. Но быстро присоединить Крым и близлежащие территории было физически невозможно. Требовалась долгая и тщательная подготовка. И всё  же несколько военных походов на территорию полуострова было совершено сначала в XVI, а потом и в XVII веках. Все они закончились безуспешно. Однако русские поселения все глубже и глубже проникали в Дикое поле – пустынные земли, отделявшие Россию от Крыма. Власти Османской империи внимательно следили за Россией, создавая всё новые и новые оборонительные сооружения. Турки не сомневались: рано или поздно за полуостров развернётся ожесточённая война.

Карта Крыма в XVII веке

В конце XVII века Азовские походы Петра I тоже не принесли нужного результата. Как, собственно, и Русско-турецкая война 1735–1739 годов. Несмотря на удачный результат для Санкт-Петербурга, присоединить Крым тогда не получилось. Сказалась отдалённость освоенных Россией земель и полуострова.

Лишь война с турками, продолжавшаяся с 1768-го по 1774 годы, смогла сдвинуть решение проблемы с мёртвой точки. Во-первых, у России теперь был мощный плацдарм для наступления – Новороссия. Во-вторых, война складывалась удачно, и в 1771 году генерал-аншеф Василий Михайлович Долгоруков сумел захватить Крым. За этот успех Екатерина II наградила князя шпагой, орденом святого Андрея, алмазами к ним и титулом Крымский.

Крымский хан Селим, потерпев сокрушительное поражение, вынужден был искать спасения у османов. Но, как известно, свято место пусто не бывает. И вскоре местные беи назначили нового правителя. Их выбор пал на Сахиба II Гирея, который считался сторонником сближения с Россией. Именно Сахиб как хан и подписал с Долгоруковым Карасубазарский договор в ноябре 1772 года. По этому соглашению Крымское ханство становилось независимым, а Керчь и ещё парочка крепостей «в довесок» отходили к России. Вскоре Долгоруков вместе со своей армией покинул земли независимого государства.

Но мирный договор между Россией и Турцией был подписан лишь в июле 1774 года. По факту, он закрепил пункты из договора Карасубазарского с незначительными поправками. Главное – Российская империя получала Керченский пролив, а Турция потеряла все свои владения в Крыму, а также обязалась не вмешиваться во внутренние дела ханства.

Мемориальная доска на месте подписания договора в 1774 г., село Кайнарджа, Болгария

Решающий шаг

Дорогу осилит идущей – всем известная истина. Российская империя, преодолев половину пути, не собиралась останавливаться на достигнутом. Да, выход к Чермному морю через Азовское удалось получить. Но этого было слишком мало. К тому же не внушало доверия как само Крымское ханство, так и обстановка вокруг него. Государство лихорадило, при помощи религии Османская империя оказывала сильнейшее давление на правящую верхушку. Естественно, всё это вскоре привело к расколу населения: одни поддерживали северного соседа, другие – южного. Россия следила за ситуацией, но не спешила вмешиваться. И лишь когда в Алуште высадился Девлет-Гирей (хан, назначенный Портой), пришлось принимать ответные меры. Тот бой турки проиграли, но вот законный правитель Сахиб II Гирей решил не искушать лишний раз судьбу и покинул территорию полуострова. Кстати, именно в сражении под Алуштой тогда ещё подполковник Михаил Илларионович Кутузов лишился глаза.

На пару лет обстановка вокруг Крыма несколько успокоилась. Но это вовсе не значило, что стороны решили беспрекословно выполнить все пункты Кючук-Кейнарджийского договора. Что Россия, что Турция просто готовились к очередной войне. Первым удар нанёс Санкт-Петербург. Произошло это в ноябре 1776 года. Тогда стало известно, что османы остались в Каффе, хотя обязаны были покинуть Крым. Чем не повод для атаки? И генерал-поручик Александр Александрович Прозоровский без какого-либо сопротивления занял Перекоп. Тем временем Шахин Гирей – новый ставленник от России – сумел закрепиться не только на Кубани, но и на Таманском полуострове. Что же касается Прозоровского, то он попытался наладить контакт с Девлет-Гиреем путём переговоров. Причём русский генерал действовал дружелюбно, стараясь расположить к себе турецкого ставленника. Но затея провалилась. Хан не собирался любезничать с Прозоровским. Более того, он требовал у османов расторжения мирного договора с Россией и вооружённого вмешательства. Порта призыв своей марионетки проигнорировала, у неё не было желания тогда вступать в очередную войну с Россией. И Девлет-Гирей остался один на один с грозным противником. Он ждал встречи с русскими войсками и параллельно надеялся на чудо. Чуда не произошло.

Крымский хан Девлет-Гирей

Когда генерал-поручик Александр Васильевич Суворов вместе со своим корпусом неожиданно объявился близ Карасубазара и реки Индол, татары не стали даже пытаться ему противостоять. Они просто сбежали. Но Девлет-Гирей, надо всё-таки отдать ему должное, сдаваться не собирался. Он по-быстрому передислоцировался под Бахчисарай и начал собирать новую армию. Затея провалилась, он просто не успел: в Еникале «с корабля на бал» сошёл Шахин Гирей. Его, как родного, встретила татарская знать. Потеряв поддержку верхушки, Девлет-Гирей признал своё поражение. И под защитой османов он сбежал в Стамбул. А Шахин стал новым Крымским ханом. Правда, опасаясь мятежа (а заодно и возвращения Девлет-Гирея), он настоял на том, чтобы русские войска не покидали Крым.

Сейчас необходимо сделать небольшое отступление и вкратце рассказать о ставленнике императрицы Екатерины II. Человек, получивший образование в Европе и говоривший на нескольких языках, оказался, скажем так, «неэффективным менеджером». Шахин отчего-то решил, что у европейцев и крымских татар одинаковый менталитет, поэтому своё государство пытался выстроить по западным образцам. И если местный народ воспринял это как блажь и чудачество, то попытка уравнять в правах мусульман и неверных обернулась для Шахина полным крахом. Финальным гвоздём в крышку гроба стало решение отобрать у духовенства земли – вакуфы. Так Шахин превратился из «молодого и перспективного» хана в предателя и вероотступника. И уже в ноябре 1777 года полуостров взбунтовался. Турки, естественно, не могли не воспользоваться ситуацией. И в декабре в Крым прибыла новая османская марионетка – Селим Гирей III. Подавлять восстание пришлось силой русского оружия. Власть Шахин в тот раз сумел удержать.

Но вскоре произошло знаковое событие. Суворов, который к тому моменту сменил Прозоровского на посту главнокомандующего армиями Крыма и Кубани, получил от князя Григория Александровича Потёмкина особое задание. Александр Васильевич занялся переселением крымских христиан на земли у устья Дона и на побережье Азовского моря. Заодно многочисленные армяне, грузины, греки и волохи приняли российское подданство. Этот маневр генерал-губернатора Потёмкина сильно ударил по экономическому благополучию ханства, поскольку христиане приносили существенный доход в казну. Шахин Гирей находился в бессильной ярости. Но после кнута Потёмкин расщедрился и на пряник: «за утрату подданных» правитель и его окружение получило компенсацию в размере ста тысяч рублей.

В марте 1779 года между Санкт-Петербургом и Стамбулом была подписана Айналы-Кавакская конвенция. Османы официально признавали Шахина ханом и обязались не посягать на независимость его государства. Также они должны были не мешать российским торговым кораблям проходить через Боспор и Дарданеллы. Россия со своей стороны обещала вывести войска из Крыма.

И вновь ситуация успокоилась лишь на время. Неугомонные турки никак не хотели смириться с поражением. И благодаря их стараниям осенью 1781 года Крым накрыла очередная волна восстаний. Во главе мятежа встали Батырь и Арслан Гиреи – старшие братья хана. Потёмкин обо всех этих событиях узнал нескоро – только в конце весны следующего года. В то время он находился в Москве, а затем отправился в Петербург – на встречу с государыней. Екатерина II велела Григорию Александровичу направиться в Петровскую крепость, туда же должен был прибыть и Шахин Гирей. Хану, кстати, императрица в письме пообещала помочь с урегулированием ситуации.

Встреча Шахин Гирея и Григория Потёмкина

Потёмкин и Шахин встретились в конце сентября 1782 года. После этого российские войска отправились в Крым. Генерал-поручик граф де Бальмен получил особое распоряжение от Александра Григорьевича: ему требовалось не нагнетать обстановку и стараться мирным путём погасить восстание.

Бунтовщики в очередной раз даже не пытались оказывать сопротивление. Они либо сдавались, либо просто убегали. Что же касается высокопоставленных жителей полуострова, то они надеялись, что российские дипломаты и военачальники защитят их от гнева Шахина, который славился любовью к жестоким и быстрым расправам. Потёмкин решил лично разобраться в ситуации и прибыл в Крым. Итог неутешителен. Александр Григорьевич выяснил, что хан вызывает недовольство и у простых татар, и у знати. «Бонусом» шли турки, которые не собирались отступать от намеченной цели – вернуть Крым себе.

Оценив ситуацию, Потёмкин окончательно убедился в том, что Крым необходимо  официально присоединять к Российской империи. Свои мысли он изложил в меморандуме и представил его Екатерине. Александр Григорьевич сообщил: «Всемилостивейшая государыня! Неограниченное мое усердие к Вам заставляет меня говорить: презирайте зависть, которая Вам препятствовать не в силах. Вы обязаны возвысить славу России. Посмотрите, кому оспорили, кто что приобрел: Франция взяла Корсику, цесарцы без войны у турков в Молдавии взяли больше, нежели мы. Нет державы в Европе, чтобы не поделили между собой Азии, Африки, Америки. Приобретение Крыма ни усилить, ни обогатить Вас не может, а только покой доставит… Поверьте, что Вы сим приобретением безсмертную славу получите и такую, какой ни один государь в России ещё не имел. Сия слава проложит дорогу ещё к другой и большей славе: с Крымом достанется и господство в Чёрном море. От Вас зависеть будет, запирать ход туркам и кормить их или морить с голоду».

Государыня дала положительный ответ. Правда, Потёмкину она сообщила, что процесс присоединения должен пройти максимально мирно. И в апреле 1783 года Екатерина II подписала Манифест «О принятии полуострова Крымского, острова Тамана и всей Кубанской стороны под Российскую державу». Интересно вот что: документ не был предан огласке. Сообщить о нём надлежало только после того, как цель будет достигнута.

Памятная медаль в честь присоединения Крыма и Кубани к Российской империи

С этим манифестом Потёмкин и прибыл в Крым. Задача у него, конечно, была сложная. Но вполне решаемая. Оказавшись на полуострове, Александр Григорьевич с удивлением узнал, что Шахин Гирей отрёкся от ханства. Он не выдержал давления и не знал, что делать с катастрофой в экономике своего государства. Но отречься от трона – не значит выйти из игры. Шахин надеялся, что в сложной ситуации Потёмкин не справится с поставленной задачей, запаникует и вернёт ему ханство, а заодно сделает его независимым. Но Александр Григорьевич вряд ли даже рассматривал подобное развитие сюжета. И все силы бросил на присоединение полуострова. Он подтянул войска (так, на всякий случай) и начал проводить масштабную агитационную кампанию среди татарской знати. Тем временем Екатерина II распорядилась в экстренном порядке выбрать гавань для будущего Черноморского флота. И уже в начале 1784 года близ бухты у поселка Ахтияр был заложен Севастополь.

Что же касается манифеста государыни, то Потёмкин обнародовал его в начале июля 1783 года, когда на верность Российской империи присягнула крымская знать. Произошло это знаковое событие на вершине скалы Ак-Кая, что близ Карасубазара. Присягнули на верность и духовные лица, и беи, и мурзы, и простой народ. А в конце июля Александр Григорьевич отчитался перед Екатериной II в послании. Он сообщил, что цель наконец-то достигнута. При этом Потёмкин не отошёл от приказа государыни. Русские солдаты вели себя максимально уважительно и дружелюбно по отношению к местному населению. И такое поведение дало свои плоды – Крым был присоединён бескровно.

Естественно, Османская империя была в ярости. Она лишилась марионеточного государства и важнейшего плацдарма для новых войн с Россией, но сделать ничего с этим не смогла. И в январе 1784 года два государства подписали «Акт о мире, торговле и границах обоих государств». Турки признавали, что Крым – территория Российской империи, а русские – что Очаков и  Суджук-кале принадлежали Порте.

Любопытно вот ещё что: на присоединение Крыма европейские государства отреагировали буднично. Протест последовал лишь со стороны Франции. И президент Коллегии иностранных дел Иван Андреевич Остерман вежливо напомнил Парижу о том, как Екатерина II признала присоединение Корсики к Франции. На этом, собственно, инцидент и был исчерпан.

Читайте также
ЗАГРУЗИТЬ ЕЩЕ