Южа – это место, где можно говорить друг с другом тихим голосом любви 

Предприниматель, номинант премии «Жить вместе» Ирина Крюковская рассказала «Столу» о простом рецепте собирания сообществ региона 

Фото: из личного архива Ирины Крюковской

Фото: из личного архива Ирины Крюковской

Южа – крохотный городок, точка на карте, капля, которая постепенно высыхает на солнце. За 50 лет – с 1974 года по наше время – население убыло ровно в два раза: с 25 000 человек до 12 500 человек ныне. Сколько таких городков в России? От иных и осталось разве что только название. Но Южа за жизнь борется. Точнее, её жители всё-таки осмыслили для себя, что их город  –  это не просто геолокация, но дом в самом глубоком смысле этого слова. 

Как обычно, такие истории начинаются с человека. В нашем случае – с Ирины Крюковской и её семейства. Прежде чем мы успели начать наш разговор, Ирина трижды успела пригласить в гости к себе в Южу. Так и сказала: «Приезжайте к нам на вкусный чай с пирогом и рассказом. Мы всё покажем, будет полное погружение!». 

Вообще говоря, Ирина – врач и фармацевт. Но сейчас она лечит людей не таблетками, а нормальным образом жизни в городе, где виден горизонт, где дома соразмерны человеку, где земля кормит и ещё сохранились старые наличники на окнах. Семья Крюковских здесь известна: и сама Ирина, и её муж и две дочери – все они вкладываются в развитие Южи и собирание местных сообществ. Собственно, именно поэтому они и стали номинантами премии «Жить вместе» в 2023 году.  

Ирина Крюковская. Фото: из личного архива Ирины Крюковской
Ирина Крюковская. Фото: из личного архива Ирины Крюковской

– Ирина, где вы родились? 

– Да, я из этих «где родился, там и пригодился». Отец у меня из торжокского района, там была такая деревня Броды. Сейчас на её месте заросший пустырь. В конце 1950-х он приехал служить в Южу, тут познакомился с моей мамой, и через некоторое время появилась я. 

– Южа – это всё-таки не мегаполис, а маленький город, где наверняка многое не устроено. Вы же наверняка хотели уехать в город покрупнее? 

– У меня кейс получше. Не только я никуда не уехала, но и мой муж и две мои замечательные дочери живут тут. Старшей 35 лет, она занимается туристическим бизнесом. И, честно скажу, из нашего городка это делать непросто. Младшая поступила в институт на заочное, потому что никуда уезжать не хочет. Так что мы крепко живём здесь и создаем моду на малые города. Мы просто невероятно любим своё место. 

– А где вы сами учились?

– У меня два высших образования. Я окончила Ивановскую медицинскую академию, а потом Ярославский мединститут. По первому образованию я врач-педиатр, а по второму – провизор. И сразу скажу: я долго жила во время учёбы в крупном городе, областном центре, но при первой возможности старалась уехать домой. А поскольку я окончила институт с отличием, я смогла повлиять на распределение, и мы уже вместе с мужем приехали в Южу под самые лихие 1990-е. 

– Сейчас вы врачом не трудитесь?

– Я десять лет проработала врачом-педиатром, а потом плавно перешла в аптечное дело. Мы сами построили аптечный пункт, в котором я отработала и как ЧП, и как ИП – как нас только ни обзывали за все эти 27 лет. Но два года назад аптеку я закрыла. Время меняется, мы тоже меняемся. Надо принимать реальность такой, какая она есть. Пришли сетевые аптечные структуры, мы с ними не можем тягаться. Хотя я в аптеке не продавала. Я скорее помогала людям: консультировала, направляла к разным специалистам, осматривала, если нужно было. Фактически аптека была моим служением, а не бизнесом. 

– Что вы называете служением? 

– У нас было так. Я своего фармацевта практически вырастила. Мы учили людям помогать. Конечно, мы не бесплатно лекарства раздавали. Но если возможно было найти какие-то аналоги лекарств подешевле, если можно было дать людям в долг, войти в любую ситуацию – мы это делали. После того как аптека ушла, мы стали служить гостеприимством. Это у нас родовое качество. 

– Родовое? Кем была ваша бабушка?

– Моя бабушка из деревни Горки, это рядом – Федушкин район. В 50-е годы переехала в Южу в связи с раскулачиванием. Кулаками же тогда называли всех, кто жил своим трудом. А у моего прапрадеда была мельница. Такая «Групповушка»(10:14) она называлась. У нас гречка хорошо росла, и прадед её молол в муку, потом обменивал натуральным образом. После революции пришлось несладко, ведь он у меня ещё был церковным старостой. А храм в селе стоял шикарный. Бабушка говорил, что богатейший в округе, на двенадцать пар золотых венцов для венчания. Понимаете, потребность какая была? 

– Известна судьба ваших прадедов после революции?

После революции мою прабабушку репрессировали, выслали в Магнитогорск, но через 8 месяцев вернули обратно. Они с прадедом уже в возрасте были (бабушка Анна Васильевна 1912 года рождения). В 1950-е годы из-за непосильных продналогов пришлось переехать в Южу. Переехали вместе с домом. Кстати, в нём выросли мои дочери, и любой теперь может здесь остановиться и пожить. Люди, которые хотят познакомиться и прикоснуться к живой истории, могут здесь найти для себя массу интересного. У нас всё сохранилось аутентичным: объём, интерьер, скрип половиц. 

– А с дедушкой что случилось? 

– Бабушка говорила, что он умер от тоски после переезда. Перестал кушать – и всё. Понимаете, уклад – это очень важно. Куда исчезла преемственность дома и рода? Сейчас что получается: дети уезжают от родителей в крупные города, происходит разрыв связей. Бабушки и мамы по-прежнему пекут пироги, а детям уже некогда их даже поесть. Но они же и помочь не могут своим старикам. Предлагают перевезти к себе в человейник на 25-й этаж. А кто поедет в таком возрасте? И для чего? Чтобы тоже умереть там от тоски?  

– А чем может привлечь Южа сейчас тех, кто в ней никогда не был? 

 

Участники «Том Сойер Феста» восстанавливают дом Семенова А.И. в с. Холуй Южского района. Фото: из личного архива Ирины Крюковской
Участники «Том Сойер Феста» восстанавливают дом Семенова А.И. в с. Холуй Южского района. Фото: из личного архива Ирины Крюковской

– Скажу честно, у нас совсем не туристический город. Здесь нет дворцов, кремля или купеческих палат. Но есть другое. Когда смотришь на свою территорию глазами приезжих людей, то место начинает оживать и вдохновлять своей красотой. Так однажды мы разглядели наши потрясающие и совершенно уникальные наличники.  

– В каком-то интервью вы сказали, что увидели лицо города. Какое оно? 

– Лицо города, как глаза его, – это окна, в которые смотрят люди. Мы даже выпустили такую серию открыток «Открытые окна Южи». Там фотографии одной женщины в окне, когда ей было 18 лет, а сейчас ей 78-й год пошёл. Представляете, прошло 60 лет, а она в это же окно своего дома украдкой выглядывает! 

С другой стороны, мы видим, сколько этих окон заколочено…  Мне это кажется странным и непонятным в наше-то время, когда можно получить хорошую профессию и работать удалённо, но жить по-человечески: когда ты видишь рассветы, закаты, когда ты считаешь звёзды на небе, когда ты просто идёшь – и тебя никто не толкает, когда ты свободно в любую точку города доберёшься пешком. Здесь можно купить какой-то маленький домишко с землёй, а не висеть где-то в скорлупке на высоте 20-го этажа. 

– Хорошо, что вы верите в людей и в их тягу к красоте. Но ваш населённый пункт относится к так называемым «сжимающимся» городам.  

– Страна убывает. Южа не в счёт. У нас процессы одни и те же. 

– Волонтёры премии «Жить вместе» обратили на вас внимание из-за того, что вы на сайте «Мир добра» написали, что собираете сообщества Ивановской области. О чём речь? 

– Во-первых, у нас творческие сообщества. У нас 3 центра лаковой миниатюры, темперной живописи: это Хо́луй, Палех и Мстёра. Палех от нас в 30 км, Хо́луй от нас в 9 км. Второе: у нас есть люди, которые занимаются, так скажем, сельским гостеприимством. Южа – нетуристический город. Я бы не хотела видеть здесь туристический аттракцион, но нужны люди, финансовый приток. Здесь очень важно держать баланс, чтобы не свалиться в а-ля матрёшку или в какое-то такое «возьму гармонь, надену сарафан». 

– Не дай Бог!

– Да, это сложно. Но, слава Богу, дочь Елизавета подключилась. Старшая вышла замуж, построила дом, работает здесь туроператором. Вообще что такое быть туроператором в городе, где 12 тысяч населения? Кому сказать – за животы возьмутся. Это невероятно тяжело. 

– Собирание сообществ требует колоссального труда и терпения, потому что люди очень разные и часто стоят друг к другу неудобными углами. Вот скажите, как вам удаётся собирать сообщество, чем вы их заманиваете, как вы их уговариваете, что у вас тут получается?

– Всегда надо искать людей по духу. Это, наверное, ключевое. Они сами пойдут что-то делать, если всё будет построено на любви. Так и не надо будет никого никуда заманивать. Мы развиваем моду на малые города, нам помогает и поддерживает заинтересованный в этом губернатор Воскресенский Станислав Сергеевич. Он их просто сам любит. Вы приедете, мы с вами по набережной прогуляемся – и вы тоже полюбите. Поэтому в сообществах всё построено на любви. И, наверное, всё остальное настоящее в жизни так устроено. Вот моё глубокое убеждение, люди всерьёз собираются не вокруг субботника, а по любви. 

– И с «Том Сойер Фестом» у вас сложилась любовь?

Фото: "Кружевная резьба" / vk.com
Фото: "Кружевная резьба" / vk.com

– Ещё какая! Идёт уже пятый сезон. Я координатор по связям с общественностью, технический координатор у нас Оксана. В этом году у нас чудесный дом! Хотя нас не хотели брать на фестиваль, так как думали, что с населением в 500 человек ничего сделать будет нереально. Основатель и вдохновитель ТСФ Андрей Кочетков сразу нам сказал, что подобные инициативы – это удел больших городов. В маленьких населённых пунктах никто чужой дом за бесплатно восстанавливать не пойдёт. Но потом он сдался, а мы пятый год в нашем маленьком старинном селе Холуй проводим «Том Сойер Фест».

– Вы когда-нибудь думали, в чём ваше призвание?

– Сдруживать людей, я полагаю. Мне очень нравится, когда в результате совместных действий, совместных чаепитий рождаются новые связи, которые перерастают в какие-то проекты, какие-то движухи на территориях. И я получаю от этого большое удовольствие. Чувствую, что дело большое сделала. Хотя вроде ничего такого, стенку кирпичную не выложила в пять этажей. Вообще, мне хочется всех подружить. Понимаете, наша жизнь человеческая настолько коротка. И наших конфет в коробке, которую нам выдали при рождении, становится с каждым днём, часом, минутой всё меньше и меньше. 

– Вы верите, что это возможно – всех подружить? За тысячи лет люди только ссорятся – заметьте.

– Абсолютно. Я думаю, достаточно легко понять, что какие-то там упущенные прибыли, достижения, заслуги – всё так это мелко. Если мы все будем разговаривать друг с другом тихим голосом любви, то мы поймём это. 

#премияЖитьвместе #Южа #Мир добра #внутренний туризм #Россия #сообщества 

 

 


 

Читайте также