По призванию или за деньги?

Почему рынок труда ставит человека перед таким выбором

Фото: Ann Fossa / Unsplash

Фото: Ann Fossa / Unsplash

Работа в жизни россиян всё меньше связывается с профессиональной реализацией. Таковы странные тенденции на рынке труда. Сложная интересная работа не в почёте. А та, что когда-то считалась подработкой для студентов, компромиссным вариантом на тяжёлые времена, способом перекрутиться – в авангарде. По крайней мере если судить по финансовому критерию. Судить по нему, конечно, неправильно, но и совсем отмахнуться не получается. И вот всё встало с ног на голову.

Вот недавняя статистика. По данным сервиса hh.ru, за последний год на четверть выросли доходы таксистов: их медианная зарплата к весне 2024 года составила 107 тыс. руб. В Москве водители получают до 250 тыс. руб. Также за первую половину 2024 года больше чем в 1,5 раза выросли заработки курьеров – с 90 до 150 тыс. руб. К концу года, по прогнозам аналитиков, их зарплаты могут достичь 180 тыс. А медиана зарплат доставщиков находится на уровне 111 тыс. рублей. Даже айтишники, которыми мечтают стать наши продвинутые старшеклассники, не получают столько на старте. Средняя же зарплата инженера в стране – 68 тыс. руб., а учителя – 55 тыс. руб. (на 1,5 ставках).

Нет, понятно, любой труд почётен, если он честный. Любая работа важна, если она приносит пользу людям. Но разные профессии предполагают разные уровни образования, квалификации, сложности, ответственности и всё же разную степень востребованности социумом. Странно уравнивать труд врача, который учился восемь лет и потом ещё десять нарабатывал опыт, который несёт ответственность за жизни других людей, с работой курьера или таксиста. Хотя первые доставляют не только бургеры, но и лекарства или продукты пенсионерам, а вторые могут вовремя довезти нас ночью в аэропорт. Но уравнивать нельзя. Ведь иначе невозможно никакое развитие. Иначе мы попадаем в какое-то зазеркалье и всё переворачивается.

Одно дело, когда пиццу разносит студент старших курсов, пока его подруга вечерами после лекций подрабатывает официанткой, или когда временно таксует, чтобы не сидеть ни у кого на шее, мужчина средних лет, переживающий профессионально-личностный кризис. То есть тоже хорошего мало, когда люди отвлекаются от учёбы или застревают надолго в поисках более подходящей работы, но такое положение дел хотя бы воспринимается временным вариантом, оно подразумевает в будущем какой-то просвет, люди надеются всё же найти себе дело по душе, труд по призванию.

Фото: Александр Миридонов / Коммерсантъ
Фото: Александр Миридонов / Коммерсантъ

Даже вполне нормальна ситуация, когда через опыт скучной работы без творческой и интеллектуальной составляющей будет проходить каждый, но на очень ограниченном отрезке времени. Вполне себе ответ на обывательское «ведь кто-то же должен» и «мы без них никак». Ну вот пусть все по чуть-чуть и вложатся. Тем более что почти у всех такой опыт в юности-молодости был. Я, например, работала продавцом и даже отделочником, пока училась. А теперь не работаю, и общество как-то обходится без моих рук в торговле и на стройке – есть другие студенты. Да вот хотя бы моя дочь. Этим летом она трудится проводником в поездах от студенческого отряда. Потом ей на смену придут другие. И это нормально. Никто не обязан тратить на такое все годы жизни. Созидательный потенциал человека гораздо выше, и тот будет счастлив, кто сможет раскрыть свои таланты по максимуму.

Профессиональная реализация важна для человека так же, как реализация в любви, семье, дружбе. Как невозможно связать свою жизнь с первым попавшимся человеком, так немыслимо и работать только ради куска хлеба, пусть даже и с икрой. Человеку важно уметь решать сложные задачи, чувствовать удовольствие от своего труда, получать признание коллег и общества. Но и деньги важны. Потому что если заработок не закрывает даже базовые потребности, то человек думает не о развитии, а о том, как заткнуть бреши в семейном бюджете, как обеспечить крышу над головой, с чего отдать кредит за операцию отцу, у кого перезанять на брекеты дочери. И вот инженер принимает решение походить вечерами с большой желтой сумкой. А через две-три недели таких прогулок недоумевает, где в своей жизни он свернул не туда.

Фото: Пелагия Тихонова / Коммерсантъ
Фото: Пелагия Тихонова / Коммерсантъ

Доходит до абсурда. Временное становится постоянным, а профессии, в которых можно совершенствоваться всю жизнь, превращаются во что-то краткосрочное, транзитное, непрочное, ненастоящее. Целые отрасли превращаются в какие-то будто бы перевалочные пункты.

Взять хотя бы образование. Сколько молодых людей сегодня идут в педвузы без всякого желания, просто потому что так проще! Просто потому, что тут с условными 50 баллами за ЕГЭ по обществознанию можно рассчитывать хоть на какие-то «корочки». Потом так же без энтузиазма эти несчастные, нащупывающие свою путь вслепую, идут в школу то ли за формальным опытом в три года, который стандартно требуют работодатели, то ли за учениками на репетиторство, если от общения с детьми всё же не затошнит. Кого-то, впрочем, и на три года не хватает – раньше подворачивается что-то более денежное. Но как же желание творить, экспериментировать, продолжать изучать новое, делиться собственным опытом? Как Ушинский, Макаренко, Сорока-Росинский.

Формально в системе образования даже как будто всё ещё есть условия. Для учителей вечно организуют всероссийские педагогические форумы, конференции, слёты, командировки, мастер-классы, курсы повышения квалификации. Но когда у молодого специалиста зарплата вместе со всеми надбавками тридцать пять тысяч, то лишний раз никуда не поедешь даже за счёт организации. Потому что нельзя же так разбрасываться временем, если в редкие свободные часы можно провести несколько частных уроков. А курсы начинающий учитель (да и продолжающий, но давно выгоревший) выберет самые короткие, дистанционные и бессмысленные, чтобы только сертификат получить и забыть. Тем более что-то действительно интересное и годное можно найти только за собственные деньги, по разнарядке вечно какая-нибудь ерунда.

И так во многих других сферах. Инженеры не успевают доучиться, как уже думают в сторону коммерции. Прибыльнее заниматься параллельным импортом, чем проектированием и конструированием нового. Медсёстры, вместо того чтобы продолжать обучение хотя бы до уровня фельдшера, годами, десятилетиями подрабатывают сиделками. Социологи, которые могли бы по-настоящему исследовать общество, вязнут в проведении дурацких рекламных опросов. И всё потому, что многие не могут позволить себе пережить без потерь период становления в профессии. У людей нет никакого задела для старта и рывка. Да и специалисты с опытом и квалификацией не всегда видят достойную отдачу за свой труд. Такова современная экономика, таковы особенности рынка труда в России.

Часто можно услышать, что раз так сложилось, то это естественный ход вещей – «рынок порешал». Но это неправда. Просто в нынешних условиях, когда всё непредсказуемо, когда может случиться всё что угодно, никто не хочет думать о будущем. Все торопятся получить выгоду в текущем моменте. Но это ведёт наше общество к банкротству. Не понимать этого нельзя.

 


 

Читайте также