Крестьянская война 1921 года: газовая атака

Хлор, фосген и концлагеря: «Стол» продолжает вспоминать, как большевики подавили Тамбовское восстание

Русские солдаты в газовых масках, 1916 год. Фото: wikimedia.org

Продолжение.  Начало смотрите здесь: Часть 1,часть 2, часть 3,  часть 4часть 5часть 6, часть 7  2 августа 1921 года. Жара стояла такая, что, казалось, и сил уже не было дышать, а раскалённый воздух маревом стоял над гниющими болотами в пойме реки Вороны. Даже лошади пребывали в каком-то дурном оцепенении, устав отмахиваться от болотной мошкары. Бойцы Особого полка дремали, спрятавшись в самых дебрях лесистого островка – и от палящего полуденного солнца, и от самолётов-разведчиков с красными звёздами на крыльях. Вдруг в сухом тумане неба раздался раскат грома. – Гроза? – вскинулись мужики. – Эх, давно не было дождичка, весь хлеб посох... –  Тебе-то, Митяй, что за забота? Наш хлеб теперь комиссары убирать будут... –  А у меня всё равно сердце за хлеб болит... Но вместо дождя по болоту ударило раскалённым свинцом шрапнели: бризантные заряды взрывались прямо в воздухе. Раз, другой, третий! Испуганно заржали лошади, бойцы вскочили на ноги: откуда бьют? А следом над островком взорвалось и вовсе нечто непонятное, оставившее после себя облако тёмно-зелёного цвета с резким запахом, от которого сразу же заслезились глаза и запершило в лёгких. –  Братцы, это хлор! – закричали бывалые солдаты, хлебнувшие газа ещё на Первой империалистической. –  Бежим отсюда!

* * *

Свой самый жуткий приказ № 199 – «Приказ командования войсками Тамбовской губернии о применении удушливых газов против повстанцев» –  Тухачевский подписал ещё 12 июня, в самый первый день военной операции против повстанцев.

Командарм Михаил Тухачевский, 1926 год. Фото: wikimedia.org
«Остатки разбитых банд и отдельные бандиты, сбежавшие из деревень, где восстановлена Советская власть, собираются в лесах и оттуда производят набеги на мирных жителей. Для немедленной очистки лесов приказываю:

  1. Леса, где прячутся бандиты, очистить ядовитыми удушливыми газами, точно рассчитывать, чтобы облако удушливых газов распространялось полностью по всему лесу, уничтожая всё, что в нём пряталось.
  2. Инспектору артиллерии немедленно подать на места потребное количество баллонов с ядовитыми газами и нужных специалистов.
  3. Начальникам боевых участков настойчиво и энергично выполнять настоящий приказ.
  4. О принятых мерах донести.

Командующий войсками Тухачевский». Чуть позднее Тухачевский к этому приказу добавил ещё один пункт: «Во всех операциях с применением удушливого газа надлежит провести исчерпывающие мероприятия по спасению находящегося в сфере действия газов скота». Судя по всему, этот приказ Тухачевский подписал скорее для психологического эффекта, рассчитывая напугать тамбовских крестьян угрозой применения газов, ведь в действительности в Тамбармии не было никаких отравляющих газов. Но рвение Тухачевского напугало не только повстанцев. И уже 19 июня 1921 года на заседании Центральной межведомственной комиссии по борьбе с бандитизмом было принято специальное обращение к командарму: «Предложить Тамбовскому командованию к газовым атакам прибегать с величайшей осторожностью, с достаточной технической подготовкой и только в случаях полной обеспеченности успеха». Тем не менее приказ есть приказ, и уже на следующий день, 20 июня, первый помощник начальника штаба Красной армии Борис Михайлович Шапошников (будущий маршал Советского Союза) телеграфировал в Тамбов Тухачевскому: «Главком приказал срочно выслать в распоряжение Тамбовского губернского командования 5 химических команд с соответствующим количеством баллонов с газами для обслуживания боевых участков».

Начальник Штаба РККА и Маршал Советского Союза Б.М. Шапошников. Фото: wikimedia.org

* * *

Надо сказать, что в России первые опыты по промышленному производству удушающих средств были начаты ещё до памятной газовой атаки немцев на русских солдат в крепости Осовец. Первый русский хлор для нужд армии в количестве 3 тонн был получен в августе 1915 года, а в октябре того же года началось промышленное производство фосгена – на химических заводах известного в те годы фабриканта Николая Второва, расположенных в Москве. Тогда же начали формироваться особые химические команды для выполнения газобаллонных атак. Их отправляли по мере формирования на фронт. Однако организация химической борьбы в русской армии началась лишь в 1916 году. В то время преобладающим видом химического оружия были газовые баллоны. Но по мере накопления боевого опыта центр тяжести смещался к использованию стрельбы химическими снарядами, имевшей много преимуществ перед газобаллонной атакой. Прежде всего успех атаки путём выпуска газа из баллонов очень сильно зависел от метеорологических условий – от скорости и направления ветра, температуры воздуха, осадков, наличия лесов, болот и  оврагов. Всё это делало проведение газобаллонных атак делом непростым и весьма капризным. Стрельба же химическими снарядами позволяла весьма оперативно доставлять в необходимую точку потребное количество удушающих средств.

Доклад инспектора артиллерии С.М. Касинова от 13 июля 1921 года. Фото: tambov.ru
Как свидетельствовал инспектор артиллерии Тамбармии Сергей Касинов, командарм Тухачевский заказал для карательной операции максимальное количество баллонов и газовых снарядов. Также он очень просил прислать ему авиационные бомбы с ипритом, но получил отказ. В своём ответе на запрос из Тамбова специалисты Главного артиллерийского управления РККА писали: «Аэропланных бомб с удушливыми ядвеществами на учете АВИАСНАБа нет…».

* * *

22 июня 1921 года с очаковского склада в Тамбов было отправлено 250 баллонов и более 2 тысяч снарядов с хлором и фосгеном, то есть практически всё расконсервированное оружие, уже готовое к применению. Присланный из Москвы газотехник Пуськов доложил в штаб Тамбармии: «Мною были осмотрены газовые баллоны и газовое имущество, прибывшие на Тамбовский артиллерийский склад. При сем нашёл: баллоны с хлором марки Е56 находятся в исправном состоянии, утечки газа нет, к баллонам имеются запасные колпачки. Технические принадлежности, как то: ключи, шланги, свинцовые трубки, шайбы и прочий инвентарь в исправном состоянии в сверхкомплектном количестве…». Главной же проблемой оставалось отсутствие противогазов. Пуськов констатировал: «Противогазов нет. При наличии противогазов из имеющихся на складе баллонов могут быть произведены атаки без всякого дополнительного инвентаря, так как имеется всё оборудование, даже бандажи для переноски». Впрочем, не хватало и специалистов. Выяснилось, что весной 1921 года в Красной Армии существовало всего три химические части, способные провести газобаллонные атаки. И ни одна из этих частей, к великому огорчению Тухачевского, не могла быть отправлена в Тамбовскую губернию. Так что мысль об использовании баллонов с хлором пришлось оставить.

* * *

Тогда инспектор по артиллерии штаба Тамбармии – бывший штабс-капитан 41-й артиллерийской бригады русской армии Сергей Михайлович Касинов – решил написать для обычных артиллеристов инструкцию по применению химических снарядов: «Для сведения и руководства объявляю краткие указания о применении химических снарядов.

  1. Химические снаряды применяются в тех случаях, когда газобаллонный выпуск невозможен по метеорологическим или топографическим условиям, например: при полном отсутствии или слабом ветре и если противник засел в лесах и в местах, труднодоступных для газов.
  2. Химические снаряды разделяются на 2 типа: удушающие и отравляющие.
  3. Быстродействующие снаряды употребляются для немедленного воздействия на противника, испаряются через 5 минут.

Медленно действующие употребляются для создания непроходимой зоны, для устранения возможности отступления противника, испаряются через 15 минут.

  1. Для действительной стрельбы необходим твёрдый грунт, т. к. снаряды, попадая в мягкую почву, не разрываются и никакого действия не производят. Местность для применения лучше закрытая, поросшая негустым лесом. При сильном ветре, а также в жаркую погоду стрельба становится недействительной.
  2. Стрельбу желательно вести ночью. Одиночных выстрелов делать не стоит, т. к. не создается газовой атмосферы.
  3. Стрельба должна вестись настойчиво и большим количеством снарядов (всей батареей). Общая скорость стрельбы – не менее трёх выстрелов в минуту на орудие. Сфера действия снаряда 20–25 квадратных шагов. Стрельбу нельзя вести при частом дожде и в случае, если до противника не более 300–400 шагов и ветер в нашу сторону.
  4. Весь личный состав батарей должен быть снабжен противогазами».

* * *

Из-за задержки с противогазами первую газовую атаку произвели только 13 июля в зоне 2-го боеучастка. В архиве сохранилось донесение Касинову от командира легартдива ЗВО Смока: «За период 13–20 июля израсходовано 15 химических снарядов…». Никаких более подробностей этой стрельбы в донесении не указано. Возможно, что все эти боеприпасы были выпущены в бою у деревни Смольная Вершина в ночь с 12 на 13 июля. Вот цитата из оперсводки:  «В 24 часа 12.07 банда до 200 сабель окружила и повела наступление на д. Смольная Вершина... После часового боя отбитая гарнизоном д. Смольная Вершина и подошедшим артвзводом из д. Пахотный Угол банда скрылась в западном и юго-западном направлениях. С нашей стороны ранено 2 красноармейца...». В книге тамбовского краеведа Бориса Сенникова «Тамбовское восстание 1918–1921 гг. и раскрестьянивание России 1929–1933 гг.» приводится описание этой газовой атаки на повстанцев: «Приехали нерусские какие-то, может, латыши, а может, ещё кто – не знаю. А на другой день пришёл обоз с баллонами и большой охраной. Расставили они все эти телеги вдоль дороги у кромки леса, а ветер туда дул уже с неделю. Надели маски на себя и вскрыли баллоны, а сами ушли к нам в деревню, лошадей привели ещё раньше. На следующий день построились они в цепь и пошли в лес, а вскоре стали оттуда выносить оружие и складывать у дороги. Затем пришло штук пять грузовых автомобилей, мы их ещё никогда до этого не видели... На следующей неделе мы, ребятишки, решили пойти в лес и набрать там орехов и дикушек яблок, так как после красных у нас в деревне с едой было плохо. Правда, было запрещено ходить в лес, но мы, ребятишки, решили это сделать. Собравшись человек двенадцать от 10 до 12 лет, примерно такой компанией, прихватив корзинки и лукошки, утром часов в 9 мы пошли в лес. Войдя в лес, мы увидели, что листва и трава имеют какой-то красноватый оттенок, до этого мы такого никогда не видели. Не болтая, вышли на небольшую поляну, где всегда было много земляники. То, что мы там увидели, было ужасно: кругом лежали трупы людей, лошадей, коров в страшных позах, некоторые висели на кустах, другие лежали на траве, с набитым землёю ртом и все в очень неестественных позах. Ни пулевых, ни колотых ран на их телах не было. Один мужчина стоял, обхватив руками дерево. Кроме взрослых, среди мёртвых были и дети. Мы смотрели на это с ужасом, на трупы, которые были вздуты, и чувствовали запах разложения. Затем мы как по команде развернулись и побежали обратно...».

* * *

Второй случай применения газовых снарядов зафиксирован 14 июля – на озере Ильмень, что возле села Уварово. Начальник артиллерии 6-го боеучастка Родов докладывал Касинову: «14 июля 22 часа белгородская конная батарея обстреляла лес, что южнее озера Ильмень. Выпущено 7 шрапнелей и 50 химических снарядов…» К сожалению, количество жертв этой химической атаки так и осталось неизвестным:  ни в оперативных приказах, ни в сводках боевых действий о последствиях применения отравляющих газов не сказано ни слова.

* * *

Наконец, третий случай произошёл при зачистке болотистой местности в районе сёл Паревка и Карай-Салтыково, где когда-то располагалось Змеиное озеро. Надо сказать, что во второй половине прошлого века эти места изменились до неузнаваемости: в ходе мелиоративных работ низменности в русле Вороны осушили, и Змеиное озеро со всеми островками исчезло. Сейчас здесь находится втрое меньшее по размерам озеро Симерик, исчезли и «антоновские» острова, где располагались тайные базы повстанцев. Попытка накрыть ядовитым облаком всё Змеиное озеро была описана в мемуарах тамбовского чекиста Николая Доможирова: «Поводом для проведения этой операции послужили оперативные сведения особого отдела 1-го боеучастка о том, что близ озера Змеиное скрывается часть повстанцев, среди которых находятся не только видные антоновские командиры, но сам Александр Антонов со своим братом Дмитрием. Частям 6-го боеучастка была поставлена задача уничтожить антоновцев. Для непосредственного прочесывания местности назначались три курсантские роты – красных коммунаров, курских и рязанских пехотных курсов и спешенный эскадрон Борисоглебских кавкурсов. 1 августа в окрестности озера Змеиного была выслана разведка, каковая, не найдя антоновцев, тем не менее обнаружила на кочках оного озера оборудованный лагерь и позволила оценить численность окружённых повстанцев в 180–200 человек... В ночь вдоль озёр и по реке Вороне были высланы разведывательные лодки, которые показали, что антоновцы вновь находятся в лагере на кочках озера Змеиное...».

Схема района проведения операции по очистке Паревского леса 1-10 августа 1921 года. Фото: Копия иллюстрации, приведенной в статье Н.Н. Доможирова «Эпизоды партизанской войны» («Военный вестник», 1922.)/tambov.ru
Доможиров так описывает базу повстанцев: «Кочки Змеиного озера представляли интересную картину: между ними на довольно широком пространстве были перекинуты жерди. На жерди наброшены ветки, листья, палки, солома, вследствие чего образовался как бы пол, и он был настолько крепок, что по нему можно было ходить и даже возводить некоторые постройки: шалаши из тростника, походную камышовую церковь (sic!). В некоторых местах импровизированного пола были проделаны дыры, и над водой в особых камышовых корзинках содержались продукты –  мясо, масло. Было даже два шалаша из камыша, накрытых дёрном наподобие землянок. В нескольких шагах от этого настила были обнаружены кочки, верхушки которых были срезаны, и земля из них выбрана настолько, что получалось нечто вроде норы, могущей вместить человека. Накрывшись верхушкой-шапкой и оставив небольшую щель для притока воздуха, человек мог находиться там длительное время, оставаясь незамеченным». Антонов и его ближайшее окружение «отсиделись в кочках, накрывшись их верхушками, и курсанты прошли буквально над ними».

* * *

Дальнейшее проведение операции Доможиров описывает так: «3 августа на 15 лодках с пятью пулемётами охотники были посланы к озеру Змеиному, но ближе чем на 500–600 шагов банда их не подпустила оружейным и пулемётным огнём. К озеру можно было пробраться лишь в нескольких направлениях, тропами от лодок между камышами, которые и обстреливались бандитским огнём. Вторичная попытка наших смельчаков к вечеру этого же дня успехом также не увенчалась, вследствие чего к утру 4 августа из Инжавина были вытребованы трёхдюймовая конная батарея Белгородского взвода, а из Тамбова – отряд аэропланов. Лодки ночью вновь пытались пробиться на Змеиное озеро; до рассвета шла оживлённая перестрелка с обеих сторон, но бандиты засели крепко...». Командующий войсками 6-го участка Павлов отдал приказ двинуть против партизан артиллерию и авиацию. На следующий день с рассветом над поймой появились краснозвёздные самолёты-корректировщики, но, встретив плотный оружейный огонь партизан, один из них, кувыркаясь в воздухе, упал на болота и потонул в трясине. На место по обеим берегам реки Вороны и её заболоченной поймы стали прибывать батареи и дивизионы красной артиллерии с химическими снарядами. По островам был открыт ураганный огонь, который продолжался три часа. Но партизаны, прикрытые камышами, отошли в болотные топи по известным им тропам, где и переждали огонь артиллерии. Затем вновь заняли свои позиции. Всё новые и новые атаки красных вновь отбивались с большими для них потерями. А ночью по островам, имеющим плотный грунт, был вновь открыт артиллерийский огонь. Только теперь красные применили химические снаряды. Задыхаясь от удушливых газов и не имея никаких средств защиты, партизаны вновь ринулись в болота, так как там снаряды не разрывались, плюхаясь в болотную трясину. Артиллерия беспрерывно лупила по островам, и облако удушливых и отравляющих газов расходилось по всей пойме реки Вороны. Мы никогда не узнаем, сколько людей погибло от химических снарядов, выпущенных по острову на озере вблизи селения Кипец и во многих других местах, и сколько среди них было женщин и детей. Но большей части партизан удалось выбраться из болот, и они, разделившись, ушли в две разные стороны под покровом ночи.

* * *

Последний раз красные применяли удушающие газы в начале сентября, когда отряд Ивана Кузнецова был окружён в Телермановой роще. Командир красных Дмитриенко сообщил в Тамбов, что прочесывание леса «не даёт должных результатов ввиду его непроходимости во многих местах». И просил выделить аэропланы, чтобы «в условленное время забросать удушливыми гранатами все овраги в роще, чем выкурить их из леса».  Тухачевский затею оценил. Из Тамбова срочно прислали артиллеристов из конной батареи 14-й кавбригады, которым на руки выдали две сотни химических снарядов. Обстрел Телермановой рощи был назначен на 8 сентября, но из-за грозы и проливного дождя был перенесён на следующий день. За это время отряд повстанцев покинул лес. Больше химические снаряды против повстанцев не применялись.

* * *

В арсенале большевиков было куда более эффективное оружие, чем хлор и фосген, – взятие заложников и террор в отношении местных жителей. Продолжение следует

Читайте также
ЗАГРУЗИТЬ ЕЩЕ