Что такое зрелость
Зрелость человека прежде всего связана с плодоношением. Вообще христианская жизнь осознаёт себя через дар и плод. Поэтому в жизни христианина есть два кризисных, или судных, момента – поскольку кризис переводится как суд (от др.-греч. κρίσις – суд, приговор, решение; точка разворота. – «Стол»). Первый момент – принятие дара, второй – принесение плода. Об этом и говорит Священное писание.
Есть проблема в том, чтобы принять дар. Некоторые просто не принимают даров, отказываются от них. Допустим, сюжет с Марфой и Марией, когда Марфа ропщет, что все заботы свалились на неё (Лк 10:38–42), не поняв, что она отказывается от уникального дара слушать самого Христа, и не может принять то, что даётся Марии. Мария же взяла и открылась этой благой доле, которая от неё, как сказано, не отнимется.
Человек не всегда оказывается способен увидеть дар и воспользоваться возможностью принять его. Есть такие притчи в Евангелии, как притча о брачном пире (Мф 22:1–14), где люди отказываются от дара. Их приглашают: «Идите на пир, приобщайтесь!» Приглашённые же от призвания Господина, то есть Божьего призвания, отказываются – кто-то купил пять пар волов, кто-то купил участок земли, другой готовится к свадьбе. Всем не до этого, некогда!
Какой плод – главный
Но главным всё-таки остаётся даже не вопрос принятия дара, а вопрос принесения плода. Последний суд будет по плодам, это мы хорошо знаем. Одна из центральных притч, которая есть во всех синоптических Евангелиях (Мф 13:3–23; Мк 4:3–20; Лк 8:5–15), сосредоточена именно на плодах. У посеянного семени есть четыре варианта развития, но только в одном из четырёх оно приносит плод, то есть исполняет своё назначение. Одно это показывает нам, что вопрос принесения плода является ключевым. Есть ещё притча о смоковнице (Лк 13:6–9), которую посадили, она три года растёт без плода. А зачем она растёт? Есть даже не притча, а сюжет о смоковнице (Мф 21:18–22; Мк 11:12–14, 20–25), где Иисус подходит, смотрит – вроде бы всё есть, и дерево растёт, а плода нет. И, конечно, притча о пшенице и плевелах (Мф 13:24–30) тоже ставит перед нами вопрос о плодах. Различение пшеницы как того, что приносит добрый плод, пригодный для приготовления хлеба, и не-пшеницы, которая, даже если растёт на поле рядом и очень похожа на пшеницу, познаётся именно по плодам. Почему заранее нельзя вырывать плевелы? Потому что во время роста, когда есть стебель, а зёрен нет, невозможно различить пшеницу и плевелы. А когда являются плоды – там уже видно, где пшеница, а где плевелы.
Зрелость и есть пора определения качества семени, пора плодоношения. А плодоношение – это когда, восприняв дар, люди становятся источником этого дара для других. В этой зрелости верующего человека, христианина – цель и воля Божья. Воля Божья, конечно, в том, чтобы мы приняли Его дар, и воля Божья в том, чтобы мы приносили плод. Поэтому Иисус так и говорит: «Не вы Меня избрали, но Я избрал вас и поставил вас, чтобы вы шли и плод приносили, и плод ваш пребывал бы, чтобы, о чём бы ни попросили вы Отца во имя Моё, дал Он вам» (Ин 15:16).
Надо обратить внимание: мало идти – надо приносить плод, да ещё так это делать, чтобы «плод ваш пребывал», то есть был крепким, убедительным, красивым.
А дальше говорится у Иоанна: да любите друг друга, и про то, что будут вас гнать. Любовь друг к другу – это главный плод, умножение Церкви. А гонения – реакция на плодоношение. Если нет плодов Божьих в твоей жизни, то кто тебя гнать-то будет? Кому ты нужен?
Картина Карла Раля «Притча о неплодной смоковнице». Фото: галерея БельведерКритерии плодоношения
Есть ещё характеристики плодоношения, которые имеют принципиальное значение. Во-первых, плод всегда соответствует дару. «Не собирают с терновника – виноград, или с репейника – смоквы» (Мф 7:17). Дело не только в том, что с хорошего не собирают дурных плодов и наоборот, а в том ещё, что не только в отношении дара, но и в отношении плода невозможно своеволие. Если у тебя именно этот дар – значит, должен быть соответствующий плод.
А во-вторых, плод не просто соответствует дару. Плод – это умноженный дар. Если нет умножения дара, то нет и плода, как говорится в притче о талантах (Мф 25:14–30), которая тоже о плодах. Если твой талант ничего не принёс, зарыт в землю, – ты и бесплоден, и бездарен. Твой дар, можно считать, потерян.
Когда в Евангелии говорится о плодах, Иисус говорит прежде всего о плодах Своего служения. Если Иисус есть Сын Божий – таков Его дар, значит, плодом этого дара будет умножение Божьих чад, учеников.
Ещё очень важная характеристика плодоношения – что плод должен быть принесён в определённое время, вовремя, и плодоношение должно быть устойчивым. Например, смоковница признаётся бесплодной на третий год. Ещё раз можно попробовать унавозить, если плодов нет – «зачем ей и место занимать».
Мало принести просто однократный плод или даже два раза. По закону Моисееву, плодоносящим является дерево, которое принесло плод на четвёртый год (Лев 19:23–25). Первые три года дерево считается «необрезанным», плоды – некачественными, незрелыми. На четвёртый год эти плоды можно принести Богу, и только на пятый год их можно употреблять в пищу.
В 15-й главе Евангелия от Иоанна написано, что, если ветвь не приносит плода, то есть не прижилась к лозе, то её удаляют, а приносящую, которая прижилась, Отец – виноградарь – очищает, чтобы умножить плод. Если ты укоренён, если ты присоединён к лозе, Бог делает всё, чтобы через тебя было больше плодов, чтобы зрелость твоя была лучше выявлена и была качественной.
Системная болезнь церковной жизни
Если мы посмотрим на церковную жизнь с точки зрения зрелости, то мы сразу увидим глобальный кризис, в котором она находится. Практика церковной жизни по преимуществу сегодня такова, что мы фактически не наблюдаем зрелых христиан и тем более зрелых христианских сообществ. Поэтому нет умножения церкви – мы часто слышим об уменьшении числа христиан и интереса к церкви. Мало того, эмпирическая церковная жизнь часто даже препятствует этому. Или вообще не ставится задача зрелости – её просто нет в повестке, или сбивается прицел – в качестве плодов представляются дары: когда то, что ты получаешь от Бога, называют плодами твоей жизни. Это удивительный сбой, ведь вера, надежда, любовь, смирение, добродетели разного рода, духовное образование, участие в таинствах – это всё дары! И вот то, где ты больше получаешь, чем даёшь, вдруг представляется как плод. Это не безобидная вещь, потому что это основа для духовного потребительства – системной болезни современной церковной жизни. Человек входит в церковь как в пространство, логику которого определяет духовный потребитель. Он всё время ищет даров, и всё время ему не хватает.
Фото: Кузьмичёнок Василий/Агентство «Москва»Зрелое христианство и Братство. Какие бывают плоды?
Свидетельство о том, что зрелость возможна, достижима для каждого члена церкви, является ключевым призванием Преображенского братства. Именно с этим связано его именование – Преображенское. По представлению, которое доминирует в нашем движении, в нашем Братстве, жизнь церковных людей имеет свои этапы. Их два: этап начальный, для начинающих христиан, и этап зрелых верных. Зрелость проявляется в том, что христианин и сообщество таких христиан начинает проявлять начатки красоты, светоносности, свободы, а значит, служения и общения. То есть появляется избыток, начатки Преображения в жизни человека. Отсюда видение Церкви как Церкви зрелых верных.
Чтобы об этом свидетельствовать, надо самому таковым становиться – то есть, по церковному правилу, начинать с себя, но собой не заканчивать. Это ключевой момент. Когда эта зрелость начинает проявлять себя, мы можем опознать уже в сообществе верных не просто группу христиан, а новое качество соборности, соединившее их в общину, которая всегда не существует только сама по себе, а способна магнетически собирать вокруг себя и приносить плод по трём направлениям.
Во-первых, в сфере миссии и катехизации, реализуя свою способность и служение умножать учеников для Бога и Церкви, для Христа. Во-вторых, этот плод – сама общинно-братская жизнь, когда собранные вместе христиане становятся духовной семьёй, члены которой вместе совершают путь покаяния. Именно о таких семьях мы знаем, например, от наших любимых святых – праведного Алексея Мечёва и священномученика Сергия Мечёва. Третье направление – это уже не только церковная, но и общественная проекция: способность собирать, то есть «намагничивать» этим Христовым духом и смыслом жизнь всех людей живой совести, людей, которые проявляют в обществе любую здравую инициативу, заботясь о нашем культурном и историческом наследии, о делах милосердия и просвещения и так далее.
Если в христианском сообществе реализуются эти три направления, значит в них есть избыток и умножение – мы можем свидетельствовать о христианской зрелости этих людей.
Когда зрелое христианство недостижимо
Вопрос достижения зрелости ставится в христианской жизни с самого начала. Как только человек обретает дар веры, очень важно, чтобы он в своей христианской жизни обрёл, назовём так, некую стволовую клетку достижения зрелости. Это достигается всегда одним-единственным способом – открытостью Божьему Откровению, его восприятию, познанию и изменению своей жизни в соответствии с ним. Говоря евангельским языком, умением слушать слово Божье, слышать его и ему послушаться. Этот духовный навык надо научиться реализовывать на уровне хотя бы микрошага с самого начала жизни по вере – вся зрелость достигается только этим. Если с самого начала заложить навык слушать, но не исполнять, – а это тоже навык, о котором упоминает Иисус: говорить «Господи, Господи!», но не делать, – то зрелость недостижима. Можно приучить людей ходить и всё время слушать-слушать, кивать – и ничего не выполнять. Мы видим огромное количество форм церковной жизни, где люди собираются просто послушать, просто поразмышлять, просто безответственно пообщаться, потереться, как бы немножко утолить зуд, который возникает в связи с какой-то пустотой.
Фото: свящ. Игорь Палкин/Пресс-служба Патриарха Московского и всея РусиНо там, где эта стволовая клетка всё-таки здоровая, всегда возникает рост, всегда оздоравливается вся церковная жизнь. Это очень видно.
Вспоминается православное движение беседников (движение христиан, ведущее своё начало от традиции преподобного Серафима (Саровского) с центром в Самарской области. – «Стол»), там много зрелых христиан. Предпоследний их старец, отец Павел Алексахин, приезжающим к нему посмотреть на духовного человека задавал с улыбкой такой первый вопрос: «Вы сюда приехали послушать или послушаться?». Если, говорит, не послушаться, то разговаривать уже не надо. Зачем бегать, искать старцев, спрашивать их совета, когда ты не готов послушаться? Зачем читать Евангелие, если ты не готов его послушаться?
Сейчас во многих храмах нашей церкви ведётся оглашение, или катехизация, как называют подготовку к крещению и научение жизни по вере. Качество катехизации бывает очень разное, но главное, что о ней надо знать, – если она не учит слушаться Слова Божьего, то это тёмный двойник катехизации. Это надо сказать откровенно.
Зачем нужны старшие в церкви
Старший необходим для того, чтоб помогать людям достигать зрелости. Беседники, о которых упоминалось выше, говорят из своего опыта, что, если человек захотел по-христиански жить и расти, Господь всегда пошлёт ему старшего, чьё христианское слово и опыт будут для него убедительны. Нужно только иметь твёрдое доверие к старшему и решимость идти за Христом. Роль старшего не нужно переоценивать. Есть такая болезнь – старцемания: кого-нибудь найти и переложить на него ответственность за свой путь. За человека никакой (даже очень святой) старец ничего не сделает.
Роль старшего достаточно скромная. Она состоит в том, чтобы предохранить того, кто хочет достигать зрелости, от так называемых расслабляющих богословских идей, от того, что называют ересями жизни, которых расплодилось немало. Ереси жизни – это такие учения, маленькие теории, которые, если человек их усваивает, блокируют его на его пути к зрелости. Они устроены, как яд: фактически все яды в своем составе имеют практически то же самое, что и здоровая пища, только с небольшим отклонением, каким-то смещением акцентов. Организм усваивает яд так же, как усваивал бы что-то нормальное и даже полезное, не напрягаясь, – и это сразу вышибает жизненно важные органы.
Кому можно говорить о вере
Самая распространенная расслабляющая богословская идея: свидетельствовать о вере и Христе можно только тогда, когда сам стал идеальным христианином (обрёл полное смирение, бесстрастие, совершенное богословское знание и так далее). Так человек навсегда перекрывает себе не только один из важнейших путей к плодоношению, но вообще путь к живой вере, потому что живая вера не может удержаться в сердце: это Божий дар, которым скорее надо поделиться, нельзя его запирать под замок такого лжеблагочестия.
Или почти противоположный пример: говори о православии направо и налево, где можешь и как можешь, чем больше – тем лучше. Но это иллюзия, что свидетельство работает как «опыление» словом. Любой миссионер вам скажет, что свидетельство – это прежде всего умение слушать и общаться, входить с людьми в подлинные отношения, приводить жизнь к какой-то глубине и качеству. Не говоря уже о том, что свидетельствовать о Боге и о Христе можно вообще не всем людям – а лишь тем, кто сам ищет этой глубины и качества жизни, открыт к общению, готов исполнять то, что ему открывается как правда от Бога, и хочет делиться этим опытом жизни. Как опознать такого человека, не войдя с ним в личное общение?
Фото: Чингаев Ярослав/Агентство «Москва»Может ли быть большое количество плодов, если нет качества христианской жизни? В Евангелии количество всегда связано с качеством. И если нет качества – нет количества. Если же качество есть, то мы видим не просто прибавление, а кратное умножение: 30 крат, 60, 100. В Деяниях апостолов количество учеников умножалось и умножались церкви, это признак здоровья. Ведь речь о людях, радикально изменивших свою жизнь. Их количество имеет большое значение.
Воспитайте хорошую мать
Другая расслабляющая богословская идея: давайте сперва поговорим о дарах, а потом о плодах. Это ошибка, свидетельствующая о непонимании самой природы дара – того, что духовный дар, в отличие от просто природной способности или какой-то социальной возможности, всегда уже несёт в себе жажду плодоношения. Дары надо получать только ради плодов, а о плодах надо говорить с самого начала. Это как детей воспитывать. Кто-то думает: надо воспитывать хорошего сына или хорошую дочь. Это ошибка! С малолетства надо сразу воспитывать хорошего отца и хорошую мать. Это совершенно другая оптика и другая логика. Хороший сын может быть никчёмным отцом, хорошая дочь – никчёмной матерью. Переучить взрослого потом не получится – или это будет связано с колоссальной трагедией. Хороших матерей и отцов сразу воспитывают – с первого шага. Хороший отец и хорошая мать – это всегда хороший сын и хорошая дочь, но обратно это не работает. Получить дары – ещё совсем не значит, что человек будет приносить плоды.
Ошибки учат, время лечит?
Небезобидный вопрос о необходимости ошибок в христианской жизни для того, чтобы человек лучше что-то понял. Дело в том, что человек учится в первую очередь не на ошибках, а тогда, когда есть хороший пример. В христианстве самый большой плод всегда дают не ошибки, а мудрость и любовь, – вот они обучают. Ошибки могут сработать на фоне этого, но только во вторую и в третью очередь. Главное – чтобы человек был устремлён, чтобы у него была любовь и мудрость. Мудрость достигается через стремление к истине и через любовь, а не через испытания и ошибки. Нет необходимости в негативном опыте. Он неизбежен в нашей жизни, но это другое. Нельзя переместить ударение.
Есть ещё одна расслабляющая идея, она касается времени: что время учит или лечит – в том смысле, что к определённому времени человек что-то навыкает делать и говорить правильно, лучше переносить нагрузки. Знаменитый случай произошёл в храме святителя Николы в Клённиках. Отец Алексей Мечёв услышал, как одна прихожанка сгоняет с места молодую девушку: «Что ты здесь стоишь? Я здесь двадцать лет стояла». Он выходит и говорит: «Ты здесь двадцать лет стояла и ничему не научилась, зачем же ты здесь двадцать лет стояла?». Человеку надеяться на время тоже нельзя, если с самого начала не расставлены нужные акценты.
Действие Духа в нас проявляется в том, чтобы мы достигали зрелости, достигали полноты возраста Христова, чтобы к определённому времени мы были учителями, «испытанными в слове праведности», как написано в Послании к Евреям, и не нуждались, чтобы нас «учили первым началам слова Божия». Нам надо стараться шаг за шагом своей жизни идти вперёд и вверх, становиться тем, кем мы не были никогда. В этом проблема зрелости: Господь тебя ведёт и хочет сделать тем, кем ты никогда не был, дать тебе новый опыт, которого ты не имеешь сейчас.
По материалам доклада Владимира Якунцева «О христианской зрелости» на дружеской встрече православных верующих Урала и Сибири 2 мая 2026 года. Подготовил Олег Глаголев
