«Да разве же можно так издеваться над людьми?»

В начале XX века более 75 % населения Российской империи было занято в различных видах сельскохозяйственного производства. Сейчас – около 9 %. Насколько естественен этот скачок? 

На поле колхоза

Что было бы с сельским хозяйством в России, если бы не потрясения начала XX века? Какой могла бы стать русская деревня? Этот отнюдь не исторический, а самый что ни на есть актуальный вопрос оказался самым обсуждаемым на конференции историков Свято-Филаретовского института и Шанинки (МВШСЭН) «Русская деревня накануне Великой войны 1914–1918 годов», приуроченной к столетию кончины Александра Кривошеина, главноуправляющего землеустройством и земледелием Российской империи.

Подвоз зерна нового урожая на зерноток колхоза «Урал». Фото: ГКБУК «Коми-Пермяцкий краеведческий музей им. П. И. Субботина-Пермяка»
Однако большую рыночную самостоятельность крестьянским хозяйствам никто предоставлять не собирался. Старшее поколение до сих пор считает 70–80-е годы лучшим временем своей жизни, не замечая, что спокойствие «застоя» было обеспечено не благоразумной советской политикой, а элементарной удачей: незадолго до того открыли нефтяное месторождение в Западной Сибири. Деревня продолжала стагнировать, в сельской местности прогрессировало пьянство, но пока цены на нефть росли – СССР ещё выживал. С падением цены на нефть в 1990-х годах колхозно-совхозная система перестала себя воспроизводить.  Благодаря нефтяным доходам в нулевых у нового российского государства появились финансовые ресурсы, которые были брошены на создание агрохолдингов: крупные хозяйства пользуются всецелой поддержкой. И хотя существуют специальные госпрограммы, адресованные фермерским хозяйствам, это скорее баловство, чем систематическая политика. При всей возможной экономической эффективности агрохолдингов их засилье не отменяет одного: окончательного уничтожения цельного сельского пространства страны. Вся Россия без развитой деревни становится зоной отчуждения с отдельными островками предпринимательской активности.  Участники круглого стола были уверены: всё могло бы быть иначе. Индустриализация и урбанизация шли ещё в Российской империи, но медленно. Почему? Консервативная политика правительства до Столыпина этому явно препятствовала: нужно было сохранить крестьянство как класс. Однако возможности выхода из крестьянского состояния всё более расширялись: при всех недостатках реформ и мер до 1914 года вместе с выходом крестьян из общин сформировалась устойчивая тенденция экономического роста. Часть крестьян и помещиков становились фермерами, перспективой для других сельских жителей было естественное раскрестьянивание, переход из аграрного сектора в прочие сферы экономики. Так Россия пришла бы к сложной, но в целом сбалансированной структуре сельского хозяйства, которую мы видим сегодня в большинстве европейских стран. Этого не случилось; и это повод не для тоски, но для мысли и деятельного покаяния накануне страшной даты – 7 ноября. 

Читайте также
ЗАГРУЗИТЬ ЕЩЕ