Икра на крови

25 лет назад – 16 ноября 1996 года – в Каспийске террористами был взорван жилой дом российских военных.

Расфасовка икры на Заводе по переработке осетровых рыб. Фото: Борис Бабанов / РИА Новости

Каспийск – промышленный город в 18 км к югу от Махачкалы, столицы Дагестана, построенный с нуля в сталинские времена. Поэтому в советские времена это был чисто русский город: большинство населения Каспийска работало на оборонных заводах, в том числе и на знаменитом «Дагдизеле». Здесь были расквартированы и три крупные военные части: Каспийский пограничный отряд Северо-Кавказского пограничного округа, бригада морской пехоты и вертолётный полк. Дом на улице Ленина, 58 – это как раз бывшее общежитие-гостиница одного из российских заводов, постоянного партнёра каспийского оборонного «Дагдизеля», который был передан военным. Здесь жили семьи пограничников. И этот дом был взорван в ночь на 16 ноября 1996 года – ровно в два часа пять минут. Мощность бомбы составила 100 кг в тротиловом эквиваленте. В результате взрыва повреждено всё здание, одна из его секций была полностью разрушена.  – Я плохо спала той ночью, – вспоминает одна из жительниц взорванного дома, – часто вставала, ходила по квартире. Взрыв застал меня, когда я входила в спальню. Стены задрожали, пол стал уходить из-под ног. Я инстинктивно прыгнула вперёд... Это её и спасло. Невредимой осталась только та часть дома, в которой находилась её спальня. Несмотря на шок, женщина, пока её не вынесли из развалин пожарные, сверху подсказывала первым подоспевшим на помощь соседям, где находятся пострадавшие и кого ещё можно спасти. Из-под обломков рухнувших подъездов дома были извлечены 106 человек, из них 41 ребёнок. Погибло 68 человек, в том числе 55 пограничников и членов их семей: 21 ребёнок, 17 женщин, 15 офицеров-пограничников, двое военнослужащих срочной службы, двое родственников, приехавших к пограничникам в гости. Остальные погибшие – местные жители.

Мемориал памяти жертв теракта 16 ноября 1996 года. Фото: Пресс-служба МВД по Республике Дагестан
Во взорванном доме погибли целые семьи сотрудников погранотряда – полковников пограничной службы Анохина и Блюдика, капитана Богданова, старших лейтенантов Помазанова и Шамсутдинова. Восемь детей пограничников потеряли обоих родителей, ещё восемь остались или без отца, или без матери.

* * *

Изначально следствие выдвинуло версию о причастности чеченских террористов к взрыву – дескать, боевики так мстили российским военным. Правда, пограничники из Каспийска (равно как и остальные местные военные) не принимали участия в Первой чеченской войне, но, возможно, ваххабитов и не интересовали такие тонкости, а дом был выбран из-за относительной доступности. Дело в том, что военные жили только с третьего этажа, а нижние два этажа занимали архитектурное управление, нотариальная контора и городское бюро технической инвентаризации. Но потом на первый план вышла версия о причастности к теракту так называемой «рыбной мафии» – браконьеров, промышлявших незаконной добычей осетра и чёрной икры на Каспии.

* * *

С начала 90-х стычки правоохранительных органов с браконьерами носили локальный характер. Но к 1996 году противостояние переросло в крупномасштабный военный конфликт. Дело в том, что к этому времени акваторию Каспия поделили между собой несколько преступных группировок, которые «крышевали» различные природоохранные и силовые республиканские ведомства. И тогда в Москве, устав от коррупции местных правоохранителей, решили подключить армию. Присутствие военных сразу ударило по контрабандному вывозу икры за рубеж, несколько крупных сделок было сорвано. В частности, в начале ноября 1996 года пограничники задержали грузовики, в которых, согласно документам, перевозился йогурт. Но когда вскрыли банки, выяснилось, что там была черная икра. Стоимость арестованного груза превысила 2 миллиона долларов. Причём сразу же после задержания грузовиков на руководство погранотряда обрушился шквал звонков. Кто только ни хлопотал за икру: чиновники различных уровней, народные депутаты и даже милицейские начальники. Следом в ход пошли угрозы – и от бандитов, и от чиновников. Пограничникам дали понять, что за икру им придётся дорого заплатить. А через несколько дней был взорван дом, в котором проживало большинство руководителей погранотряда.

* * *

Версию о причастности к теракту «рыбной мафии» подтвердили и дальнейшие события. Знаковый случай произошел 2 апреля 1997 года, когда пограничники на севере Каспия задержали астраханский сейнер «Белуга» с грузом осетра. Браконьерское судно отконвоировали в порт «Махачкала», где изъятый груз рассортировали по машинам для переправки его в управление Каспийского погранотряда: по закону, задержанная рыба отправляется в управление для «взвешивания и документального оформления задержания» с последующей доставкой на рыбзавод. Однако в центре Махачкалы один из грузовиков был блокирован сотрудниками дагестанского МВД и рыбинспекции – всего против пограничников выступило более 70 «правоохранителей», возглавляемые начальником отдела охраны природных ресурсов полковником милиции Каинбегом Гаджибалаевым. Сославшись на приказ министра внутренних дел Дагестана Магомеда Абдуразакова, милиционеры потребовали отдать конфискованный груз. Пограничники отказались выполнить требование. Как писала газета «Коммерсантъ», «милиционеры начали стрелять поверх голов (пограничников). Кровопролитие удалось предотвратить первому замминистра внутренних дел Дагестана Валерию Бееву, который приехал на место конфликта и распорядился не трогать пограничников. В итоге дело было замято». Ещё одна цитата из прессы тех лет: «Комментируя скандальный инцидент, начальник пресс-службы Краснознамённого Кавказского особого пограничного округа (ККОПО) полковник Анатолий Лесных заявил: “Зачастую сотрудники милиции покрывают браконьеров. Мы задерживаем людей, а потом их привозят в органы и отпускают”. Полковник также сказал, что ему неизвестно ни об одном случае задержания браконьеров милицией или рыбинспекцией». Конечно, сейчас такие строки читать просто дико, но в середине 90-х этнические организованные преступные группировки, проникнув во все структуры силовых органов, могли выставить на «разборки» настоящие частные армии. Авторитет же российской армии, потерпевшей после Хасавюртовского мира в Чечне унизительное поражение, упал ниже плинтуса, и дагестанские милиционеры, никого особо не стесняясь, говорили, что сами скоро начнут «резать русню». А местные руководители так и вовсе удивлялись: что российские пограничники делают в «территориальных водах» Дагестана, который не сегодня – так завтра объявит о своей независимости? Остаётся только удивляться мужеству русских офицеров,  продолжавших в таких условиях противостоять бандитам и честно выполнять свой служебный долг.

* * *

Через несколько дней между браконьерами и пограничниками вспыхнул новый вооружённый конфликт: на острове Чечень в Каспийском море пограничники задержали несколько браконьерских катеров. Когда военные доставили катера к причалу и решили проверить документы на сверхмощные двигатели, на помощь браконьерам пришли родственники и знакомые, а также сотрудники ГУВД Махачкалы, которые гостили у друзей. Разгоряченная толпа – более сотни человек против десятка пограничников – попыталась отбить браконьеров, а затем кто-то из толпы начал стрелять в пограничников. В итоге 24-летний прапорщик погранвойск Мансур Рагимханов был убит на месте. Двое военнослужащих – 25-летний прапорщик Сулейман Курбанов и 19-летний младший сержант Николай Высоцкий – получили тяжелые ранения. Остальные солдаты были разоружены. Предотвратить самосуд и казнь российских военных помогло лишь подкрепление: на остров прибыл пограничный катер «Таймыр» с морской пехотой и два вертолёта со спецназом. Уже через неделю сотрудники ФСБ по счастливому стечению обстоятельств предотвратили в Каспийске новый теракт: террористы подложили бомбу с часовым механизмом в другой дом пограничников, расположенный на той же улице Ленина. Её удалось обезвредить незадолго до взрыва. Но через месяц террористы подложили ещё 4 бомбы. Два самодельных радиоуправляемых взрывных устройства непосредственно в воинской части обнаружили солдаты. Каждое из них было начинено 10 кг аммонита. Также две «адские машинки», замаскированные под скороварку и огнетушитель, вечером нашли дети, игравшие в 500 метрах от КПП части. Бомбы были спрятаны в кустах на обочине дороги рядом с магистральным трубопроводом, снабжающим топливом весь город. Скорее всего, они тоже предназначались пограничникам. Задержать исполнителей и организаторов теракта так и не удалось.

* * *

После этого случая командование ФПС усилило погранотряд специалистами, имевшими боевой опыт на таджикской границе. Но столкновения продолжились. Дело дошло то того, что дом начальника территориального отдела «Махачкала» генерал-майора Сергея Бондарева, был обстрелян из гранатомётов. К счастью, никто не пострадал. Чуть позже на Бондарева произошло ещё одно покушение. Террористы заложили радиоуправляемую бомбу на выезде из Махачкалы  – у поворота на трассу (возле этого места всегда останавливался генеральский кортеж, следовавший из штаба отряда домой). На этот раз генерала и его сопровождающих спасло то, что трасса была пустой и кортеж на большой скорости успел проскочить зону поражения. Впрочем, тогда возникла версия, что киллеры просто перепутали генеральский кортеж с сопровождением директора Каспийского камнеобрабатывающего завода, депутата народного собрания республики Абакара Акаева. У Акаева были довольно напряжённые отношения с лидерами ваххабитской общины его родного села Карамахи. Как писали СМИ, когда религиозные фанатики убили его родственника, люди Акаева в ответ взяли в заложники 10 ваххабитов и, посадив их в контейнер, пригрозили скинуть в обрыв, если ваххабиты не выдадут убийцу. Пленников депутат в итоге отпустил, но враждебные отношения остались. (Кстати, впоследствии Акаев пережил ещё несколько покушений, так что версия о невнимательных киллерах не лишена оснований.)

* * *

Вскоре в прессе появилась информация, что за «рыбной мафией» в Дагестане стоят скандально известные братья Хачилаевы – лидеры лакского народа, спортсмены и чемпионы по карате. В частности утверждалось, что большой процент от контрабанды икры идёт в карман Магомеда Хачилаева, возглавлявшего комитет рыбного хозяйства при Минсельхозе республики.

Магомед Хачилаев. Фото: Wikipedia
Широкой общественности имена братьев Хачилаевых стали известны в 1993 году, когда младший из братьев – чемпион России по карате Адам Хачилаев изнасиловал в Хасавюртском районе Дагестана девушку-чеченку. Её родственники в милицию обращаться не стали, решив разобраться с насильником самостоятельно. Когда Адам возвращался в Махачкалу из пригорода, его джип был расстрелян из автоматов. От полученных ранений Хачилаев скончался на месте. Ещё через сутки неизвестные боевики расправились с близкими родственниками девушки – отцом и сыном Миндулаевыми. Естественно, подозрения пали на старших братьев Хачилаевых – Надиршаха и Магомеда, но правоохранительные органы Дагестана далее своих подозрений в расследовании этой цепочки убийств не продвинулись. Вскоре Надиршах Хачилаев был избран депутатом Государственной Думы РФ от Дагестана, став таким образом совершенно недосягаемым даже для федеральных правоохранителей. По политической линии пошли и остальные братья – Магомед и Джабраил. Магомед стал курировать золотоносную рыбную отрасль, а Джабраил – самый спокойный и осмотрительный из всего клана – посвятил себя общественной работе, став муниципальным депутатом. Также он создал Союз мусульман России (председатель – Надиршах) и Союз лакского народа. В мае 1998 году Хачилаевы прославились уже на всю Россию. Всё началось с того, что милицейский патруль в центре Махачкалы остановил для проверки автомобиль с вооружённой охраной Хачилаевых. Братья возвращались домой из Чечни, где они, как это выяснилось позднее, вели переговоры с Шамилем Басаевым об освобождении из плена нескольких дагестанцев. Но в ответ на требование предъявить документы хачилаевцы открыли огонь. Двое патрульных были убиты, а ещё несколько – ранены. Захватив в заложники одного из милиционеров, телохранители забаррикадировались в доме Надиршаха Хачилаева. Милиционеры оцепили здание, но идти на штурм не решились. Узнав об инциденте, на следующий день сторонники Хачилаевых организовали митинг на центральной площади Махачкалы и пошли на штурм Дома правительства. В здании был учинён настоящий погром, для подавления мятежа в город ввели войска, но дальнейшей эскалации конфликта удалось избежать. Получив от тогдашнего директора ФСБ Сергея Степашина личные гарантии того, что власти не будут преследовать мятежников, Хачилаевы уговорили своих сторонников разойтись по домам, а сами скрылись на территории Чечни.

* * *

После начала Второй чеченской войны братья Хачилаевы вновь оказались в Дагестане, где были арестованы ФСБ.  В июне 2000 года Хачилаевы были признаны Верховным судом Дагестана виновными в организации захвата заложников. Надиршах получил 1,5 года лишения свободы, Магомед – 3 года тюрьмы, но оба брата были освобождены в зале суда в связи с амнистией по случаю 55-летия Победы. Вскоре после этого Магомед был убит – его расстрелял собственный охранник из-за бытового конфликта (хотя, скорее всего, охранника просто «уговорили» взять убийство на себя). В январе 2002 года Надиршах снова был арестован – его обвинили в организации подрыва грузового автомобиля с военнослужащими 102-й бригады внутренних войск РФ, из-за которого погибло семь военнослужащих. Во время обыска, проведённого в доме Хачилаева, оперативники ФСБ нашли целую коллекцию видеокассет с записями терактов и со сценами издевательств и пыток над пленными русскими солдатами – такие записи делали боевики для отчётов перед «спонсорами». Тем не менее в марте 2002 года Советский районный суд Махачкалы полностью оправдал Хачилаева (адвокатам удалось доказать, что Хачилаев был посредником на переговорах о выкупе пленных солдат, и эти записи террористы присылали ему для давления на родственников). В августе 2003 года Надиршах Хачилаев был расстрелян на пороге собственного дома в Махачкале. Неизвестным киллерам удалось скрыться. Расследование о взрыве жилого дома пограничников в Каспийске до сих пор не закончено.

Читайте также
ЗАГРУЗИТЬ ЕЩЕ