«Язык смерти до сих пор не выработан»

Что советского осталось в нашем отношении к смерти, рассказывает антрополог Анна Соколова, автор книги «Новому человеку – новая смерть? Похоронная культура раннего СССР»

Фото: Baba Mora/shutterstock/fotodom

В конце ноября в издательстве НЛО выходит монография антрополога Анны Соколовой – научного сотрудника Института этнологии и антропологии РАН. Книга называется «Новому человеку – новая смерть? Похоронная культура раннего СССР». Долгое время смерть была темой неудобной, табуированной, и советский период в значительной степени повлиял на подобное отношение общества. Миф о счастливом будущем здоровых крепких людей плохо резонировал с разговором об уходе человека из жизни. Тем временем в ранний советский период человек постоянно сталкивался со смертью. О том, как похороны в нашей стране сроднились с манифестацией, почему советский погребальный обряд оглядывается на традиции Российской империи, а в крематорий ходили на экскурсии, рассказано в книге.

Донской крематорий. Фото: Mikhail Yakovlev/wikimedia.org
Знаменательно: он построен на месте храма. – Да. 21 августа 1925 года Моссовет принимает решение о строительстве крематория, на этот раз он должен был располагаться в здании церкви Серафима Саровского и Анны Кашинской, находящейся на новом кладбище Донского монастыря. Мысль о постройке нового здания была, но стало понятно, что дешевле будет перестроить уже имеющееся. – От чего зависит всплеск интереса к обрядности в обществе? Есть ли факторы, влияющие на этот интерес? – Думаю, есть периоды, когда общество про себя более-менее всё понимает. А есть периоды смутные. И чем больше вопросов к себе, тем сложнее понять, кто я. А чем меньше ответов на эти вопросы, тем выше интерес к обрядности. Сегодня у нас серьёзный кризис в понимании того, кто мы. – А говорить о смерти мы научились? – Мне кажется, в последние годы есть прогресс. Об этом публично много говорят. В нашем постсоветском обществе определённо есть интерес к смерти, а языка, на котором мы можем спокойно говорить о смерти, до сих пор нет. И очень часто, если кто-то в семье говорит о смерти и просит похоронить себя согласно его воле, родные не готовы поддержать этот разговор. Во многом подобное умалчивание – наследие советского времени.

Читайте также
ЗАГРУЗИТЬ ЕЩЕ