×

«Постоянно что-то хорошее происходит»

День борьбы с раковыми заболеваниями, который проводится во всём мире ежегодно, начиная с 2005 года, был организован Международным противораковым союзом (International Union Against Cancer, UICC). Его цель – привлечь внимание к глобальной проблеме, развенчать опасные мифы и проинформировать о том, как продвинулось человечество в борьбе с раком. И – главное – напомнить о том, что многое в этой победе зависит от каждого из нас.
+

 Медиапроект s-t-o-l.comМихаил Ласков – онколог, кандидат медицинских наук, руководитель руководитель амбулаторной онкологической «Клиники доктора Ласкова» – ответил на вопросы «Стола» о том, возможно ли лекарство от рака, какие направления в науке и медицине открывают новые перспективы в онкологии и как перестать бояться и начать жить ответственно.

– Появляются ли в последние годы какие-то кардинально новые исследования, открытия, может быть, целые отрасли научные, медицинские, которые обещают прорыв в борьбе с раком? 

– Утром я читал онкологические новости, там было написано: «На американском конгрессе по раку желудочно-кишечного тракта не было ни одного положительного исследования». То есть, казалось бы, чему радоваться: все данные, которые представили, не дали возможность создать ничего нового для лечения.  Но на самом деле это хорошая новость, ведь при этом решено огромное количество вопросов, которые раньше вызывали сомнения.

– Даже отрицательные результаты исследований – это очень хорошая новость, потому что врачи, пациенты, в целом система будут меньше расходовать впустую ресурсы

Например: какой из двух курсов химиотерапии лучше для данного заболевания? Раньше это было неизвестно, теперь стало ясно – никакой не лучше. То есть можно назначать и один, и другой. Или: нужно ли перед операцией делать промывание брюшной полости? Кто-то делал, кто-то нет. Исследование показало, что это не имеет смысла. Даже отрицательные результаты исследований – это очень хорошая новость, потому что врачи, пациенты, в целом система будут меньше расходовать впустую ресурсы.

Рак – это огромное количество разных болезней, каждый рак уникален. Есть ли один ключ для всех замков? Все же понимают, что нет. То же самое с раком. Никогда не будет одного лекарства от рака. Но есть некоторые виды опухолей, которые практически излечены благодаря научному прогрессу. Например, хронический миелолейкоз… Это была колоссальная проблема, умирало огромное количество людей. Придумали таблетку – и всё, теперь все живут.

 Медиапроект s-t-o-l.com

Фото: pixabay

Но я всегда говорю, что это «низко висящие фрукты». Всё, что можно было легко вылечить, вылечили. Больше такой халявы в онкологии нет, всё остальное – достаточно сложно. Но тем не менее постоянно что-то хорошее происходит. Процесс идёт: собираются новые данные, появляются новые лекарства, развиваются технологии.

Например, иммунотерапия – целая серия технологий, заставляющих самого человека, то есть его иммунитет, убивать свою же опухоль. Уже появись достаточно эффективные препараты, они применяются в реальной практике.

Редактирование генома, то есть, по сути, исправление генов, которые вызывают болезнь. Пока это лабораторные исследования, но уже были отдельные эксперименты на людях. Думаю, что в ближайшие годы это направление будет очень быстро развиваться.

Технологии на стыке медицины и IT. Например, приложения, которые позволяют пациенту собирать и отправлять врачу симптомы. Это помогает быстрее и точнее назначать лечение, избегать осложнений.

– Если ты в соцсетях всем пообещал, что к весне бросишь курить, то твой шанс бросить сильно больше, чем если бы ты этого не сделал

Поведенческие технологии, связанные с коммуникацией, мотивацией. Простой пример: ребята из Гарварда сделали программу в интернете, которая помогает людям бросить курить. Выяснилось, что если ты в соцсетях всем пообещал, что к весне бросишь курить, то твой шанс бросить сильно больше, чем если бы ты этого не сделал.

 Медиапроект s-t-o-l.com

Фото: pixabay

Есть, например, пациенты, которые не обращаются к врачу, когда есть симптомы, или не принимают назначенное лечение. Технологии поведенческие зачастую важнее, чем медицинские.

Появляется новая техника, новые виды облучения, хирургические системы, роботизированные операции.

– Отстаёт ли Россия от развитых стран в вопросах борьбы с раком? Если да, то в чём главные причины?

– В науке, в разработках отставание запредельное. Можно ли его наверстать? Не при моей жизни, скорее всего. А вообще медицина – это зеркало всего остального. Есть исключения: бывают развитые страны с не очень хорошей медициной, и наоборот, страны, не очень в целом развитые, где система медицинская работает неожиданно хорошо. Но, как правило, всё соответствует. Конечно, в онкологии мы отстаём от высокоразвитых стран, что тут говорить. Может, не настолько, насколько наш ВВП, но существенно.

У нас 95 % онкологических заболеваний лечится в государственных клиниках. Частных клиник, как наша, очень мало. Я имею в виду тех, которые серьёзно занимаются онкологией: то есть, когда человек пришёл к врачу и вышел с диагнозом и планом лечения, который будет реализовывать.

– Онкология очень дорога, у нас не развита система добровольного медицинского страхования, которое включает лечение от рака

И таких клиник много не будет. Онкология очень дорога, у нас не развита система добровольного медицинского страхования, которое включает лечение от рака. Люди лечатся либо по ОМС, то есть бюджет, либо должны достать деньги из кармана. А это для нашей небогатой страны, да и для любой другой, очень сложно: лекарства, обследования стоят очень дорого.

Для того чтобы это развивалось, нужна нормальная система страхования: ОМС действительно должно покрывать реальные расходы,  ДМС – развиваться.

 Медиапроект s-t-o-l.com

Фото: pixabay

Сейчас проекты интересные есть: маленькие клиники, типа нашей, или побольше – как Ильинская больница. Есть проекты образовательные: Высшая школа онкологии Ильи Фоминцева в Питере или то, что Андрей Павленко делал для образования врачей-хирургов (Андрей Павленко – врач-онколог, оперирующий хирург – создал проект «Школа практической онкологии»; после его смерти от рака в СПбГУ учредили Грант имени Андрея Павленко на научные исследования в области онкологии – ред.).

Но это всё – капля в море и не определяет вообще никак эффективность системы в настоящий момент.

– Из-за того, что информации стало гораздо больше (а качественное просвещение в этом потоке теряется), есть ощущение, что все вокруг болеют раком. Что вы говорите людям, которые живут в постоянном страхе?  Как побороть канцерофобию?

– Один из лучших способов бороться со страхами – назвать их. Давайте с вами определим, чего люди боятся.  Мы ведь не боимся заболеть ОРЗ?  Страшно, потому что от рака умирают. Но есть ли вечная жизнь на земле? Нет. Бояться смерти – это бояться неизбежности. Давайте думать дальше. Люди чаще всего умирают от рака? Нет: по статистике, рак на втором месте, на первом – сердечно-сосудистые заболевания. Почему мы не боимся их так, как рака? Нужно препарировать этот страх.

Вокруг огромное количество рисков, которые мы не можем контролировать: автомобильные аварии, травмы, куча других заболеваний, политика, стихийные бедствия. У нас в последнее время появилось много взрослых детей. Когда человек становится совершеннолетним, это не значит, что теперь можно купить пиво в магазине, это означает, что он может за себя отвечать.

– От человека в онкологии очень многое зависит, гораздо больше, чем от врачей: отказ от вредных привычек, внимание к себе, разумное потребление медицины

От человека в онкологии очень многое зависит, гораздо больше, чем от врачей: отказ от вредных привычек, внимание к себе, разумное потребление медицины. Злоупотребление тоже вредно, как и пренебрежение. Возможность и желание вникнуть, если с тобой уже что-то случилось. Надо за себя отвечать. И не только за себя.