А вот грустные новости. Россияне всё меньше верят во взаимовыручку, всё чаще считают социальные риски проблемой государства, а не общества. То ли жизнь становится всё тяжелее, то ли люди черствее, то ли всё вместе.
Исследование, посвящённое взаимопомощи, провёл в январе ВЦИОМ. И вот что выяснилось. Подавляющее большинство наших граждан (69%) считает, что людям, попавшим в трудную ситуацию, должно помогать государство. Только 28% верят в помощь друзей и родственников, ещё меньше (17%) – в поддержку общественных организаций, фондов. 22% убеждены, что каждый должен заботиться о себе сам. Кстати, любопытно, что чаще всего веры в автономность человека придерживаются зумеры (32% проголосовавших) – представители поколения, которое едва ли можно назвать самостоятельным хотя бы в силу возраста.
Фото: Иванко Игорь / Агентство «Москва»Ставка на государство понятна. Аргументы тоже известны. Мы платим налоги, должно же нам хоть что-то вернуться в тяжелые времена. И всё вроде логично: социальная политика так и работает, государственная машина выступает в роли главной страховой компании. Но вот какое дело. На уровне огромных обобщений всё рассчитывается очень усреднённо. Отдельные же человеческие истории всегда индивидуальны – бюрократической меркой их не охватить. Если чьё-то несчастье настолько велико, что «положенного по справедливости» просто недостаточно, как быть? А если чьё-то горе не является, с точки зрения государства, страховым случаем, что делать?
Родственница недавно хоронила мать. Увы, в самый разгар праздников. Женщина умерла после затяжной болезни, лечение съело все скудные накопления, никаких гробовых не осталось. Как почти не осталось сил у родственницы, несколько месяцев сочетавшей работу, подработки и дежурства в больницах. Близкие ситуацию знали. Точнее, знали, кто хотел знать, кто интересовался. И вот родственница рассказывает, как в этой ситуации повёл себя мужчина, который вроде бы тоже претендовал на звание близкого. Он ничем не помог. Ни деньгами, ни временем, ни морально. Никак. Сказал только: «Ты сильная, ты справишься!». Общались больше года. Да, он и не должен был. В смысле не обязан. То есть закона такого нет – заставить помочь, проявить участие, сострадание нельзя. Но родственница после всего, немного придя в себя, крепко задумалась.
Фото: Киселев Сергей / Агентство «Москва»Или другой пример. Возвращались с дочкой от врача. В метро стали свидетелями дикой сцены. Какой-то мужчина нечеловеческим голосом орал на буквально вжавшуюся в стену женщину. Люди спокойно проходили мимо. Я даже не знаю, что меня поразило больше: истошный вопль одного или невозмутимость других. Подошла. Узнала от орущего, что я лезу не в свое дело и ничего не понимаю, что он стал жертвой абьюза и манипуляций (каково, а?), что его довели. Пригрозила полицией, только тогда он утихомирился и отпустил несчастную, которая, пролепетав «спасибо», быстро затерялась в толпе.
Я всё думаю, почему никто не вмешался? Страшно? Но это общественное пространство с кучей народу. Неужели много людей не смогли бы справиться с одним припадочным? Некогда? Сразу всем и настолько? Это абсурд! Кажется, мне пришлось наблюдать в действии проявление синдрома Дженовезе. Суть этого психологического эффекта в том, что чем больше людей оказываются свидетелями чрезвычайной ситуации, тем меньше вероятность, что хоть кто-нибудь попытается помочь пострадавшим. Каждый из очевидцев считает, что помочь должен не он, а кто-то другой.
Фото: Чингаев Ярослав / Агентство «Москва»И знаете что? Мне думается, этот эффект проявляется не только в толпе, он вообще лежит в основе устройства современного государства. Многие убеждены, что порядок, социальная справедливость, гуманизм – это производные работы отлаженной системы. Иные настолько свыкаются с этим чувством, что остаются в стороне, даже когда беда случается не с абстрактным прохожим, а с соседом, коллегой, приятелем, даже родственником или другом. Человеку кажется: он бы помог, но сейчас так некстати, но ведь наверняка несчастного не бросят, должен же в подобных случаях работать какой-то системный протокол, должны же сами собой включаться какие-то программы. Малодушие, инфантилизм.
Бывает, впрочем, хуже. Есть люди, которые сознательно исповедуют принцип «Никто никому ничего не должен». Кстати, таких ВЦИОМ тоже как-то подсчитал – в 2022 году. И, между прочим, сторонников этого принципа оказалось 29% среди всех россиян и 56% среди молодёжи 18–24 лет.
«Никто и никому» – это, конечно, очень странная философия. Хотя её адепты говорят, что она про личную ответственность, свободу выбора и границы. Дескать, всё, что нужно, регламентируется разными кодексами, то есть, опять-таки, государством, а на остальное добрая воля. И вроде не придерёшься, конечно, добрая воля важна. Желание помогать бескорыстно точно лучше, чем участие в чьей-то судьбе под давлением, чем реакция на манипуляцию чувством долга. Но, во-первых, зачем так уж отчаянно всем подряд заявлять, что никому ничем не обязан? А во-вторых, наблюдения, увы, показывают: с доброй волей у граждан с позицией «никому ничего не должен» тоже обычно неважно – они то «не в ресурсе», то люди вокруг сплошь неблагодарные, недостойны помощи.
Фото: Киселев Сергей / Агентство «Москва»Иногда я слышу совсем какие-то жуткие вещи. Например, что можно оставить в беде даже родителей, если эти родители были не очень хорошими, да и сейчас те ещё токсы. Нет, я всё понимаю, психология – сложная штука, и добрые отношения с кровными родственниками действительно могут не сложиться, и нет смысла притворяться, выдавливать из себя любовь. Но ведь есть базовый минимум. Если тебя вырастили, выучили, на ноги поставили, то будь же добр и сам досмотреть тех, кто дал тебе жизнь. Да, хотя бы из чувства долга. Или только государство пусть разбирается?
Государство, к слову, многие то и дело критикуют за то, что оно часто пренебрегает своими социальными обязательствами. И критика эта справедлива. Оно пренебрегает. И всё же большинство в трудной ситуации надеется именно на государство, а не на близких. Но оправданны ли эти надежды? Какая печаль о нас может быть у, по сути, бездушного бюрократического аппарата, если мы, люди, не нужны даже друг другу?