Скорая решает проблемы

Фельдшер Марина Давыдова отправилась работать на Сахалин. И подтверждает: обстановка вполне чеховская

Фото:

Фото:

1. Повод к вызову – «болит живот». М., 34 года

На адресе – жёлтый в самом прямом смысле парень. Кожа, белки глаз, слизистые, язык – всё жёлтое. Печень высовывается из-под рёбер сантиметра на четыре. У парня весьма приличный «стаж» пития алкоголя – не менее 15 лет.

В терапии парень пролежал около месяца. После выписки никуда не обращался, пить не перестал. И через четыре месяца снова уехал на скорой – на этот раз с кровотечением из вен пищевода.

Катерина, которая его увозила, потом рассказывала:

– Прихожу на адрес, а он весь белый, кровь изо рта льёт, давление по нулям, а его папаша хихикает и спрашивает: «Он ведь уже умирает, да?».

Парень пролежал в реанимации 4 дня. Там же и скончался.

Вот где зло и мрак. 

2. В магазине стало плохо бабушке 82 лет

Она сидит на стуле – изжелта-бледная, потная. На вопросы отвечает с трудом, голос еле слышен. Спутница бабушки рассказывает: всё началось после приёма нитроглицерина – сразу двух таблеток за раз. Давление – 60/30, пульс – около двухсот… На ЭКГ – грозное осложнение: желудочковая тахикардия.

Всё начиналось довольно гладко: периферический катетер, амиодарон внутривенно… Сердце заработало немного лучше, давление поднялось, пациентка открыла глаза, начала говорить громче… Поехали!

Дорога пролегала через мост. На мосту открыта всего одна полоса – вторая на ремонте. Движение по мосту регулируется временным светофором; горит красный. «Скорая» с включёнными мигалками и сиреной успевает проскочить и даже немного проехать по мосту… но не тут-то было.

По встречной полосе неторопливо едут углевоз, за ним – «пазик». Их водители старательно не замечают «скорую» – мол, они в своём праве едут на зелёный.

Тем временем сердце бабушки внезапно даёт остановку. Пять минут уходит на то, чтобы «завести» старушку. После этого «скорая» стремительно срывается с места, на этот раз не встречая никаких помех.

Но всё было напрасно: бабушка умерла в приёмном покое. Второй раз сердце завести не удалось. Углевоз помчался дальше. 

3. Вызов по поводу «отнялась рука» 

На месте – женщина лет шестидесяти. Давление выше 200 плюс классическая картина ишемического инсульта – асимметрия лица, слабость в левой руке и в левой ноге, речь смазана.

Здесь очень важно не ронять давление резко и намного – будет только хуже. Аккуратно опустить магнезией до 170 – и хватит, иначе ишемия усилится.

В приёмнике бригаду ожидал неприятный сюрприз. Заведующая терапевтическим отделением подняла её на смех.

– Да что вы говорите, какой ещё инсульт? Нет тут никакого инсульта! – и – медсестре приёмного: «Оформляйте в терапию!».

КТ головного мозга сделали только на другой день – после того как очаговые симптомы усилились. Томография показала острое нарушение мозгового кровообращения по ишемическому типу.

4. Снова «болит живот». 

Женщина 65 лет – лежачая после ОНМК (острое нарушение мозгового кровообращения). Серо-жёлтая кожа, вздутый живот. Со слов сына, стул отсутствует неделю, если не больше, но это неточно.

В комнате грязь, беспорядок. Постельное бельё не меняно, наверное, целый месяц. Сын пациентки стоит с таким видом, словно всё происходящее его не касается.

Фото: Екатерина Якель/Коммерсантъ
Фото: Екатерина Якель/Коммерсантъ

В животе пациентки «гробовая тишина»: при аускультации не слышно ни звука. И только в верхней части живота выслушивается так называемый «звук падающей капли» – такой же грозный признак непроходимости кишечника. Тут только срочная госпитализация в хирургическое отделение.

…В приёмнике хирург, бегло осмотрев женщину, морщится:

– Да нет тут никакой непроходимости кишечника, – и вслед за тем начинает ректальное исследование. – Обычный каловый завал. Вы её сейчас обратно домой повезёте!

– Это почему? – возмущается один из фельдшеров. – Там живот вообще немой!

Под крики пациентки («Фашисты! Гестаповцы!») хирург продолжает свою работу. Судя по всему, в процессе исследования он меняет своё первоначальное мнение и приказывает оформить пациентку в отделение.

На КТ выявили не только непроходимость кишечника, но и прободение восходящей ободочной кишки. Как следствие этого – каловый перитонит.

– Представляешь, что было, если бы её вернули обратно? – спрашивает один фельдшер другого, прочитав заключение КТ вслух.

– Через пару дней законстатировали бы, – следует ответ.

5. Вызов на боли в пояснице в течение трёх дней 

На месте – старушка-кореянка лет 90. По-русски она почти не говорит, поэтому беседа ведётся через «переводчиков» – дочерей старушки. Те волнуются, в свою очередь задают кучу ответных вопросов, и поэтому на выяснение обстоятельств уходит минут десять – не меньше. Но в конце концов выясняется, что три дня назад старушка упала с высоты собственного роста и с тех пор с кровати не поднималась.

И это не просто звоночек – это набат. С учётом остеопороза, который имеет место быть почти у всех пожилых людей, даже такое «незначительное» падение может стать фатальным. Причём клиническая картина по разным причинам может быть смазанной, и бывают случаи, когда пациентка с переломом шейки бедра или с переломом позвоночника может (хотя и с большим трудом) самостоятельно передвигаться.

После осмотре принимается решение: везти старушку в больницу, транспортировать на специальном щите. Под вопросом – перелом третьего поясничного позвонка. Позже, по результатам КТ, он и подтвердился.

6. «Заберите её без хлопот»

– Её нужно забрать в больницу! – первое, что услышала бригада скорой помощи, войдя в квартиру. На этот адрес они выехали по поводу «парализовало».

Фраза принадлежала дочери пациентки, которая и вызвала «скорую». Но, вопреки уверениям любящей дочурки, никаких признаков паралича у мамы не отмечалось. Более того, «парализованная» бойко попивала водку прямо из кружки, так же бойко ругалась и громко и многословно жаловалась, что дочь с приятельницей отбирают у неё всю пенсию.

– У меня всё нормально и ничего не болит! – объявила она в конце своей речи. – Я вас вообще не вызывала! И я никуда не поеду!

– Заберите её в больницу, – талдычила дочь пациентки, сама, судя по всему, заливавшая за воротник не день и не два. – Я вам заплачу!

Классическая картина, знакомая каждому скоропомощнику: родственники желают на время избавиться от престарелого члена семьи бесплатно и без особых хлопот. Бывает, что такое прокатывает: если бригаде неохота ругаться, а отделению терапии или неврологии в дежурной больнице нужно выполнить план, и дежурный врач соглашается госпитализировать старика или старушку, даже если показаний к экстренной госпитализации нет. Но на этот раз номер явно не пройдёт, тем более что сама пациентка желает остаться дома и продолжить возлияния. И фельдшеры, взяв у неё отказ от медицинского вмешательства, уезжают.

7. Нечто извечное 

Одни из «любимых» вызовов у врачей и фельдшеров скорой помощи – к хроническим больным, которые не принимают назначенные препараты, употребляют алкоголь и каждый раз отказываются от госпитализации. «Вы мне укол сделайте, чтобы всё прошло, а в больницу я не поеду, я лучше, если что, вас ещё вызову».

И вот очередной вызов в алкогольный притон. Вызывает хозяин квартиры, будучи с многодневного запоя. Ему тяжело дышать, у него болят ноги, и «Сделайте что-нибудь!»

Картина маслом: симптомы хронической сердечной недостаточности. Отёки на ногах, на животе, постепенно подбирающиеся к груди. Пациент при каждом вдохе и выдохе булькает и хрипит и время от времени подолгу и тяжко кашляет. Ноги, а если точнее, стопы и голени – отдельная песня. Тёмно-красные, холодные на ощупь, с обширными участками некроза… Нет возможности даже снять ЭКГ – ножные электроды буквально не за что цеплять. Тем не менее ехать в больницу пациент категорически отказывается, и даже мрачные прогнозы фельдшеров не производят на него никакого впечатления. Оказав помощь и взяв отказ, фельдшеры уходят, зная, что завтра уже другая смена снова приедет на этот адрес, и всё повторится. 

Повторилось это ещё два раза. Третий вызов на тот же адрес к тому же пациенту был занесён в карту под шифром R98 – «смерть без свидетелей».

8. Нечто внезпаное

Вызов, поступивший через ЕДДС (Единую дежурную диспетчерскую службу), выглядел так: «Внезапно выросла киста на шее, мешает дышать». Бригада поехала на вызов, по дороге гадая, что там могло внезапно вырасти.

Информация оказалась верной только наполовину. Одышка у пациентки была, и довольно выраженная, но никакой внезапно отросшей кисты ни на шее, ни на другой части тела не наблюдалось. Бронхолёгочных заболеваний в анамнезе не было, признаков пневмонии при осмотре не наблюдалось. Сама пациентка прояснить ничего не могла, её родственники – тоже, и единственной зацепкой послужила рекомендация терапевта, написанная на бумажке: эуфиллин 10 мл внутривенно при одышке.

– Дексаметазон набери два куба и разведи физраствором, – сказал фельдшер практиканту, догадываясь о причине одышки. – И супрастин двушку в пятикубовый шприц.

Введение препаратов внутривенно удалось не сразу – вены у пациентки были тонкие, хрупкие, да ещё и сама пациентка иногда отдергивала руку или ногу, когда фельдшер прокалывал кожу иглой-бабочкой. Но в конце концов его усилия увенчались успехом. Одышка прошла, пациентка ожила, повеселела, но ехать в больницу наотрез отказалась.

– Какая ещё киста? – сказал потом фельдшер диспетчеру, желавшему узнать, что было на вызове. – Аллергия неуточнённая, больше сюда ничего не подходит.

***

Так люди живут и так они умирают на своём острове. И далеко не со всем, и далеко не так скоро, как хотелось бы, может помочь скорая помощь. 

Читайте также