Зумеры едут за длинным рублём

Откуда у молодёжи пошла мода на вахту

Фото: Константин Франовский/Коммерсантъ

Фото: Константин Франовский/Коммерсантъ

В российском информационном пространстве сенсация: появилось сообщение о том, что зумеры массово едут работать на вахту, предпочитая тяжёлый, но краткосрочный и – главное – хорошо оплачиваемый труд ежедневной офисной рутине за копейки. 

До этой новости считалось, что слова «зумер» и «физический труд» вообще не совместимы (по крайней мере в столице). Сложился устойчивый стереотип, что это поколение живёт под девизом: «Пускай работает железная пила, не для работы меня мама родила». А зарабатывают на жизнь они консультантами по криптовалюте или на худой конец веб-дизайнерами. Поэтому воображение отказывается рисовать странные картины, в которых нарядная молодёжь едет на Севера за длинным рублём, чтобы трудиться там на морозе, среди мошки и суровых работяг. 

Тем не менее сервис Авито.Работа предоставил данные о том, что работа вахтовым методом действительно набирает популярность у молодёжи: количество резюме в возрастной категории 18–24 лет выросло на 97% по сравнению с прошлым годом. 

По данным аналитиков Авито, «в российских условиях вахта становится для молодых специалистов в возрасте 18–24 лет способом быстро войти в профессию, особенно в промышленности, строительстве, добывающих отраслях и инфраструктурных проектах». А средняя зарплата у зумеров-вахтовиков достигает 117907 рублей месяц.

Тот факт, что спрос на работу вахтой у зумеров за 2025 год увеличился почти в два раза, звучит сенсационно, но тут важно понимать, сколько этих 1824-летних юношей и девушек трудилось на этих вакансиях годом ранее. Такие цифры аналитики не  предоставили, но можно предположить, что их было не так уж и много, и даже их двукратное увеличение это не такая уж великая цифра. Большая часть поколения зумеров только-только выходит на рынок труда, естественным образом пополняя в том числе и ряды вахтовиков, но вряд ли речь идёт о массовом явлении. По крайней мере таких данных пока нет. 

Однако очевидно, что запрос на работу без обязательств, которая быстро покроет невеликие финансовые запросы, у зумеров наметился. 

Об этом говорят тренды в соцсетях. Например, в TikTok в последний месяц произошёл взрывной бум роликов с хештегом  #вахта. Сделаны они вполне по-зумерски: в них нет никакой конкретики и вообще нет ничего, что доказывало бы, что эти прекрасные девушки и юноши действительно пашут 30/30, 60/30 или 42/42. Всё это пока больше похоже на детскую мечту, где вахта воспринимается не как тяжёлая грубая работа, а как «лайфстайл»-проект. 

Герои рассказывают, что вместо унылой рутины здесь у них весёлый молодой коллектив, «диджитал-детокс», возможность путешествовать между сменами, не надо тратиться на жильё и вообще жизнь на всём готовом. И главное – платят приличные деньги, которые некуда тратить. 

На добывающих предприятиях в России зумеры обоих полов готовы работать диспетчерами, охранниками или операторами. А самые смелые планируют выбраться на вахту за границу – роликов, где обещают сезонную работу в Европе, тоже предостаточно. 

Например, 20-летний москвич Степан планирует ловить крабов в Норвегии. Пока у него нет ни визы, ни приглашения, но в интернете он узнал, что его ровесники зарабатывают таким образом по 50 тысяч евро чистыми за сезон. Да, работа тяжёлая: длинные смены, холод, усталость. Но в итоге за несколько месяцев можно решить все свои финансовые проблемы. Степан, например, мечтает открыть по возвращении собственный стартап. 

Реальность такова, что IT-области, где ещё недавно поколение «цифровых аборигенов» даже без серьёзного образования и квалификации могло неплохо заработать, сегодня резко просели. На рынке труда востребованы рабочие специальности, «синие воротнички» становятся современным средним классом, а хороший электрик зарабатывает больше, чем программист. До того, чтобы ударно трудиться на заводе, зумеры ещё не дошли – не до такой степени оголодали. Но и быть офисным планктоном они по-прежнему отказываются. Стало понято, что на сегодняшний момент физический труд, желательно не слишком пыльный, лучше подходит к их поколенческой профессиональной стратегии – ни за какие коврижки не горбатиться на дядю. И в этом смысле вахта подходит идеально: никаких обязательств, никакой ответственности и приличные деньги, которые позволят какое-то время заниматься тем, чем хочется. 

Молодые жители больших городов вряд ли массово рванут в Новый Уренгой или Магадан. Но они тоже всё больше склоняются к разовыми сезонным заработкам. Например, студент Иван в свободное от учёбы время работает на стройке. Прошлым летом он с приятелями красил забор. Получили 100 тысяч и отправились в путешествие. 

А вот студент философского факультета по имени Михаил подошёл к делу поистине философски. Он искал на лето подработку, которая соответствовала бы его мировоззрению: «меньше работать – меньше тратить денег».  Подходящая вакансия нашлась в ГБУ «Ритуал», называется «сотрудник бригады сопровождения похоронной процессии». Требования к кандидатам были несложные: мужчина 18–45 лет в хорошей физической форме. Всё сошлось.

Сама по себе работа занимала буквально не больше 10 минут:  вынести гроб из морга, погрузить в фургон, выгрузить в зале для прощания или в церкви и сопроводить до кладбища. В бригаде работает 4 человека (в большинстве ровесники), так что физически  это не очень тяжёлый труд. Всё остальное время – а рабочий день длился, как правило,  с 9 до 16 – либо ждали, и это было самое тяжёлое, ибо очень скучно, либо были в дороге, что лично для Михаила скрашивало все недостатки профессии, ведь в это время можно было читать или что-нибудь слушать. 

Работал два лета по несколько раз в неделю. Правда, заработал не слишком много: за смену платили 1200 рублей плюс чаевые от родственников ещё тысяча. Пробовал и другие подработки –  например, снимался в массовке или скручивал плакаты для «Пятерочки». Работа несложная, но уж больно пыльная. И заплатили за день 1500 рублей.  

Конечно, хотелось бы денег побольше, но если встает выбор: деньги или свобода, – как истинный зумер Михаил однозначно выбирает свободу.  

Таким образом, мы видим, что выросло новое поколение «дворников и сторожей». Зумеры не то чтобы не любят работать – они, как и их предки, которые были молодыми в эпоху развала СССР,  не желают быть частью системы, винтиком в каком-то непонятном механизме и средством для чьего-то обогащения. Может быть, они ждут перемен или предчувствуют их?

Читайте также