В московском театре «Практика» идёт постановка по пьесе Ярославы Пулинович «Наташина мечта». В спектакль включена и другая пьеса драматурга – «Победила я», но концептуально он о трёх девочках-подростках по имени Наташа, и у каждой есть большая мечта. Постановка идёт на камерной сцене, в очень маленьком помещении, внутри без нумерации стоят офисные кресла на колесиках, в которых можно крутиться, наблюдая за актрисами, движущимися по залу. А непосредственно перед действием актрисы вступают в разговор со зрителями: есть ли среди вас Наташи? А есть ли у вас, Наташа, мечта? И Натальи начинают неторопливо рассказывать: «Хочу выйти на пассивный доход полтора миллиона в месяц». Ну, современные москвички – они такие, как говорится, ноль осуждения.
Кто-то смеётся, кто-то ёрзает на стуле, а я напряженно думаю в этот момент: а вот если бы я была Наташей и меня бы тоже спросили про мою мечту, то что бы я ответила? Зрительницы тем временем продолжали формулировать мечты. Купить квартиру в Калининграде, чтобы у моря. Чтобы в семье было понимание. Выйти замуж, в конце концов. А я сижу и туплю: замуж есть, своё жилье есть, понимание присутствует. Караул, о чём мечтать? Ладно, подумаю об этом позже. Гаснет свет, но тянет руку последняя зрительница и кричит, что она тоже хотела рассказать о своей мечте, но ей не дали. Актриса со сцены чуть раздражённо, но терпеливо даёт ей слово. И тут мы понимаем, что поднявшая руку – и есть главная героиня, и спектакль уже начался.
Фото: vk.com/praktikaМоя однокурсница из писательской школы, журналистка глянца, опрашивает всех своих знакомых, какая у кого мечта. Когда она меня спросила, какая у меня мечта, меня этот вопрос застал врасплох. Я поняла, что снова пришло время задуматься о своей мечте. Но в голову не шло ровным счётом ничего, и я сказала, что у меня нет мечты. И почувствовала себя немного дефектно. Как будто стыдно сказать: «У меня нет мечты». Сразу представляешься человеком тяжёлым и равнодушным, тем, кому нет ради чего жить. Мечта будто стала обязательным атрибутом нормального человека. У детей спрашивают: кем ты хочешь стать, когда вырастешь? У взрослых: где ты видишь себя через пять лет? Господи, да быть бы живым через пять лет.
В глобальном смысле я, наверное, мечтаю о том же, о чём примерно и все россияне. Но это то, что от нас не зависит. А мечта – это то, что не зависит от человека, или то, что он способен осуществить сам? И если он способен её осуществить, значит ли это, что мечта превращается в цель?
Если попытаться разобраться в этом с точки зрения психологии, то станет немного понятнее, чем мечта отличается от цели. Детдомовская Наташа из пьесы Пулинович мечтает:
…хочу любви. Чтоб с фатой и шоколадными конфетами. И чтоб все девки наши за нами шли и нам завидовали. Только это не самое главное. Главное, чтобы он меня любил, чтоб он подошёл ко мне и сказал: «Наташа, ты самая реально клёвая девчонка на земле, выходи за меня замуж». Я бы тогда сразу пошла…
Фото: teksomolika / FreePikПсихологи пишут, что мечта – это образ желаемого будущего, а цель – конкретный результат, к которому можно идти шаг за шагом. Понятно, в Наташином случае – что поставить цель выйти замуж за конкретного человека – практически невозможно. Мечтать выйти замуж – можно, а вот сделать человека своей целью и идти к ней любыми средствами – уже какая-то объективация живого человека, опредмечивание.
Несколько лет назад мне в душу глубоко врезался один пост в соцсетях. Его написал волонтёр хосписа. Одна бабушка когда-то в далёкой юности послала стихи в газету. Ей не ответили. С тех пор она написала много стихов – к посту прилагаются старательно испещрённые бисерным почерком тетрадные листочки. Стихи, мягко говоря, не Бродский: простенькие, неровные, но для районной газеты вполне подходящие. Однако тот отказ так её сломал, что за все восемьдесят лет она больше так и не рискнула показать кому-то свои стихи и отправить их в другое место. И вот волонтёры хосписа открывают сбор на самиздат – чтобы бабушка подержала перед смертью в руках свою всамделишную книжку.
Меня этот случай очень задел. Во-первых, больно за бабушку. Любой писатель знает: отказы – неотъемлемая часть пути. Газета не единственная, и отправлять надо было не в одну, а в десять. Даже если бы не взяли эти стихи – взяли бы другие, более поздние, более зрелые и совершенные. Главное – не переставать писать.
Фото: rawpixel.com / FreePikВо-вторых, может ли утешить самиздат автора, который мечтает о публичной оценке и признании хотя бы в локальном сообществе? Если бы я могла заглянуть в будущее и узнала бы, что мне в жизни светит только самиздат, я бы, наверное, вообще бросила писать.
Но я снова и снова задавалась вопросом: почему эта женщина не проявила никакого упорства на пути к своей мечте? Почему так быстро сдалась, неужели в её долгой жизни не нашлось совершенно никого, кто поддержал бы её и сказал: «Отличные стихи, посылай, возьмут»?
Однажды я путешествовала по Японии и побывала в каком-то храме в горах. В буддийских храмах люди пишут желания на деревянных табличках и крепят их на доске. Если почитать русские надписи – почти все о материальных благах. И только детским почерком: «Мечтаю, чтобы у меня появилась собака».
Но если даже дело не только в деньгах, всё равно я рассуждаю как человек рациональный. В 2021 году меня настиг кризис и развод. Я мечтала быть с любимым человеком и делала всё возможное, что зависело от меня. В 2022-м я больше не могла подняться на третий этаж и мечтала только о том, чтобы похудеть. Точнее, не просто мечтала, а это был вопрос жизни и смерти. И я это сделала. В 2023–2024-м я страстно мечтала написать и издать книгу и – что бы вы думали – писала книгу и искала входную дверь в книжный мир, пока не получила отклик на питчинге. В 2025-м я мечтала прокачать гардероб и научиться стильно одеваться, чтобы люди воспринимали меня с большим уважением. В более широком смысле – я мечтала вырасти и наконец стать кем-то, достойным уважения. И, кажется, мне в итоге удалось и это.
Фото: FreePikХочется, конечно, ещё выиграть премию. Хотя бы в шорт-лист войти. Да уж хоть бы и в лонг – хоть где-то засветиться. Совсем по-девчачьи мечтаю стать модным инфлюэнсером, писать рассказы для глянца за гонорар, жить на деньги от письма, снова начать играть на музыкальных инструментах и чаще путешествовать.
Так что не такой уж я и чёрствый человек, что совсем живу без мечты и романтики. Есть о чем мечтать. Но… ведь у меня всё самое важное уже есть. Всё то, о чем я мечтала и чего добивалась в прежние годы. И я счастлива и не стану несчастнее, если что-то из вышеперечисленного вдруг не осуществится.
Если бы меня снова спросили в том зале: «Наташа (я не Наташа, но ладно), какая у вас мечта?» – я бы, наверное, не стала перечислять премии и поездки. Я бы сказала: чтобы всё осталось так, как есть. Разве премии и путешествия принесут мне столько счастья, как реальные базовые вещи, которых достоин каждый человек на Земле: любящая семья, здоровье, довольство своим отражением в зеркале, успех в любимом деле? Отсутствие большой мечты – это не пустота, я это теперь понимаю. Это форма удовлетворённости.
И слава Богу за всё.