Предок Пушкина – Каннибал, или Когда начинать бояться грамматических ошибок?

Колонка Марии Орловой по следам Тотального диктанта, прокатившегося этой весной по стране 

Фото: Киселев Сергей / Агентство «Москва»

Фото: Киселев Сергей / Агентство «Москва»

В этом году обсуждение итогов Тотального диктанта, прошедшего 18 апреля, проходит без традиционных возгласов «ужас-ужас» и посыпаний главы пеплом: мол, куда катится мир, что молодёжь такая безграмотная. На самом деле и в сегодняшнем мире достаточно бед, кроме грамматических ошибок, и подходы к грамотности в 2026 году несколько иные, чем в 2004 году, когда Тотальный диктант проходил в первый раз.

Первый Тотальный диктант, ставший ежегодной просветительской акцией, провели в 2004 году студенты гуманитарного факультета Новосибирского государственного университета. Авторами диктанта в разное время были Павел Басинский, Гузель Яхина, Леонид Юзефович, Андрей Усачёв, Евгений Водолазкин, Алексей Иванов, Дина Рубина, Захар Прилепин, Андрей Геласимов, Марина Степнова, Анна Матвеева, Марина Москвина. 

В этом году автором текста был Алексей Варламов – писатель, ректор Литературного института им. Горького, член жюри литературной премии «Ясная Поляна», автор жизнеописаний М.А. Булгакова, А.С. Грина, М.М. Пришвина, А.Н. Толстого. Текст нынешнего Тотального диктанта был посвящён истории предков Александра Сергеевича Пушкина – от Абрама Петровича Ганнибала, «арапа Петра Великого», до родителей поэта, и назывался он «Пушкин. Фамилия».

Фото: Кузьмичёнок Василий / Агентство «Москва»
Фото: Кузьмичёнок Василий / Агентство «Москва»

В Тотальном диктанте 2026 года приняли участие 2,9 млн человек. Кстати, некоторые участники пишут Тотальный диктант каждый год уже несколько лет, и у них сформировалась своя субкультура.  Персонаж внутреннего фольклора проверяющих диктант филологов Ева Даласкина – постоянный «участник» – самозародилась в 2015 году. Тогда текст для Тотального диктанта написал Евгений Водолазкин (рассказ «Волшебный фонарь» повествовал о быте дореволюционной России). Когда диктующий произнёс «Сейчас мы напишем текст Е. Водолазкина», кто-то в аудитории услышал и написал «Ева Даласкина». 

Из особо забавных ошибок, допущенных участниками Тотального диктанта, созданы рассказы Евы Даласкиной «Укованные решёткой», «Порнолыжные трассы», «Из глубин Кибурятии», «Остров Заточенный Карандаш». 

Каждый год над очередным шедевром Евы Даласкиной работает команда Филологического совета. Сначала описки, ошибки и ослышки собирали только в Санкт-Петербурге и Москве. Сейчас они приходят со всей страны – проверяющие обмениваются ими в общем чате. «Биограф» «прозаика», член Филологического совета Светлана Друговейко-Должанская, собирает перлы в отдельный текст.

В этом году прадеда Пушкина Ева Даласкина окрестила Иосифом Арамовичем Каннибалом, бабушку из Марии Алексеевны сделала Мариной Сергеевной, вместо  словосочетания «сельцо Михайловское» добавила в текст «сельпо Измайловское», а «порог славы» заменила на «пирог Славы». Полный текст нового шедевра Евы Даласкиной скоро будет размещён на сайте Тотального диктанта.

Самые распространённые ошибки обычных участников Тотального диктанта 2026 года – это написание «пушкинский» с прописной буквы, хотя нигде оно не начинало собой собственное наименование: пушкинская поэзия, пушкинская фамильная история, пушкинские места, пушкинское родовое имение. Напротив, Московскую губернию часто ошибочно писали с маленькой буквы. 

Трудности вызывало слитное и раздельное написание наречий и служебных слов. Массовой ошибкой было раздельное написание слов «недаром», «немало», «вдали», «впрочем», «ненадолго» и др.

Фото: Киселев Сергей / Агентство «Москва»
Фото: Киселев Сергей / Агентство «Москва»

Части текста Тотального диктанта несколько различались по уровню сложности, и самой трудной для пишущих оказалась четвёртая часть, где в рамках одного предложения встретились три слова в краткой форме: «Прекрасная креолка, как звали её в свете, Надежда Осиповна была хорошо воспитана, весьма образованна и начитанна». Сложность была ещё и в том, что краткие прилагательные «образованна» и «начитанна» нужно было записать с двумя н, в отличие от «воспитана», где требовалась одна буква н из-за наличия слова «хорошо». Если говорить о пунктуационных трудностях, то традиционно сложная задача – различение вводных слов и слов, не являющихся вводными, которые, соответственно, не надо обособлять запятыми. 

Количество отличников в 2026 году оказалось выше, чем в прошлом году, в некоторых городах на пятёрки написали диктант до 30% участников. 

Председатель Филологического совета ТД, учёный секретарь Орфографической комиссии РАН Владимир Пахомов говорит, что в этом году лингвисты специально не усложняли «пространство живого текста» искусственными вмешательствами. 

«Для многих пятёрка за текст Алексея Варламова оказалась первой и долгожданной за много лет участия в Тотальном диктанте. При этом третья часть не была лёгкой прогулкой для пишущих, а кроме того, встречались (и влияли на оценку) досадные орфографические ошибки в не самых сложных словах, допущенные, вероятно, из-за волнения и невнимательности: посветил вместо посвятил, преобрела вместо приобрела, разшевелишь вместо расшевелишь. Неожиданным для филологов оказалось частотное слитное написание безовсякого. В первой части текста многие участники не справились с написанием имени собственного Евдокия (писали через а), а во второй части далеко не все смогли правильно оформить слово мошенничество. Ну а больше всего орфографических вариаций встретилось в прилагательном всеобъемлющий», – поясняет Владимир Пахомов. 

Многие участники Тотального диктанта, вероятно, относятся к такой разновидности педантов и пуристов, как «граммар-наци». Это ироническое название течения в Интернете, при котором качество человека определяется по способности грамотно писать. 

Так ли это важно сейчас, как было важно когда-то? Я так и представляю, как напряглись те, кто писал нынешний Тотальный диктант, от несвойственного руке движения – долгого сжимания шариковой ручки. 

Фото: Белицкий Дмитрий / Агентство «Москва»
Фото: Белицкий Дмитрий / Агентство «Москва»

Сейчас мы живём в мире, который радикально отличается от мира 22-летней давности. 22 года назад мы писали статьи от руки, а в редакции существовала должность наборщицы. Я как главный редактор региональной газеты знала, какой у кого из журналистов почерк, могла отличить издалека, чья это статья.

А ещё было очень много людей, от которых совершенно не требовалось что-то писать, кроме своей фамилии в ведомости о зарплате. В 1980-х высшее образование получали не 100% населения, а только 20%.

В наше время каждый человек пишет в разы больше, чем писалось в былые годы. И мало того, очень многие пишут не только по служебной надобности – они самовыражаются в соцсетях. То, что когда-то надо было запоминать на всю жизнь или искать в специальных словарях, теперь постоянно находится под рукой. Как пишется то или иное слово, где ставить запятую – всё это подсказывают компьютерные программы. А в этом году всё шире используется в этих целях ИИ.

Каждый год, читая о том, как люди получали двойки за Тотальный диктант, я вспоминала о диктантах на родном филологическом факультете. Тексты обычно бывали очень сложные, со школьными диктантами не сравнить. Помню, как мы, грамотные студентки,  считали за большую удачу получить за такой диктант тройку. Для Тотального диктанта обычно выбираются именно филфаковского уровня отрывки, так что смеяться не над чем. Самый грамотный обыватель опозорится.

Плохо или хорошо то, что мы перестали себе забивать голову орфографией и синтаксисом? Мне кажется, это просто переход на другой уровень. Мозг должен постоянно анализировать новую информацию, а не лелеять старую. Другое дело, что не все умеют анализировать, оценивать, делать свои выводы... Вот этому-то и надо учить.

А развитие нейросетей уводит нас, пишущих людей, а также читателей, в неведомые дали. И тут уже не до «жы-шы» и других перлов Евы Даласкиной. Угрозы могут быть посерьёзнее.

Читайте также