В советские годы Плеханов стал одним из главных идеологических идолов большевиков на философском поприще. Его сочинения регулярно переиздавались многотысячными тиражами. С настойчивостью подчёркивалось то влияние, которое он оказал на интеллектуальное становление Ленина.
Однако про трагическую судьбу Плеханова в последние месяцы его жизни говорить было не принято. Тем более оставались без внимания поздние статьи и политические взгляды Плеханова.
Мне хотелось бы рассказать как раз о том, о чём говорят редко: как собственные «дети» Плеханова – марксисты-ленинцы, выражаясь публицистическими терминами начала XX века, его же погубили. Хотя сам Плеханов в ответ на такое «семейное» сравнение мог бы возразить, назвав большевиков максимум бастардами.
Основатель русской школы марксизма
Георгий Плеханов родился в 1856 году. Политическую социализацию он прошёл во второй половине 1870-х годов – в эпоху главенства народников в русской оппозиционной мысли. При этом Маркс уже начал пользоваться популярностью среди социалистической публики, но понимание марксизма у народников было крайне своеобразным.
У Маркса российские социалисты того времени взяли только экономическую критику западного капитализма, отвергая ключевое для марксистской теории положение о прогрессивности капитализма относительно предыдущих формаций. Капитализм содержит в себе зёрна будущего коммунизма.
Народничество в значительной степени тяготело к нигилизму. Этому движению серьёзно не хватало позитивной программы. Утопический идеализм народников обернулся катастрофой 1881 года, когда царь Александр II был убит террористами. Их надежды на неизбежный народный бунт после цареубийства не оправдались, а путь прогрессивных реформ после теракта застопорился.
Но вернёмся к Плеханову. Он впервые получил признание в социалистической публике как ортодоксальный народник. В тогдашних терминах это означало, что он выступал за агитацию «среди народа».
Уже в первой своей значимой статье 1879 года, опубликованной в печатном издании народников «Земля и воля», Плеханов произвёл попытку соединить народничество и марксизм. Он критикует заговорщическое течение Ткачёва как уход в бланкизм.
Бланкизм – попытка установить социализм через силовой захват власти узкой группой революционеров – для Плеханова является проявлением утопического идеализма. Нельзя просто изменить власть и создать условия для нового справедливого общества: социализм может наступить только через движение законов истории, не подвластных человеческой воле. Также оказывается вредным для революционного движения и терроризм.
Георгий Плеханов в 1870-е годы. Фото: общественное достояниеРазрыв с народничеством у Плеханова происходит уже в начале 1880-х годов. Надежды на крестьянскую революцию через пропаганду в деревне не оправдались. Тем более в русской деревне и в целом в российской экономике всё больше проявлялись капиталистические отношения, которые – в противовес тезисам народников – зачастую оказывали не разрушительное, а наоборот, позитивное воздействие на уровень жизни населения. Хотя окончательно такие взгляды на прогрессивную сущность капитализма среди радикалов победят только в 1890-х годах с началом деятельности Струве и других «критических» марксистов, Плеханов в эмиграции стал первым последовательным проводником марксистской линии.
С отказом от народничества пришлось уйти и от ориентированности на крестьянство. Мировой опыт уже к тому времени вполне чётко показал, что именно городской пролетариат может стать главной силой социалистического движения. В противовес бланкизму российских социалистов Плеханов предложил создать организацию вроде немецкой социал-демократической партии, открытой к работе внутри действующей парламентской системы. Ближайшей задачей движения станет завоевание вместе с широким фронтом либеральных сил демократических свобод и парламентаризма, а не немедленный прыжок в социализм. Так появилась первая российская марксистская группа – «Освобождение труда». В неё помимо Плеханова вошли Вера Засулич, Лев Дейч и Павел Аксельрод.
Вообще ранний русский марксизм 1880-х и 1890-х годов иногда называют «новой волной западничества». Плеханов, парадоксально, через марксизм оказывался на правом фланге социалистического движения в России. «Длинный и трудный путь капиталистического развития» означал в системе взглядов Плеханова европеизацию России, установление конституционной и парламентской системы. Пролетариат может оказаться готовым к социализму только через долгую школу легальной работы и повышения образования в условиях капиталистического хозяйства. Плеханов прямо утверждал, что российский рабочий класс должен закончить миссию Петра I по вестернизации России.
Однако важно отметить, что Плеханов крайне скептически отнёсся к ещё более правым марксистам вроде Струве в России или Бернштейна в Германии. Если политически Плеханов был готов к компромиссам, то отказываться от ортодоксии марксистской философии он не собирался. Его вера в гегельянский Разум истории в конечном счёте обернулась для него катастрофой.
Расхождения с Лениным
С таким фоном Плеханов к 1890-м годам являлся мэтром российского марксизма. Его личное знакомство с Энгельсом придавало ему колоссальный авторитет, хотя внутри России он оставался не столь популярным вплоть до 1895 года, когда было легально опубликовано широко известное среди социалистов сочинение «К вопросу о развитии монистического взгляда на историю». Благодаря обсуждению этой книги впервые лично встретились Струве и Ленин, которые в будущем стали непримиримыми врагами, но тогда были союзниками по распространению марксизма в России.
Философская ортодоксальность Ленина сочеталась с достаточно волюнтаристской интерпретацией теории классовой борьбы. Но, в отличие от «оппортунизма» Плеханова, ленинизм подразумевал возврат к некоторым нигилистическим традициям русского народничества. Капитализм, по Ленину, – это в первую очередь определённый вид классовой борьбы, а не производственный базис. Несмотря на очевидную технологическую отсталость России, Ленин утверждал, что даже в деревне установились капиталистические классовые отношения в виде противостояния «кулака» и батрака. Следовательно, Россия готова к революции.
Для социалистической революции в России не хватает только хорошо организованного авангарда. Им в ленинской мысли должна была стать партия заговорщического типа. Именно такой взгляд Ленина на устройство РСДРП привёл к расколу партии на большевиков и меньшевиков в 1903 году на II съезде. Плеханов, поколебавшись, в конечном счёте занял позицию Мартова, то есть меньшевиков. Взгляды Ленина слишком уж напоминали бланкистские течения народничества, с которыми в молодости боролся Плеханов.
В течение 1900-х годов Плеханов признал прогрессивность реформ Столыпина, чего не сделали даже левые либералы (кадеты в первую очередь). Хотя очевидно, что реформы Столыпина хорошо укладывались в логику философии истории марксизма как шаг к установлению частнособственнических отношений в деревне. В то же время Плеханов критиковал большевистские идеи о «национализации» земли. Он видел в этом возврат к «азиатскому» деспотизму, новую итерацию крепостного права.
Семья Плехановых и Лев Дейч в 1907 году. Фото: общественное достояниеВо взглядах Плеханова присутствует явное лицемерие. Он критиковал анархистов и социалистов-утопистов как тех, кто «задумает совершенную социальную организацию, исходя при этом из какого-нибудь абстрактного принципа». А вот в основе марксизма для Плеханова лежит не «абстрактный принцип», а «устанавливаемая строго естественнонаучным путём экономическая необходимость».
Насколько это верно в отношении марксизма? К концу XIX века в головы марксистов Запада и России начали закрадываться сомнения в «научной точности» марксистского метода, основанного на гегельянской философии. Отсюда и оглядка на неокантианство со стороны Струве и Бернштейна, и на второй позитивизм (эмпириокритицизм) со стороны Богданова и многих других русских марксистов.
Плеханов, утверждая объективность своего метода, сам ударился в некритический субъективизм. С одной стороны, его политические взгляды в начале XX века не были столь уж радикальными – он, например, поддерживал Россию в Первой мировой войне, что привело к окончательному разрыву Плеханова с большевиками. С другой стороны, кто наделил его правом провозглашать свои взгляды как естественно необходимые? Ведь многие даже не были согласны с интерпретацией Маркса у Плеханова! Носителем абсолютной истины он был только в своих глазах.
Позднее точно такую же аргументацию о познании «исторической необходимости», местами прямо заимствованную у Плеханова, использовали для оправдания своих чудовищных действий Ленин и Сталин.
Крушение мечты
Продолжая занимать «оборонческую» позицию по Первой мировой войне, Плеханов поддержал Временное правительство после революции. Будучи больным, он впервые за долгие годы прибыл в Россию из политической эмиграции, при этом «Апрельские тезисы» Ленина он назвал рецидивом бланкизма.
Вскоре, уже весной 1918 года, Плеханов скончался. Зинаида Гиппиус откликнулась на его смерть следующим образом: «Умер Плеханов. Его съела родина… Он умирал в Финляндии. Звал друзей, чтобы проститься, но их большевики не пропустили. После октября, когда “революционные” банды 15 раз (sic) вламывались к нему, обыскивали, стаскивали с постели, издеваясь и глумясь, – после этого ужаса, внешнего и внутреннего, – он уже не поднимал головы с подушки… его увезли в больницу, потом в Финляндию. Его убила Россия, его убили те, кому он, в меру силы, служил сорок лет. Нельзя русскому революционеру: 1) быть честным, 2) культурным, 3) держаться науки и любить её. Нельзя ему быть – европейцем. Задушат. Ещё при царе туда-сюда, но при Ленине – конец».
