×

Константинопольский патриархат отозвал ещё один «русский» томос

О том, что это означает для православного мира, размышляет кандидат исторических наук священник Илья Соловьёв
+

Решение Константинопольского патриархата о фактической ликвидации Архиепископии православных русских церквей вызывает большое недоумение. Оставляя в стороне все те последствия, которые будет иметь это решение для мирян и особенно духовенства Архиепископии, приходится признать, что Вселенский патриарх совершает ещё и каноническую ошибку.

В чём её суть? По самому смыслу своего существования и даже по названию Вселенская (в каком-то смысле «универсальная») патриархия претендует на то, что именно ей принадлежат права на церковное окормление диаспоры – православных христиан, живущих на территории, где нет поместных православных церквей. Если это так, то Константинопольский престол должен объединять  таких людей под своей юрисдикцией, предоставляя им своё церковное покровительство. Но только ли это?

Согласно 34-му Апостольскому правилу, епископам всякого народа, а значит, и самому этому народу, полагается знать своего первого епископа. Иногда ошибочно и без основания считают, что это правило говорит о первоиерархе-патриархе. На самом же деле речь здесь идёт о епископе митрополитанского округа, архиепископии или епископии в составе Поместной церкви. С точки зрения этого правила православные русские люди, состоящие под каноническим водительством Вселенского патриарха в диаспоре, должны знать своего первого епископа. Статус этого первого епископа может быть различным – от экзарха до патриаршего викария.

В такой постановке вопроса вовсе нет никакого русского национализма. То же самое следовало бы сказать и о всяком другом народе в диаспоре, находящейся под Константинопольской юрисдикцией (например, о православных румынах, болгарах и так далее).

Во Франции сложилась и устоялась структура, состоящая в юрисдикции Константинополя, – Архиепископия православных русских церквей в Западной Европе, возглавлявшаяся своим первым епископом. Совсем скоро должно было отмечаться её столетие. Теперь греки лишили эту структуру своего первого епископа и подчинили её греческому митрополиту, что напрямую противоречит порядку, определявшемуся указанным выше 34-м Апостольским правилом.

Необходимо упомянуть о существующем мнении, согласно которому переподчинение русской Архиепископии греческому иерарху и лишение её своего епископа как будто бы позволяет упразднить некие «параллельные структуры». Это суждение основано на глубоком заблуждении, так как митрополитанские округа и экзархаты, состоящие под водительством той или иной Поместной церкви, не являются «параллельными», но представляют собой составную часть канонически верного церковного устройства.

История с ликвидацией самостоятельности Архиепископии православных русских церквей способна породить у многих верующих людей мрачные мысли. До сего времени некоторые православные в России считали, что в европейском государстве и в епархии, управлявшейся по принципам Поместного собора 1917–1918 годов, решительно невозможно принятие такого решения, которое состоялось на ноябрьском Синоде Константинопольской патриархии. Это решение с полным основанием можно назвать внесоборным, то есть не учитывающим мнение всей полноты местной церковной единицы – Архиепископии православных русских церквей – её клира и мирян, а, по некоторым данным, и её епископа. Оказывается, такое авторитарное действие возможно и в Константинополе, который не смущается, внесоборным характером своих действий.

В связи с этим вспоминаются слова из письма архимандрита Киприана (Керна) преосвященному Иоасафу (Скородумову) от 10 января 1946 года. Говоря об одностороннем решении митрополита Евлогия (Георгиевского), решившего под конец своей жизни перейти вместе со всем Экзархатом под власть Москвы, отец Киприан пишет: «по личному желанию митрополита Евлогия, безо всякого согласия с большинством пастырей, без хотя бы какой-нибудь инсценировки той пресловутой соборности, о которой мы все говорим, которой мы хотим побеждать римо-католиков и для чего-то постоянно тревожим память Хомякова и других, по личному, стало быть, желанию Митрополита мы отданы были в распоряжение Москвы». И в другом своем письме того же времени Киприан снова обращает особое внимание на внесоборный характер решения митрополита Евлогия.

Необходимо отметить, что этот чуждый Экзархату принцип действования напомнил многим, что православные христиане не являются «крепостными» своего епископа, но имеют право на выражение своего голоса.

Этот же мотив прослеживается и в недавнем послании главы Архиепископии преосвященного архиепископа Хариопольского Иоанна (Реннето) от 23 ноября 2018 года, касающемся разрыва евхаристического общения с Москвой из-за печального кризиса на Украине. Владыка Иоанн в этом послании справедливо замечает: что «Крещёные люди не являются собственностью епископов, ни своего духовника, они – члены единого Тела Христова, собранного в том месте, где они находятся». А если всё это так, то клиру и мирянам Архиепископии пора подать голос в защиту канонически безусловного для них права иметь своего первого епископа, которое дает им 34-е Апостольское правило.