×

«Кто ответит пред Богом и людьми за тех, кто заразится в наших храмах и погибнет?»

Священник Георгий Кочетков о коронавирусе и перспективах церковной жизни
+

Впервые XXI век заявил о себе с силой. Так громко, что все поняли – настало новое время. Всё зло и ложь, неисцелённые и нераскаянные в прошлом веке, стали ещё опаснее: то своей наглостью и цинизмом, то умело прикрытые добром и правдою или смешанные с ними.

Ко мне обращаются самые разные люди, священники, братья и сёстры, и спрашивают моё мнение о происходящем, просят совета. И хотя я сам, как и все, ещё не переживал подобных пандемий, я вижу, что нам в Преображенском братстве есть что сказать и есть чем помочь другим. Не знаю, как будет дальше, но рискну поделиться тем, что мы уже имеем. Буду признателен всем за отклики, критику или дискуссию по поводу сказанного мною.

Ситуация с пандемией открывает какие-то новые перспективы и даёт новые возможности как для жизни общества, так и для жизни церкви

Главное – видно, что вместе со смертельной опасностью для всех людей – верующих и неверующих – ситуация с пандемией открывает какие-то новые перспективы и даёт новые возможности как для жизни общества, так и для жизни церкви. Многое отжившее, никчёмное и безжизненное должно остаться в прошлом. Что-то уже само уходит, отваливается, но только на это рассчитывать нельзя, надо и самим всё пустое и бессмысленное смело обличить и отбросить.

Происходящее – это действительно революция, это вызов, это «шторм», как недавно сказал известный греческий богослов и друг нашего братства профессор из Греции Петрос Василиадис.

 Медиапроект s-t-o-l.com

Петрос Василиадис – греческий православный богослов, библеист, почетный профессор Университета имени Аристотеля в Фессалониках. Фото: Кирилл Мозгов

Это именно шторм, потому что он срывает всё ветхое и ненужное. И теперь приходится думать: а зачем в церкви нужны епископы, а зачем ей нужны священники, зачем нужны сами храмы? И что вообще есть в церкви, кроме культа и служителей культа? Кроме богослужения как храмовой молитвы какое ещё служение Богу и людям церковь может всерьёз предъявить? Что будут делать наши епископы и священники, если теперь, скажем, все станут молиться по домам и любое собрание верующих сможет само определять своего старшего, который возглавит молитву домашней общины, как это бывало в древней церкви и в годы советских гонений? А если это затянется надолго, то зачем будут нужны все эти длинные, в большей части непонятные чины молитвы, которые самостоятельно никто не сможет ни составить, ни воспроизвести?

Хорошо было бы, если бы каждому прихожанину сейчас можно было доверить преждеосвящённые дары для причащения себя, своей семьи или своей духовной общины

За прошедшие тридцать лет можно было успеть научить всех верующих – тех, кому церковная жизнь нужна – и личной домашней молитве, и молитве совместной, где есть лишь «двое-трое». Даже в советские годы этому умудрялись учить! А вот сейчас снова очень важно, чтобы каждый христианин умел служить мирянским чином и утреню, и вечерню, и изобразительные, после которых возможно причащение или даже самопричащение запасными святыми дарами. Хорошо было бы, если бы каждому прихожанину сейчас можно было доверить преждеосвящённые дары для причащения себя, своей семьи или своей духовной общины. Но кто у нас этому учил? А ведь это для церкви не какая-то новость. Например, мы можем читать в письмах у свт. Феофана Затворника, как он рекомендует своей духовной дочери брать святые дары домой в самое обычное время, когда нет никакой эпидемии, и самой почаще причащаться.

 Медиапроект s-t-o-l.com

Феофан Затворник – епископ Православной российской церкви; богослов, публицист-проповедник. Фото: Wikimedia Commons

Было бы очень хорошо и при этом традиционно, если бы священники могли раздавать своим верным прихожанам причастие по домам. Но большинство священников всё ещё не могут нести ответственность за молитвенную и сакраментальную жизнь людей. Они просто не знают, кто их прихожане. А может быть, этот самый человек ходит в десять приходов? Тогда чей он прихожанин? Священники почти никого на приходе лично не знают, за редчайшим исключением, разве что работников храма, да и о них знают очень мало, потому что люди друг другу часто не доверяют, и если даже что случится с ними, обычно ничего не говорят об этом друг другу. Исключения есть, но они только оттеняют то, что стало правилом.

Сейчас, в условиях карантина, время если не посетить всех своих прихожан, то хотя бы обзвонить их, спросить, как дела, и узнать, как человек молится, как живёт, нужна ли ему какая-то помощь или совет в духовной жизни, в покаянной практике и т. д. Это может сделать и епископ, и священник, и староста храма, и любой ответственный мирянин.

Сейчас во множестве храмов богослужения продолжаются. Чему учит нас пример Италии и других стран, где от коронавируса ежедневно погибают сотни, если не тысячи людей, в том числе священники и епископы? А кто ответит пред Богом и людьми за тех, кто заразится в наших храмах и погибнет? Готовы ли к этому настоятели и архиереи?

Настало время нашим священникам и епископам доказать, что они вообще нужны, что они могут собирать церковь как одну семью, как один христианский народ

Настало время нашим священникам и епископам доказать, что они вообще нужны, что они могут собирать церковь как одну семью, как один христианский народ, что они могут позаботиться о людях, уберечь их от болезни и смерти, помочь им мудро проявить свою христианскую веру и любовь к ближним.

Пока же единственное, что хорошего делают, – это собирают добровольцев для помощи старикам. Это доброе дело, но оно не собственно церковное. Это просто хорошая, нужная социальная работа, в которой, конечно, и христиане должны тоже участвовать.

Но важнее сейчас нам найти тех, кто может учить людей настоящей церковной молитве – сильной, бодрой, краткой и внятной, на своём родном языке. Молиться лучше всего на традиционной утрене и вечерне, которые легко можно сократить до нормального ежедневного домашнего правила. Мы специально уже много лет издаём серию «Православное богослужение», которой пользуются и клирики, и миряне, где есть и славянский, и русский варианты основных богослужений. Всем важно знать, что в центре такой молитвы чаще всего в нормальном случае стоит чтение Священного писания и проповедь или совместное рассуждение о слове Божьем, что при подборе  этих чтений и при определении продолжительности чина надо учитывать силы всех тех, кто молится. Конечно, самое простое краткое правило для вечерней молитвы: «Ясный Свет» («Свете тихий»), чтение Писания и молитва своими словами. Утром на месте «Ясного Света» можно петь или читать Великое славословие. Важно помнить, что и молитва, и проповедь (краткое живое слово, обращённое к разуму и совести собравшихся) – это общение не только с Богом, но и друг с другом перед лицом Бога. А возглавить домашнюю молитву должен старший в собрании. Конечно, это может делать и женщина, знающая православную традицию и готовая брать ответственность за своих близких пред Богом и Церковью.

 Медиапроект s-t-o-l.com

Фото: pixabay

Ещё важно всегда помнить, что наша церковная жизнь и традиция никогда не сводятся лишь к богослужению, молитве и посту. Сейчас самое время нам обратиться к материалам Собора 1917–1918 годов и к опыту наших новомучеников и исповедников веры. Здесь у Русской церкви богатейшее наследие. Откройте для себя книги Сергея Фуделя, архимандрита Сергия (Савельева), преподобномученицы Марии (Скобцовой), письма наставников Александро-Невского братства, священномученика Анатолия Жураковского, архимандрита Спиридона (Кислякова) и многих других. Пандемия большевизма продолжалась и ещё как-то продолжается на нашей земле целый век, и наши предшественники в Церкви многому могут нас научить, в том числе и тому, как в период вынужденного карантина не терять, а укреплять и умножать нашу веру.

Я уверен, что наш народ больше себя не подведёт. Сейчас нам не только не надо унывать и паниковать, но надо ещё и дело Божие делать, надо быть настоящей Церковью и приводить людей к Богу, ко Христу, всегда дающему всем непостыжаемую надежду и радость.

Материал подготовил Олег Глаголев.