×

Мирянин: служить бы рад?

«Успенскими» называли членов Александро-Невского братства, взявших ответственность за церковь в тяжёлые годы. В чём ответственность мирян сегодня? 
+

В честь Успения Божьей Матери – события, воспоминаемого церковью сегодня – был основан Крестовый храм Александро-Невской лавры. Этот храм замечателен тем, что стал домом для одного из самых сильных и многочисленных мирянских объединений России в начале ХХ века – Александро-Невского братства, испытавшего на себе всю силу гонений советской эпохи и пронесшего вопреки всему откровение о служении народа Божьего. Находясь в архангельской ссылке, один из основателей братства архиепископ Иннокентий (Тихонов) писал письма своим чадам, так и обращаясь к ним – «Успенские». «Братство есть старая, но забытая и обновляемая форма церковной жизни, – сообщало его письмо Успенским от ноября 1922 года. – Оно есть жизнь Церкви в Церкви, Которая не есть какое-то внешнее учреждение, но, напротив, семья наша, истинное единение наше во Христе. Раньше многие, не понимая дела, говорили: “уйду из Братства, там то-то и то-то мне не нравится, то-то и то-то нехорошо”. Я говорю вам и повторяю: говорить “уйду из Братства” грех. Для нас, исповедующих веру в Церковь, говорить “уйду из Братства” есть то же, что сказать “уйду от Христа”».

 Медиапроект s-t-o-l.com

Архиепископ Иннокентий (Тихонов)

Для членов Александро-Невского братства, таким образом, вопрос об ответственности мирян в церкви был решён: за церковь они отвечали не меньше, чем за свой дом или семью. Но спустя сто лет уроки жизни Успенских уже не кажутся такими очевидными и последовать им готовы далеко не все из тех, кто регулярно ходят в храм.  «Миряне – это такие невидимки в церкви, мы их не видим, они очень часто безличные единицы», – сокрушается Григорий Оханов, председатель молодёжной ассоциации «Керигма».

Само понятие «мирянин» – это наследие константиновской эпохи жизни церкви, связанной с её порабощением государством

Как этому противостоять, превращая «мирян» в «верных», православные верующие обсуждали на тематической площадке форума «Имеющие надежду». Выяснилось, в частности, что само понятие «мирянин» – это наследие константиновской эпохи жизни церкви, связанной с её порабощением государством. Как только границы церкви слились с границами имперско-христианского общества, верных не осталось, зато вырос иконостас как видимая грань между посвящёнными (клиром) и массой верующих, уже переставших быть верными (миром). Митрополит Антоний (Сурожский) в своих трудах пытался переосмыслить роль церковного народа, напоминая, что «миpянин – это не только человек, котоpый живёт „в миpуˮ, но человек, котоpый Хpистом послан в миp для того, чтобы всё, к чему он пpикоснётся, сделать святыней: он „священникˮ в этом отношении».

– Мирянин призван привести в область Бога всё, что его окружает, а в контексте Церкви создать такое общество, в котором первым членом мог бы быть сам Господь Иисус Христос, – заметила Елена Садовникова, кандидат биологических наук, президент фонда «Духовное наследие митрополита Антония Сурожского». – А отношения между её членами были бы построены на примере лиц Святой Троицы, чтобы дать возможность свободно действовать Святому Духу. Задача состоит в том, чтобы отказаться от мирских принципов подчинения, нравоучения и предоставить Духу Святому стать действующей силой в том обществе, которое мы строим.

Первый проректор Свято-Филаретовского православно-христианского института (СФИ) Дмитрий Гасак возвращал собравшихся к представлению о созидании Церкви как об общем, семейном деле, в котором нет и не может быть статистов. «Каждый может взять ответственность в свою меру, – подчеркнул Дмитрий Гасак. – В русской истории есть один особенно яркий пример: опыт архимандрита Сергия Савельева. Он и его друзья когда-то осознанно стали не просто христианами, а вошли в церковь, как сам о. Сергий писал: не как прихожане, а как власть имущие – по дару Христовой Любви. Им в церкви до всего было дело, на них опирались и священники, и священнослужители, и епископы».

Нужно не просто общее дело или социальная работа на приходе, но и литургическое просвещение, вовлечение мирян в общую молитвенную жизнь

Такая опора, подтверждает миссионер-катехизатор, автор и редактор портала «Наследие святых» Алексей Субочев, очень актуальна и сегодня: «Священникам тяжело, так как зачастую люди думают, что ответственность за церковь несут только клирики. Им нужна помощь и поддержка, верность Богу и причастность к Церкви и с большой и с маленькой буквы: она требуется и от младших, и от старших». Чтобы эта причастность обреталась, по мысли миссионера, нужно не просто общее дело или социальная работа на приходе, но и литургическое просвещение, вовлечение мирян в общую молитвенную жизнь.

 Медиапроект s-t-o-l.com

Протоиерей Иоанн Мейендорф во время проповеди. Фото: antimodern.ru

– Отец Иоанн Мейендорф связывает возрождение общины верных с ядром церковной жизни, – напомнила Марина Наумова, проректор по развитию СФИ. – Когда появятся общины, где есть и старшие, и младшие, где младшим есть возможность возрастать, а старшим есть для кого быть примером послушания Богу и качеству служения, только тогда всё получится. И очень важно иметь общину, которая может сказать: «Да, ты действительно верный». Потому что сам про себя никогда так не скажешь.

«Верный» как качество причастности человека народу Божьему, которое  никогда не может быть, таким образом, сведено к формальному статусу, оговоренной роли. Верный член церкви всегда желает актуализации своей веры и верности, а значит, готов служить в Церкви Богу на том месте, которое ему открывается. При этом возможности такого «открытия», видения своего служения напрямую связаны с тем, насколько по-семейному, по-общинному чувствует себя человек в церкви, опытным путём познавая, что статистов в её ограде нет – как не могло их быть ни в общине архимандрита Сергия Савельева, ни среди Успенских.