×

Покидая Лас-Вегас

Собеседник «Стола» Вадим Ковжун – пастор протестантской церкви из Нижневартовска, занимавшийся миссией в Индии и Мьянме (о чём «Стол» писал), – вернулся из США, где он три года возглавлял христианскую русскоязычную общину
+

Живо ли за океаном христианство, как верующие относятся к BLM и как там православные в Америке – в свободной беседе православного и протестанта в редакции «Стола».

– Вадим, конфессионально что это была за церковь: баптисты, пятидесятники?

Ты же знаешь, это для меня сложный вопрос. Мы протестантская церковь, для меня таких границ не существует. Для меня граница – люди, верящие во Христа. Что касается вероучения, то кому-то ближе баптистское вероучение, кому-то – пятидесятническое. Но главное, что нас всех объединяет Христос. Поэтому мне легко общаться со всеми верующими людьми.

– Мои знакомые европейцы, в частности британцы, говорят, что Америка гораздо более религиозная, чем Европа. Так ли это сейчас по твоим наблюдениям?

– Америка – очень религиозная страна! Я не был в Европе, но если сравнивать с Россией, то, конечно, Америка религиознее нашей страны на миллион процентов! Много ещё зависит от города и штата. Есть штаты, где просто церковь на церкви, люди в домах двери до сих пор не закрывают – просто замков в дверях нет. Особенно в таких городах, где большая часть горожан – американцы за 50, где нет эмигрантов, – это очень мирные и дружелюбные места. А там, где есть эмигранты, особенно из России, приходится вешать замки и запирать двери.

 Медиапроект s-t-o-l.com

Вадим Ковжун. Фото: ТБН/youtube.com

–  На твой взгляд, это действительно живая вера или это уже часть социального-культурного кода?

– В истории США было много чего. С одной стороны, туда приезжали протестанты, которых гнали в Европе, с другой – туда ехало много золотоискателей, для которых блуд, алкоголь и стрельба были привычными занятиями. Поэтому там и сейчас всё разношёрстно. Но, насколько я понимаю, их отцы-основатели, написавшие Конституцию, были люди религиозные, и Конституция, в отличие от некоторых других стран, там не меняется так часто. Нельзя определённо сказать, что Америка католическая, или епископальная, или баптистская страна. Церквей очень много, они реально между собой общаются, нет какого-то межконфессионального противостояния. Я не видел страны более свободной в плане вероисповедания. Полицейский, когда я говорю, что я пастор, просит у меня благословения и сам благословляет меня, даёт мне визитку и приглашает на чай.

– Часто можно услышать, что в Америке в последние десятилетия усиливаются антирелигиозные и даже богоборческие тенденции, всё больше и больше становится людей, которые крайне агрессивно относятся к христианству. Приходилось сталкиваться с этим?

Нет, я за три года ни с чем подобным не сталкивался. Я много раз встречал богобоязненность и ни одного раза богоборчества. Конечно, и в США есть люди, которые понимают свободу как произвол: буду делать  что хочу. Библия говорит, что весь мир лежит во зле, Америка не исключение. 

– Сейчас всем известно движение BLM  такое явление, как «новая этика». В Америке есть так называемая «культура отмены» – когда осуждению и травле за убеждения подвергается человек или какая-то группа людей, не вписывающиеся в общие этические и эстетические тренды. Я читал в американских СМИ и об осквернении церквей, и о вандализме, когда рисовали оскорбительные граффити на религиозных зданиях, разрушали статуи и прочее. Как это сочетается с такой богобоязненностью американского населения, о которой ты говоришь?

– То, что ты говоришь, конечно, есть, но это исключения. Исключений много – Америка очень большая страна. Насчёт BLM – тут, конечно, замешано очень много политики. Подобные вещи больше поддерживаются демократами: легализация абортов, наркотики, гомосексуализм и прочее. Республиканцы же пытаются все эти законодательные инициативы блокировать. Я, честно говоря, не понимаю, зачем демократы это делают, потому что большинству людей в США это не нужно. Деятельность BLM во многом направлена против полиции. Конечно, я не оправдываю никакое беззаконие, но должен сказать, что американские полицейские – нормальные люди. Меня за три года останавливали три раза – и все эти три раза за реальные нарушения. Но меня ни разу не оштрафовали, просто поговорили со мной – и всё. Один раз я сломался на шоссе посреди дороги. По закону, мою машину должны были  эвакуировать за мои деньги. Полицейский подъехал ко мне и, когда узнал, что мне нужно всего 10–15 минут, предложил просто перекрыть шоссе, чтобы я отремонтировал свой автомобиль. После этого он мне сказал: «Благослови вас Господь!».

Конечно, и среди полицейских бывают исключения. Но даже если мы рассмотрим тот случай с убийством Джорджа Флойда, который стал поводом для возникновения BLM. Кем был Флойд? Уголовником, бывшим порноактёром, торговцем наркотиками, находился в состоянии алкогольного опьянения. Это не оправдывает полицейского, который переборщил с применением силы, что привело к трагическим последствиям. Но зачем из-за этого раскручивать такое мощное протестное движение – мне непонятно. Видимо, тут есть какие-то политические цели.

Интересно отметить, что в городах и штатах, где чёрных большинство, очень спокойно и мирно. Проблемы там, где чёрные – приезжее меньшинство. Многие из них ездят по стране с какими-то преступными целями, хотя это касается и белых, которые также могут гастролировать по разным штатам и заниматься криминалом.

В прошлом была большая проблема расизма. Я был в музеях, посвящённых этому вопросу. Американское общество сильно изменилось, покаялось, выплатило и выплачивает компенсации. Но кому-то снова нужно поднимать этот вопрос и разжигать недовольство. Конечно, важно понимать, что в российских СМИ то, что происходит в США, не совсем корректно преподносится, проблемы очень сильно преувеличиваются, много пропаганды, которая должна показать, как плохо живётся в США, чтобы мы на этом фоне казались лучше.

 Медиапроект s-t-o-l.com

Активисты движения BLM в США. Фото: wikimedia.org

– Но демократы всё-таки имеют серьёзную поддержку в американском обществе.

– Есть штаты, где большинство голосуют за демократов. Я жил в демократическом штате, но в республиканском городе. Один раз туда приезжал Трамп. Пригласили на встречу всех желающих. Я тоже пошёл, но не получилось пробиться сквозь толпу. На местах есть некоторые чокнутые демократы, которые проталкивают законы о тех же геях. В каких-то регионах там два гея на тысячу квадратных километров: они, конечно, порадуются этому закону, но остальные будут морально это осуждать, им этот закон не нужен.

– Но если они его вслух морально осудят, то их уволят с работы?

– В разных штатах очень разная ситуация. Каждый штат – это почти отдельная страна, он имеет свои законы и свою историю. В каждом штате есть своя нацгвардия. И есть штаты, где гомосексуалисты даже не высунутся и не скажут, что они таковые, потому что в штате сложилась такая культура, что это там просто неприемлемо. И это в большинстве штатов. Но в США есть основополагающие вещи – например, свобода слова. И хоть ты будешь за гомосексуализм, за Путина, за Байдена – за кого хочешь, тебе никто рот не закроет. Говори сколько хочешь. И поэтому выйдут там какие-то два гомосексулиста и будут флагами махать – просто мимо них все будут проезжать: ну люди выражают своё мнение, мало ли что у них в голове. Я спокойно мог в Лас-Вегасе ездить на Лас-Вегас-Стрип – центральную улицу, где одни казино. Я спокойно там проповедовал Евангелие, раздавал буклетики, приглашал всех в церковь. Мог стоять с плакатом в новогоднюю ночь, когда все вышли запускать салюты. Одна церковь вышла и просто посреди Лас-Вегас-бульвара во время салюта говорила: «Ребята, задумайтесь, потому что время близко. Скоро придёт Христос!».  И все им махали: «Ура!». Много выходит людей с плакатами за Христа и против гомосексуализма. Этого полно! Просто это у нас меньше показывают.

– То есть в целом Америка – христианская страна, народ довольно традиционен, консервативен в своих нравственных представлениях?

– Если взять людей, которые родились в Америке и которым сейчас за 45–50, это в подавляющем большинстве своём люди христианских убеждений. Я за Америку немного волнуюсь из-за того, что эти люди уходят, а новое поколение приходит не такое традиционное, как их мамы, папы, дедушки. Поэтому, если брать Америку сельскую, консервативную, – там ты очень спокойно себя чувствуешь! Когда берёшь города, молодёжь – есть тревога. Я общался с молодёжью у нас в церкви, они подходят и мне говорят: «Мы будем голосовать за Байдена». Я спрашиваю: «Почему?». «Потому  что Трамп не разрешает гомосексуализм, свободу, наркотики». Я говорю: «А вам они нужны – эти гомосексуализм, свобода, наркотики?». Они говорят: «Нет! Нам не нужно, но он же запрещает, а нам нельзя ничего запрещать!». Вот они так думают. А в моём понимании, если Христос говорит, что это грех, то это грех, и мы не должны способствовать его распространению. Я боюсь за молодёжь, потому что мы её не так воспитали. Они рассуждают: если сегодня запретят гомосексуализм, то завтра запретят веру, поэтому ради свободы вероисповедания пусть будет и всё остальное разрешено. Пусть всё разрешат, а мы выберем то, что нужно. 

– Всё-таки получается, что и в США идёт процесс дехристианизации, хотя и медленней, чем в Европе? 

– Возможно, но Америка по сути немножко другая. Америка – это страна эмигрантов. Я могу приехать в США с ужасным английским, но это никого не смутит. Мне скажут: «Ничего страшного, мы по-русски говорим хуже, чем вы по-английски», – и тебя спокойно везде примут как равного. Они понимают, что их предки тоже когда-то так же прибыли на эту землю, чтобы от чего-то спастись, чтобы обрести свободу. В Европе, как говорят мои друзья, – не так. Сколько бы ты ни прожил в Германии, Испании, Франции, ты никогда не станешь немцем, испанцем, французом, ты всё равно будешь чужим. В Америке ты всегда свой. В этом суть этой страны, хотя порою это может быть даже вредным. Иногда начинают говорить: давайте чужих любить больше, чем своих. Но я категорически против этого, мне важно, чтобы американцы сохраняли свои ценности. Поэтому, когда Трамп принимал антииммигрантские законы, я это поддерживал,  был за забор на границе с Мексикой. Мне говорили: «Тебя самого сейчас выкинут, и назад ты не зайдёшь». Я говорил, что согласен на это, для меня важнее, чтобы американцы сохраняли свои ценности и свою идентичность. Поэтому позиция: «Заходите все, ничего страшного – нам всё равно, кто вы и откуда», – на мой взгляд, даже греховная. Думаю, это одна из причин, почему всё постепенно меняется в обществе не в лучшую сторону.

 Медиапроект s-t-o-l.com

Церковь всех святых в Лас-Вегасе. Фото: russianorthodoxlasvegas.org

– Ты пересекался с православными в Америке?

Конечно! Я огорчу сейчас российских православных. Почему-то православные в России думают, что православие – это вера на весь мир. В России – возможно. Но возьмём Лас-Вегас, где мы жили. В Лас-Вегасе, допустим, 100 протестантских церквей, каждую из которых в среднем посещают в воскресенье больше тысячи человек. Есть церкви, которые посещают двадцать тысяч человек, есть католические церкви, лютеранские, которые посещают тысячи человек. И есть одна православная церковь, в которой священник не говорит на русском языке (Церковь всех святых, входящая в юрисдикцию РПЦЗ, её настоятель – серб, епископ Николай (Сораич). – «Стол»). Раньше в Лас-Вегасе было две православные церкви. Какая-то из них относилась к московскому, какая-то – к зарубежному патриархату. Одна из них закрылась, потому что не было людей. В действующий храм ходят человек 20 или 30. Под храм был куплен обычный дом. Хотя русскоязычное сообщество Лас-Вегаса, по разным данным, насчитывает от 50 до 100 тысяч человек. Все богослужение проходит на церковнославянском, при том что говорит владыка по-сербски и по-английски. Прихожане, как правило, ни того, ни другого языка не знают. Когда же мы открываем протестантскую церковь, мне русские жители США пишут: «Сектанты, понаехали!». Я говорю: «А вы кто?». «Мы православные!» И это мне пишут сотни людей! При этом в православную церковь никто не ходит! Получается, вера более связана с национальной идентичностью. В другой части США собрали деньги и отгрохали огромный православный храм за миллионы долларов, но туда также ходит человек 20.

– Странно, что они тебя называли сектантом, потому что Америка – это протестантская страна. Получается, что все остальные тоже сектанты, кроме православных. Страна сектантов?

– А я им так и говорю: «Вы в курсе, что вы все в стране сектантов живёте?». Если вы такие православные, то езжайте в Смоленск, Москву, на Соловецкие острова, в конце концов. Почему Лас-Вегас? По большому счёту, американским христианам до нас особого дела нет. Хотите – приезжайте, стройте храмы. Если это востребовано – занимайтесь! Мы почему-то думаем, что они днями и ночами думают про нас, как захватить нас своим гомосексуализмом и ещё чем-нибудь. Но что делается за пределами США, даже порою за пределами своего штата, их, как правило, не интересует. Я больше скажу: допустим, Техас – республиканский христианский штат, довольно консервативный, все ходят в церкви. И сейчас из Калифорнии многие стали переезжать туда из-за более дешёвого жилья. А приезжают прогрессивные. Им там быстро сказали: «Прогрессивные, назад, в Калифорнию! Вот там прогрессируйте! Нам здесь хорошо!». То есть у них, если ты переезжаешь из штата в штат, тебя могут назвать иностранцем. Каждый штат по-своему бережёт свою культурную идентичность.

– А твоя община – это были русские эмигранты, которые в России пришли к вере в протестантской церкви, потом эмигрировали из России?

Нет, не обязательно. 50 на 50. Есть те, кто пришёл в церковь уже там, ища Христа, посещая и православный приход, и американские англоязычные церкви. Но с языком у нас там у всех напряжёнка. Есть и те, кто посещал протестантские церкви в России. После распада СССР, когда открылись границы, в США порою целиком переезжала целая церковь. Правда, когда русские переезжают целыми протестантскими церквями, они думают: наша волгоградская, например, церковь лучше всех, а вы, американцы, неправильные. У нас в крови поделить всех: хуже–лучше А у них такого нет. В христианстве, я имею в виду.

.– У них не было семидесяти лет богоборческого режима!

– Да… Знаешь, как приятно: утром в воскресенье все идут в церковь. Этого в России мне будет не хватать.

Включить уведомления    Да Нет