×

Противостоять злу служением

20 февраля – день памяти священномученика Алексия (Троицкого), принявшего священнический сан, чтобы бороться с большевизмом
+

Сын псаломщика из Коломны, отец Алексей встретил 1917 год 42-летним сельским диаконом: он жил в деревне Давыдково Московского уезда, служил в храме в честь Спаса Нерукотворного образа в селе Волынском и никаких выдающихся христианских подвигов не совершал и не думал совершать. И вдруг в 1917 году на Волынское обрушилась революция.

Надо сказать, что в те годы Волынское было во владении Кнопов, влиятельной банкирской семьи. Богатством своим они обязаны основателю династии Кнопов – Людвигу Кнопу, который торговал различной пряжей, хлопком, а также поставлял новейшее текстильное оборудование в Россию.

В итоге он стал совладельцем 122 предприятий, среди которых были почти все ведущие предприятия Российской империи, такие, к примеру, как Даниловская, Екатерингофская или Вознесенская мануфактуры.

 Медиапроект s-t-o-l.com

Людвиг Кноп с сыновьями

В Волынском за счёт банкиров были построены больница и школа. И вдруг летом 1917 года усадьба Кнопов пережила жестокий погром. Местные крестьяне буквально разграбили дом банкира, а всё, что не смогли унести с собой, было самым варварским образом уничтожено. Картины были изрезаны ножами и брошены в грязь, коллекция бесценных старинных книг из библиотеки – сожжена.

– Громи немчуру! – раздавались в толпе пьяные крики.

– А ну-как тащи сюда баб немецких!

Тщетно диакон Алексий пытался остановить насилие – его самого избили до полусмерти.

– Слышь, поп, не твоего ума это дело!

И тогда диакон Алексий Троицкий решил, что противостоять этой сатанинской стихии в душах народа можно единственным возможным способом – посвятив самого себя служению Богу. И на пятом десятке лет диакон Алексий Троицкий принял священнический сан. По тем временам, когда новая власть уже вовсю вела против Православной церкви войну, когда священников, монахов и просто не желающих отрекаться от своей веры мирян тысячами убивали, бросали в тюрьмы, это уже само по себе было подвигом.

Вскоре на Волынское вновь обратили своё внимание большевики: сначала здесь были построены дачи высшей партийной школы, а затем Волынское облюбовал сам Сталин, используя его для одной из своих дач – Ближней, или Кунцевской.

Разумеется, партийные вожди никак не могли жить рядом с храмом, и храм было решено закрыть. Вернее, его сначала подожгли, а по обвинению в поджоге арестовали отца Алексия.

Впрочем, обвинение было настолько абсурдным, что через три дня отца Алексея были вынуждены отпустить – «за недоказанностью».

Тем не менее вскоре храм был закрыт, и тогда отец Алексий перешёл служить в храм Покрова Пресвятой Богородицы в Филях.

В те годы этот храм также готовился к закрытию: его сноса требовал весь трудовой коллектив «Завода № 22», засыпавший власти письмами, чтобы на месте «культового учреждения» построить универсальный магазин как жизненно необходимый рабочему посёлку, иначе ходить далеко. Верующие, прихожане и вся культурная общественность как могли отстаивали этот храм. В конце концов битва кончилась победой сторонников сохранения храма: после обращения верующих во ВЦИК власти решили храм не закрывать и оставить в пользовании общины из-за многочисленности прихода.

 Медиапроект s-t-o-l.com

Церковь Покрова Пресвятой Богородицы в Филях. Фото: Роман Вуколов/ Wikimedia Commons

Но это решение дорого обошлось всем священникам храма.

В начале ноября 1937 года отец Алексий был арестован, и сотрудники НКВД забрали его в Таганскую тюрьму в Москве: шла кампания повсеместного уничтожения духовенства как социально-чуждого сословия, и правдоподобность обвинения уже никого не волновала.

– Следствию известно, что вы систематически проявляли недовольство советской властью и вели контрреволюционную агитацию, – так начал допрос  священника следователь. – Так, в беседе с колхозниками летом 1937 года вы говорили, что «советская конституция – это пустая бумажка, кого захотят провести в Верховный Совет, того и проведут. Вы думаете, что НКВД не будет проверять, кто как голосует, – проголосуешь, а тебя в тюрьму». Дайте по этому вопросу показания!

– С советской конституцией и с положением о выборах в Верховный Совет я знакомился, – ответил отец Алексий, – но никакого разговора и никаких бесед на эту тему о конституции и о выборах в Верховный Совет я ни с кем не вёл. Разговор, изложенный мне в данном вопросе, я полностью отрицаю.

– Следствию известно, что вы до настоящего времени в деревне Давыдково в домах колхозников и на кладбище без разрешения властей организовываете и проводите молебствия и среди верующих распространяете неправильные толкования о советской конституции и о выборах в Верховный Совет. Дайте правдивые показания по этому вопросу.

– Действительно, летом прошлого года мною вместе с верующими деревни Давыдково на кладбище при деревне были отслужены панихиды без разрешения местной власти. Но, кроме совершения религиозных обрядов и служения панихид, бесед контрреволюционного характера с верующими не проводил. По приглашению некоторых колхозников я заходил в дома и совершал молебны. Были случаи во время престольных праздников, когда я ходил по домам в деревне без приглашения.

– Признаёте ли вы себя виновным во враждебной деятельности против советской власти и распространении среди населения контрреволюционной агитации против советской власти и её мероприятий?

– Виновным себя в контрреволюционной деятельности против советской власти не признаю. Имеющиеся у следователя компрометирующие меня сведения я отрицаю.

23 ноября 1937 года тройка НКВД приговорила отца Алексия к 10 годам заключения в исправительно-трудовом лагере.

В декабре 1937 года отец Алексий прибыл в один из лагерей на Беломорско-Балтийском канале. Когда же началась война, его вместе с остальными зеками отправили на север – в Кулойлаг Архангельской области.

20 февраля 1942 года священник Алексий Троицкий скончался в заключении и был погребён в безвестной могиле.

* * *

Также в этот день церковь чтит память священномученика протоиерея Александра (Талызина).

Александр родился в 1870 году в селе Типня Весьегонского уезда Тверской губернии в семье священника Иоанна Талызина. После окончания духовной семинарии Александр Иванович был рукоположен во священника и служил в храмах Тверской епархии.

В 1928 году, во время гонений на Русскую православную церковь, отец Александр был арестован, обвинён в антисоветской агитации и приговорён к двум годам ссылки.

Вернувшись в 1930 году в Тверскую область, он был направлен в храм села Шаблыкино Краснохолмского района, где и прослужил до своего ареста в феврале 1938 года.  Поводом для ареста стал анонимный донос об «антисоветской и контрреволюционной работе, проводимой среди крестьянства».

Дело было состряпано в рекордно короткие сроки. Когда отец Александр отказался давать какие-либо показания, то следователь, не имея материалов, доказывающих состав преступления, вызвал дежурных свидетелей, и те подписали необходимые показания.

13 февраля тройка НКВД приговорила отца Александра к расстрелу. И уже 20 февраля 1938 года священник Александр Талызин был расстрелян и погребён в безвестной общей могиле.