28 июля – день рождения известного русского богослова, представителя религиозно-философского возрождения начала ХХ века, основателя Свято-Сергиевского богословского института в Париже протоиерея Сергия Булгакова.
Отец Сергий родился в 1871 году в городе Ливны Орловской губернии в семье священника. Малая родина имела очень важное значение в его жизни. Ливны – это небольшой городок в Центрально-Чернозёмном регионе, расположенный на реке Сосне. Даже сейчас в этом городе проживает меньше 50 тысяч человек. В XIX веке он тоже был небольшим уездным городом.
Ещё в детстве в Ливнах будущий отец Сергий испытал искренний и светлый религиозный опыт космического и литургического характера. На пороге эмиграции, когда он был принудительно выслан из России и лишался возможности побывать в Ливнах, он написал в своём дневнике заметку «Моя родина», где были такие строки об этом месте: «Кажется, я умер бы от изнеможения блаженства, если бы сейчас увидел его».
Его понимание родины было глубоко личным и взволнованным: «Родина есть священная тайна каждого человека, так же как и его рождение. Теми же таинственными и неисследимыми связями, которыми соединяется он чрез лоно матери со своими предками и прикрепляется ко всему человеческому древу, он связан чрез родину и с матерью-землёй, и со всем Божиим творением».
Отец Сергий считал, что лицо человека состоит не только из собственных личных качеств, дарованных Богом, но и земной индивидуальности – родины и предков, причём «нужно особое проникновение, и, может быть, наиболее трудное и глубокое, чтобы познать самого себя в своей природной индивидуальности, уметь полюбить своё, род и родину, постигнуть в ней самого себя, узнать в ней свой образ Божий».
Сергей Николаевич Булгаков 1905-1910 гг. Фото: sfi.ru«Чем я становлюсь старше, чем более расширяется и углубляется мой жизненный опыт, (...) тем яснее становится для меня значение родины. Там я не только родился, но и зародился в зерне, в самом своём существе, так что вся дальнейшая моя, такая ломаная и сложная, жизнь есть только ряд побегов на этом корне. Всё, всё моё – оттуда. И, умирая, возвращусь – туда же, одни и те же врата рождения и смерти», – размышлял он.
В Ливнах Сергей Николаевич Булгаков в 1885 году окончил духовное училище, будучи лучшим учеником. До 1888 года он учился в Орловской духовной семинарии, но не окончил её: там у него произошёл кризис личной веры, продлившийся долгие годы.
В эту пору безверия он успел окончить юридический факультет Московского университета, преподавал политическую экономию в Московском техническом училище, а потом и в Киевском политехническом институте. И только в начале 1900-х в его сердце начинают прорастать зачатки веры – того зерна, что было посеяно на малой родине. Сам отец Сергий называл этот переломный период жизни путём «от марксизма к идеализму». После многолетнего перерыва в 1905 году Булгаков приходит в церковь на исповедь. Впереди – «ломаная и сложная» жизнь.
В 1918 году он был рукоположен в сан священника и за это сразу же уволен из Московского университета. В 1922 году – «философский пароход» и «бессрочная высылка из территории РСФСР… без права возвращения» по обвинению «в политической неблагонадёжности, конкретно выражающейся в активной учёной работе против рабочего движения при бывшем царском правительстве».
Пароход "Обербургомистр Хакен". Фото: Федеральное архивное агентствоНа «философском пароходе» он и пишет гимн любви месту, в котором зародился как человек и христианин: «То, что я любил и чтил больше всего в жизни своей – некричащую, благородную скромность и правду, высшую красоту и благородство целомудрия, всё это мне было дано в восприятии родины». Поиск истинной красоты, отличающей подлинную красоту от обыкновенной красивости, занимал отца Сергия на протяжении всей его жизни. Такой поиск обращал его к облику собственной родины с её особыми непритязательными чертами и целомудренной природой.
Дом, в котором жила семья отца Сергия в Ливнах, принадлежал семейству его матери. Он называет его «алтарь предков», потому что эти стены видели много рождений и смертей – на протяжении нескольких поколений. Сейчас принято говорить, что малая родина – место силы. Приезжая на малую родину, где жили предки, или на могилу прабабушек и прадедушек, человек часто ощущает необъяснимый прилив вдохновения и сил. Но мало кто успевает подумать о том, что сила и святость этого места связаны с «алтарём» – опытом жизни предков, честно проживших свою жизнь пред Господом.
Малая родина отца Сергия знала и настоящий алтарь: в духовном становлении будущего пастыря большую роль сыграл храм. Именно там ему впервые открылась София Премудрость Божья, ставшая важнейшей темой его богословия: «Здесь, в Софийном храме Успения, я родился и определился как чтитель Софии, Премудрости Божией, как чтитель преподобного Сергия в его простоте и смирении, соединённой с горением и дерзновением, в его народолюбии и социальном покаянии. И здесь я определился как русский, сын своего народа и матери – русской земли, которую научился чувствовать и любить на этой горке преподобного Сергия и на этом тихом смиренномудром кладбище».
Отец Сергий Булгаков. Фото: sfi.ruЛюбовь к своим людям и своей земле была связана у отца Сергия с болью и переживанием об их судьбах, вызывала первые детские покаянные чувства: «К Празднику Пасхи нам обыкновенно шилась какая-нибудь новая принадлежность туалета: уродливые сапоги, не менее уродливый костюм, вообще обновки, которые, конечно, весело и не без горделивости самолюбования чувствовались её обладателем. И, однако, к этому всегда примешивался щемящий звук, как ноющий зуб: а такой-то (Ванька, Кузятка и под.) будет в своём единственном, старом, замусоленном, уродливом дипломате или свитке, потому что ему нечего больше надеть…».
Революцию 1917 года, по своему собственному признанию, отец Сергий «пережил трагически» – как «гибель любви»: «Да, для меня революция именно и была катастрофой любви, унесшей из мира её предмет и опустошившей душу, ограбившей её». В 1919 году к объявленным церковью Дням общенародного покаяния он написал послание с перечислением грехов русского народа.
Непрестанная молитва о России творилась в сердце отца Сергия и в последующие годы. Вот, например, запись от 1924 года в его духовном дневнике: «Когда молишься о России, – так тяжело, что сначала молитва упадает в пустоту и как будто отскакивает беззвучно перед глухой стеной. Она безответна. А затем сердце слышит какой-то ответ, что мы не ведаем происходящего, что хранит русскую землю Матерь Божия, что она спасена, и не нужно только отчаиваться, нужно верить и надеяться, нужно в себе возгревать эту любовь и веру». Старший сын отца Сергия остался заложником в Советской России: отец так никогда и не смог его обнять и увидеть. Молитва о родине была молитвой и о всех её чадах, страдающих, оставленных, находящих последнее утешение в Божьей милости и любви: «И снова видел я во время литургии в Никольском храме печаль и плач на Лике Пречистой, – рассказывает отец Сергий о пережитом им откровении, – и опять было это такое чувство, что невозможно было терпеть, невозможно было видеть печаль Пречистой, душа исходила от этой печали... Великая печаль из нашей родины, скорбь, какой не было ещё от создания мира, и не знаем, будет ли. (...) И неумолимо обличает совесть: разве мы любим родину? Разве мы молимся о ней? Господь, быть может, и попустил эту скорбь, дал сатане поразить Иова, чтобы дать нам явить любовь, умолить, вымолить спасение».
Встреча Братства святой Софии. Семинар отца Сергия Булгакова об аскезе и культуре на квартире у Зандеров, 1933 год. Фото: sfi.ruВ этих строках отца Сергия можно увидеть не только плоды личных духовных откровений, но и некое наставление в молитве, которое способно укрепить нас, современных верующих. Сейчас часто приходится рядом видеть чужие тревогу, страх или боль. Русская земля опять терзаема, и страдают русские люди. Где взять сил, чтобы быть стойкой самой и укреплять других? Вот в этой молитве отца Сергия: «Господи, распали сердце моё, дай мне слёзы любви и молитвы. Пречистая, ты явила мне твои слёзы о мире, дай мне, окаянному, приблизиться к плачу Твоему о земле русской». Есть слёзы отчаяния и есть слёзы перед Богом – приносить вторые учит нас отец Сергий. И тогда – даже в самые напряжённые минуты – можно почувствовать блаженство, о котором он писал: блаженство родины.