×

Реальность династии

Семья Зиминых стала одним из главных действующих лиц в спасении Алексея Навального. О славной истории этой русской купеческой династии рассказывает «Стол»
+

Утром 20 августа известный российский политик, основатель Фонда борьбы с коррупцией Алексей Навальный был госпитализирован в отделение токсикореанимации больницы скорой помощи в Омске. Началась борьба врачей за его жизнь. Опасения родных, соратников Алексея за постановку диагноза и правильное лечение, по-видимому, имели под собой основания. Через два дня после согласования бесчисленных вопросов бюрократии, безопасности, переговоров на уровне первых лиц государства специальный рейс самолёта с реанимационным оборудованием доставил политика в Берлин, в клинику Charite, где сразу же началась комплексная программа исследований. Сам рейс и ожидание самолёта в Омске, пока решался вопрос о жизненно важной транспортировке Алексея, был оплачен Борисом Зиминым и фондом семьи Зиминых, одной из первых семей в новой России, направивших большую часть своего состояния на благотворительность.

 Медиапроект s-t-o-l.com

Борис Зимин. Фото: facebook

Борис – сын Дмитрия Зимина, основателя компании «ВымпелКом», первой российской компании, включённой в листинг Нью-Йоркской фондовой биржи в 1996 году. В 2001 году Дмитрий Зимин уходит в отставку с поста генерального директора, продаёт свою долю в «ВымпелКоме» и основывает фонд «Династия» – первый в постсоветской России некоммерческий семейный фонд социальных инвестиций для поддержки и развития российской фундаментальной науки. В миссии фонда декларировалось, что фонд «создан Дмитрием Зиминым и семьёй Зиминых для воплощения в жизнь их понимания роли интеллекта и науки в обществе, их веры в то, что талантливые молодые люди, которые занимаются наукой, способны изменить мир к лучшему, а поиск и поддержка талантов, их идей и проектов в области естественных и общественных наук являются важнейшими задачами в современной России и мире».

В 2013 году Дмитрий Зимин стал первым россиянином, удостоенным медали за филантропию Эндрю Карнеги

За 13 лет фонд успел сделать очень многое. Учреждаются гранты и стипендии для студентов, аспирантов и молодых учёных – физиков и математиков; создаются программы поддержки учителей физики и математики, химии и биологии и несколько образовательных программ для школьников; для старшеклассников и студентов-физиков открывается программа подготовки будущих учёных; проводятся научно-популярные фестивали, научные столы, открытые публичные лекции мировых звёзд науки. Кроме этого, в рамках проекта «Московское время» собирается коллекция фотографий Москвы начала прошлого и нынешнего века. Фонд принимает участие в семейном устройстве беспризорных и безнадзорных детей и делает ещё очень много добрых и хороших дел для России. Всего на поддержку российской науки и образования было выделено 2,5 млрд рублей. Эти усилия по поддержке науки и образования получили признание: в 2013 году Дмитрий Зимин стал первым россиянином, удостоенным медали за филантропию Эндрю Карнеги, а в 2015 году он был награждён премией «За верность науке» Министерства образования и науки Российской Федерации. Это, однако, не помешало в том же 2015 году признать фонд «иностранным агентом», вследствие чего он прекратил своё существование.

 Медиапроект s-t-o-l.com

Дмитрий и Борис Зимины. Фото: Фонд «Династия»

Из фонда выросли книжные проекты Дмитрия Зимина, среди которых нонфикшн-премия «Просветитель» и проект «Библиотека династии». Кроме того, Зимины поддерживают общество «Мемориал» и Сахаровский центр, независимую журналистику (журнал The New Times, проект «Редколлегия», Meduza). В 2016 году Дмитрий Зимин вместе с сыном Борисом основали международную некоммерческую организацию Zimin Foundation, которая производит поддержку образования и науки в разных странах мира.

* * *

Мало кто знает, что эта замечательная семья – потомки старинного купеческого рода, принадлежащего к старообрядцам-беспоповцам федосеевского старопоморского согласия. Династия русских предпринимателей Зиминых ведёт своё начало из крестьян деревни Зуево Богородского уезда Московской губернии, давшей России знаменитых Морозовых (судьбы Зиминых и Морозовых ещё пересекутся в будущем) и ставшей впоследствии крупнейшим центром текстильной промышленности.

Все сыновья стали активными предпринимателями, развивали отцовское дело, расширяя производство шёлковых и хлопчатобумажных тканей

В конце XVIII века зуевский крестьянин Семён Григорьевич Зимин завёл мелкое ручное предприятие по выделке шёлковых тканей. Предприятие это, как и все другие в округе, носило сугубо семейный характер, в нём принимали участие его сыновья Никита, Иван и Куприян, которые, женившись, стали основоположниками отдельных ветвей Зиминых.

 Медиапроект s-t-o-l.com

Село Зуево. 1870-е годы.

Все сыновья стали активными предпринимателями, развивали отцовское дело, расширяя производство шёлковых и хлопчатобумажных тканей. В ведомости о состоящих в 1854 году в московском купечестве иногородних купцах, «принадлежащих к русскому расколу старообрядчества по беспоповщинскому согласию», значатся двое Зиминых: Пётр Куприянович и Иван Никитич. Открытый в 1867 году Торговый дом «И.М., П.Я. и Ф.К. Зимины»  просуществовал до революции. Он имел торговое представительство в Москве, в Юшковом переулке, в доме Купеческого общества. К концу XIX века Зимины входили в элиту текстильных фабрикантов Московской губернии с объёмом производства почти 15 млн рублей, на их фабриках работало более 6 тысяч рабочих.                                                                                       

До наших дней сохранился дом Ивана Никитича Зимина в Рогожской слободе (ул. Солженицына (бывшая Большая Алексеевская), 6). Это была типичная городская усадьба с большим садом, которыми так славилась Москва. Дом Иван Никитич отдал сыну Григорию, женатому на Людмиле Викуловне Морозовой (так в первый раз пересеклись судьбы двух династий). Сохранился дом и второго сына, Александра (Гончарная ул., 34). После смерти жены Иван Никитич женится, и во втором браке у него рождается сын Сергей, судьба которого пошла совсем по иному пути. Успешность семейного бизнеса позволила уйти от коммерческой деятельности, к которой его призывала семейная традиция, и он стал одним из великих российских меценатов искусства, таких как Савва Морозов, Савва Мамонтов, Сергей Щукин. Гениальный театральный антрепренер, он сделал оперный театр общедоступным, а наследственная рисковость и купеческая смекалка помогли ему в деле всей его жизни.

Во время Первой мировой войны Зимин организовал госпиталь, где за ранеными ухаживали артисты и сотрудники его театра

С 1902 года Сергей Зимин стал устраивать концерты оперной музыки в Кускове, в Сокольниках, а позднее  организовал в Москве оперную труппу, положившую начало «Оперному театру С.И. Зимина», и Музей оперного театрального искусства. Стремясь перенести в Москву новейшие достижения как в отношении репертуара, так и в организации театрального дела, Зимин с сотрудниками неоднократно совершал поездки за границу. В 1908-м специально для работы с молодыми певцами открыл в Москве театр «Орион». Во время Первой мировой войны Зимин организовал госпиталь, где за ранеными ухаживали артисты и сотрудники его театра. В 1916-м была открыта Оперная студия, где подготовка певцов велась по методике, разработанной самим Зиминым.

На углу улиц Кузнецкий Мост и Большая Дмитровка расположено историческое здание любимого многими Театра оперетты. В основе здания – усадьба XVIII века. В 1863 году участок приобретает купец-миллионер Гаврила Солодовников и через 20 лет начинает строить театр в главном доме. Архитектор Терский, зная прижимистость хозяина, спроектировал маленькое здание. Но Солодовников хотел чуда, и Терский перестроил здание под пятиярусный театр на 3 100 зрителей (в соседнем Большом театре было 2300 кресел). Правда, лестницы были узкие, вентиляция плохая, а в зале много неудобных мест. Антон Чехов называл его «коробкой из-под спичек». Именно этот театр арендовал Савва Мамонтов для частной русской оперы, где он впервые представил молодого талантливого певца Фёдора Шаляпина, неизвестного ещё широкой публике. Декорации для постановок создавали Врубель, Поленов, Васнецов.  В 1896 году здесь прошёл первый показ фильмов братьев Люмьер. С 1908 года в восстановленном после пожара здании разместилась Опера Зимина, которая к этому времени уже стала любима москвичами. В этом же доме до конца своих дней проживал с семьёй и сам Сергей Иванович.

 Медиапроект s-t-o-l.com

Оперный театр, созданный в 1904 году в Москве С. И. Зиминым.

После революции Театр 3имина был национализирован и получил новое название – Театр Совета рабочих депутатов. Музей также был национализирован, а Оперная студия ликвидирована, недвижимое имущество Зимина конфисковано (в том числе снимавшаяся для его музея квартира). В 1922-м Сергей Зимин, пробуя возродить свой театр, организовал акционерное общество «Первая свободная опера С.И. Зимина», где за 2 года было поставлено свыше 20 опер. В 1924-м труппу арестовали якобы за финансовые упущения, но после изнурительного судебного разбирательства всех оправдали. Была конфискована коллекция картин Зимина. В 1925–1928 годах театр носил название Экспериментального, в 1929–1935 годах – 2-го Государственного театра оперы и балета, а с 1936 года стал филиалом сцены Большого театра.

Именно благодаря Сергею Зимину осталось в России знаменитое панно Врубеля «Принцесса Грёза», которое он приобрёл у Мамонтова

Кстати, именно благодаря Сергею Зимину осталось в России знаменитое панно Врубеля «Принцесса Грёза», которое он приобрёл у Мамонтова. Савва Иванович согласился расстаться с картиной, за которую была предложена очень большая сумма (10 тысяч золотом), только когда для неё было определено место в портале над сценой театра.

 Медиапроект s-t-o-l.com

Михаил Врубель. Принцесса Грёза. 1896 год, Третьяковская галерея

В начале 2000-х над историческим зданием, вместившим в себя почти всю историю русской частной оперы, нависла угроза. Театр, где пели Шаляпин, Собинов, Лемешев, Козловский, Петров, Баттистини, Руффо, Ансельми, Лябиа, Кавальери, собрались сносить. На защиту встали многие неравнодушные люди, деятели культуры. Московское купеческое общество выступило с заявлением: «Сегодня в российском обществе налицо дефицит культуры, который усугубляется с каждым подобным примером забвения своей истории, своего прошлого, своих корней. Только уроки памяти способны принести нравственное очищение обществу…». Сейчас, кажется, опасность миновала, на памятнике культуры установлена мемориальная доска.

Была у Зиминых и деревенская усадьба – имение на берегу реки Киржач, в 7 километрах от Покрова. Эти земли известны и как речное кольцо Радогостье, образованное тремя реками: Клязьмой и её двумя притоками – Киржачем и Вольгой. Именно на берегу Вольги пел Фёдор Шаляпин, приезжая в имение Сергея Ивановича. Сейчас здесь дом отдыха, административные службы разместились в конюшнях и бывших усадебных постройках. Сохранён небольшой участок старого булыжного покрытия дороги, по которой катили коляски к господскому дому. Памятные доски напоминают о блестящих представителях искусства, культуры, которые часто и с удовольствием наведывались в деревенскую усадьбу Зиминым.

Получив домашнее воспитание, она восполняла пробелы в своих знаниях из книг, увлекалась музыкой, театром

Расскажем ещё об одной представительнице семьи. В 1867 году в купеческой старообрядческой семье Григория Ефимовича Зимина родилась дочь, которой дали староверское имя Зиновия. Получив домашнее воспитание, она восполняла пробелы в своих знаниях из книг, увлекалась музыкой, театром. Современники так отзывались о ней: «Присущее ей чувство юмора, чувство русского эмоционального восприятия жизни, уверенность в своей правоте и небоязнь сказать прямо в глаза человеку то, что она о нём думает, сохраняя при этом добрые с ним отношения, её жажда жизни делали её необыкновенной». Староверское имя Зиновия она впоследствии сменила на более светское – Зинаида.

В 17 лет родители выдали девушку замуж за Сергея Викуловича Морозова. Так ещё раз пересеклись судьбы знаменитых купеческих династий. Но этот брак не был долгим. Независимый характер Зинаиды Григорьевны, готовность пренебречь условностями и показными правилами купеческой морали настолько увлекли 25-летнего Савву Тимофеевича Морозова, дядю Сергея, что ради неё он преступил каноны религии, благочестие старообрядцев, свою семью, бывшую категорически против его женитьбы на «разведёнке», и предложил Зинаиде стать его женой.

В начале 1887 года состоялся развод Зинаиды и Сергея Морозовых, а через год Савва Тимофеевич повёл Зинаиду Григорьевну под венец. Родители Зинаиды восприняли второй брак дочери как личный позор. «Мне бы, дочка, легче в гробу тебя видеть, чем такой позор терпеть», – заявил отец Зинаиды. Ещё решительнее против брака была мать Саввы, которая выговаривала ему: «Уж порадовал ты меня, Саввушка. Первый жених на Москве, а кого в дом привёл… Что бесприданница твоя Зиновия – ещё полбеды, разводка – вот что плохо. Мало ли в Москве достойных фамилий, а ты Зимину взял, дочку купца второй гильдии, да ещё мужнюю жену, от племянника увёл».

Савва Тимофеевич не жалел ничего для любимой жены

Зинаида стала столичной гранд-дамой. Её называли русским самородком, князь Щербатов считал её женщиной большого ума. Савва Тимофеевич не жалел ничего для любимой жены. В начале 90-х годов XIX века он купил на тихой аристократической Спиридоновке барский дом с садом и пригласил близко знакомого ему архитектора Ф.О. Шехтеля для строительства нового особняка, который стал одним из лучших его творений. Не случайно в этом здании сейчас находится дом приёмов Министерства иностранных дел (именно здесь в свое время заседала «Большая восьмёрка»).

 Медиапроект s-t-o-l.com

Зинаида Григорьевна Морозова с дочерьми Марией и Еленой. начало 20 века.

А роскошь Зинаида Морозова любила всегда. Умная, но чрезвычайно претенциозная женщина, она стремилась удовлетворить своё честолюбие понятным для купеческого мира путём: немыслимые туалеты, модные и самые дорогие курорты, фешенебельные отели западноевропейских столиц, собственный выезд, ложа в театре… Блистала на балах, устраивала благотворительные вечера и приёмы. Её радушие и гостеприимство привлекали в дом самых различных людей. Здесь можно было встретить Станиславского и Немировича-Данченко, Качалова, Шаляпина, Чехова и Ольгу Книппер, профессоров Московского университета Прянишникова и Ключевского, художников Левитана, Бенуа, министра финансов Витте, известного адвоката Маклакова. Андрей Белый так писал об этой женщине: «В комнату вошла Сказка тихими неслышными шагами. У неё было светло-серое платье, и на нём были нашиты серебряно-бледные листья. В рыжих волосах горела бриллиантовая звезда. Она ступала тихо и мягко, как бы пряча свое изящество в простоте. Это был верх аристократической естественности».

При всём этом Зинаида Морозова была заботливой матерью для четверых своих детей и нежной любящей супругой. У неё даже хватило терпения и мудрости пережить страстный любовный роман супруга с актрисой МХАТа Марией Андреевой, которая вовлекла своего пылкого почитателя в щедрую меценатскую деятельность не только в пользу театра, но и на нужды боевой организации РСДРП, членом которой была очаровательная актриса. Скоро Андреева влюбилась в Максима Горького, а Савва вернулся в семью.

Именно наблюдения за покупкой имения вдохновили Чехова на создание «Вишнёвого сада»

Полагая, что деловой репутации мужа благотворительная деятельность принесёт немалую пользу, Зинаида Григорьевна активно занималась помощью голодающим, а также артистам, художникам, журналистам. В усадьбу Морозовой Покровское-Рубцово приезжали погостить Чехов, Шаляпин, академик архитектуры Соловьёв, художники Левитан, Поленов, Серов. Считается, что именно наблюдения за покупкой имения вдохновили Чехова на создание «Вишнёвого сада».

Савва Тимофеевич и Зинаида Григорьевна прожили вместе 19 лет. Весной 1905 года Зинаида увозит своего супруга в Канны лечить от депрессии и в один из вечеров, возвратившись в отель, находит его мёртвым. Причина смерти 43-летнего Саввы Морозова осталась тайной.  В его самоубийство многие не верили, как и сама Зинаида Григорьевна. Незадолго до смерти он оформил страховой полис на огромную по тем временам сумму денег – 100 тысяч рублей – на предъявителя. Что или кто вынудил Савву поступить таким опрометчивым образом, осталось загадкой. Возможно, это и был смертный приговор, подписанный собственной рукой. Когда пришло время забрать деньги, предъявитель нашёлся. Это была всё та же Мария Андреева. Партия получила столь необходимые деньги, дело революции продолжалось.

После смерти мужа Зинаиде Григорьевне досталась по его духовному завещанию основная часть наследства. К ней перешли недвижимость и ценные бумаги, она стала владелицей заводов и рудников на Урале, помещицей Владимирской и Московской губерний. Богатую вдову пытались вовлечь в политику, князь Долгорукий предлагал ей вступить в партию кадетов. Она поблагодарила за оказанную ей честь, но твёрдо заявила, что «ни в какую партию не пойдет, когда будут просить на дела партии, будет трудно отвечать, что денег нет».

В 1907 году 40-летняя вдова с огромным состоянием вступает в брак с давним знакомым семьи Морозовых генералом Анатолием Рейнботом. Рейнбот – дворянин, и через несколько лет по его прошению документы о дворянстве выдаются и его жене. Так Зинаида Григорьевна добилась, пожалуй, всего, о чём мечтала. Однако это превращение мало отразилось на её судьбе в среде московского большого света. Будучи вдовой, она мало появлялась в обществе, а теперь благодаря своему замужеству, отстав от своих и не пристав к чужим, почти окончательно порвала с московским купечеством, и её можно было лишь увидать на театральных премьерах.

Хозяйственный комплекс усадьбы Горки, созданный по замыслу Зинаиды Григорьевны, был прообразом крупной капиталистической сельскохозяйственной фермы начала XX века

Вскоре Зинаида Григорьевна приобретает имение Горки Подольского уезда и приглашает своего старого друга знаменитого академика архитектуры Фёдора Осиповича Шехтеля (именно он проектировал особняк на Спиридоновке и реконструировал усадебный дом в Покровском-Рубцове) капитально перестроить старинную подмосковную усадьбу.

 Медиапроект s-t-o-l.com

Интерьер дома в Горках.

В имении она всё обустроила на свой вкус и по последнему слову техники. Провела канализацию, водопровод, поставила унитаз и ванну из мейсоновского фарфора, провела телефонную связь и электричество. В доме были уникальные коллекции картин, фарфора и мебель из карельской берёзы. На ферме выращивался породистый скот, подача кормов и воды была полностью электрифицирована. Прекрасные оранжерея и сад приносили немалый доход. По сути дела, хозяйственный комплекс усадьбы Горки, созданный по замыслу Зинаиды Григорьевны, был прообразом крупной капиталистической сельскохозяйственной фермы начала XX века.

В разгар Первой мировой войны, когда все стали скрывать свои немецкие корни, Рейнбот взял фамилию бабушки (она была Резвая), её же приняла и Зинаида. В 1916 году после обвинения Рейнбота в казнокрадстве Зинаида разводится с мужем.

А через год в России происходит революция.  Глубоко религиозная Зинаида Григорьевна воспринимает её спокойно, философски. У неё было много возможностей уехать из России, но она никогда об этом не помышляла. Весной 1918 года ей удалось получить удостоверение комиссии по охране памятников и художественных сокровищ, в котором говорилось, что принадлежащий гражданке З.Г. Резвой в имении Горки… дом с художественно-исторической обстановкой в нём как национальное достояние находится под охраной комиссии. Это спасло усадьбу от разграбления и уничтожения, но не облегчило судьбу замечательной женщины. Все её заводы, имущество и земля были национализированы, а её с детьми поселили в коммуналку в Староконюшенном переулке. Там она жила до 1924 года, а затем переехала в Ильинское, где ранее было её имение, и зарабатывала на жизнь, распродавая немногочисленное имущество, которое у неё осталось. Только в 1927 году по ходатайству Немировича-Данченко ей назначили небольшую пенсию за вклад Саввы Тимофеевича в создание театра.

А в Горках разместился вождь мирового пролетариата. Там были все возможные на то время удобства, а главное – телефон: Владимир Ильич должен был находиться на постоянной связи со столицей. И вряд ли он, отдыхая у камина в зимнем саду или купаясь в ванне из мейсоновского фарфора, думал о матери с четырьмя детьми, которую выгнали из собственного дома. Есть какая-то горькая ирония в этой потусторонней драматургии. Савва, очарованный и отвергнутый своей соблазнительницей, использовавшей любовника для нужд партии большевиков, которые в итоге отобрали всё у его жены и поселили своего вождя в её имении, внимательно следил за работами Ленина и однажды сказал о нём: «Все его писания можно озаглавить: „Курс политического мордобояˮ». Кстати, заслуги роковой женщины были оценены: после победы революции Мария Андреева стала комиссаром театров и зрелищ Петрограда.

Потеряв всё, Зинаида Григорьевна с удивительным достоинством продолжала воспитывать детей, а затем и внука

Потеряв всё, Зинаида Григорьевна с удивительным достоинством продолжала воспитывать детей, а затем и внука. Знавшие её в то время отмечали свойственное ей чувство юмора, эрудицию, независимость в суждениях. Трогательная дружба многие годы связывала её с Ольгой Леонардовной Книппер-Чеховой, семьёй московского врача Збарского. Близким другом семьи Морозовых был секретарь ВЦИК Авель Енукидзе.

Судьбы детей сложились тоже драматически. Старший сын Тимофей, выпускник Московского университета, попечитель Коммерческого училища и Московского старообрядческого института, был расстрелян большевиками в Ростове-на-Дону в дни Гражданской войны. Дочь Мария занималась вначале благотворительностью, после 1917 года работала в Наркомпросе, в конце жизни заболела психически и погибла в 44 года. Вторая дочь Елена в 1917 году эмигрировала и пропала, последние её письма пришли из Бразилии. Младшего сына Савву, инженера-мостовика, отправили в ГУЛАГ, а затем выслали из страны, но умер он в Москве и похоронен под одним надгробием с матерью.

В конце 30-х годов, на закате жизни, Зинаида Григорьевна по просьбе племянника Фёдора Шехтеля стала писать воспоминания. Это было трудное для неё время: не было бумаги, чернил, писала о том, что сохранила память. Но даже то, что дошло до нас, рисует женщину самобытную, оригинально мыслящую, свободолюбивую, патриотку своей Родины, которая была «счастлива в жизни своими друзьями», щедро даря им тепло своей души. Умерла Зинаида Морозова в 1947 году в возрасте 80 лет в Ильинском, где и была похоронена. Позднее прах её был перезахоронен на старообрядческом Рогожском кладбище в семейном склепе Морозовых.

В династии Зиминых были не только предприниматели, но и выдающиеся инженеры, входившие в круг набирающей силу русской технической интеллигенции

В династии Зиминых были не только предприниматели, но и выдающиеся инженеры, входившие в круг набирающей силу русской технической интеллигенции. Николай Петрович Зимин в 1870-х годах по поручению Московской городской думы занимался изысканием и проектированием нового Мытищинского водопровода. Его научно-технический авторитет столь высок, что он выбирается председателем Постоянного бюро русских водопроводных съездов. Значительное место в его жизни занимала благотворительная и гуманитарно-просветительская деятельность: он член Совета детской больницы св. Ольги и Общества распространения полезных книг. Активно участвует в работе органов местного самоуправления. Как почётный гражданин Николай Петрович Зимин избирается в гласные Московской городской управы на 1905–1908 годы.

 Медиапроект s-t-o-l.com

Николай Петрович Зимин

Такое место в русском обществе занимала династия Зиминых на рубеже веков. Строились новые предприятия, семейное дело переходило к сыновьям. Один из них, Николай Макарович, в 1901 году вступает в брак с Верой Гучковой, родственницей знаменитого думского деятеля, и у них рождаются два сына – Александр и Борис. Их сознательная жизнь связана уже с другой эпохой, другой страной – после 1917 года. Не осталось торговых домов и фабрик Зиминых, да и говорить о своём купеческом прошлом было небезопасно. Борис работает инженером-механиком, преподаёт в Московском институте им. Баумана. В 1933 году рождается сын Дмитрий – тот самый, который через много лет становится авторитетным разработчиком крупных радиолокационных комплексов, доктором технических наук и в начале 1990-х создает компанию «ВымпелКом» и сотовую сеть «БиЛайн». Его отец повторяет судьбу многих тысяч мыслящих русских людей: арест в 1935 году, смерть в Сиблаге через два месяца и реабилитация в 1958 году.  В 2015 году внук Бориса Николаевича Зимина, тот самый Борис, с которого начался наш рассказ, прикрепил на здание, построенное на месте дома, где жил Борис Николаевич, табличку «Последнего адреса» в память о своём деде.

 

Автор выражает благодарность Александру Колодко, знатоку московской истории, архитектуры, улиц, домов, судеб их владельцев, прекрасному гиду и просто неравнодушному человеку за помощь и консультации при подготовке текста.