Один философ современности написал, что больше всего сегодняшней России не хватает любви к самой себе – не внешних проявлений симпатий со стороны иноземцев, нет, но простой тихой любви к самой себе. Не вечного интеллигентского самокопания и самобичевания, не слезливой жалости на уровне пьяной истерики, но той любви, которая не требует ни громких слов, ни эффектных жестов. Любви, которая не требует даже объяснений, но всем просто видно, что она есть.
Именно такая любовь и была на картинах Аполлинария Васнецова.
«Серый денёк», 1883
Аполлинарий Михайлович был самым младшим сыном в многодетной семье Михаила Васнецова, священника из вятского села Рябово, который был довольно просвещенным человеком: он интересовался естественными науками и астрономией, рисовал, знал и любил природу. Эту любовь Михаил Васильевич смог привить и своим детям. «Ночью он обращал моё внимание на небо, и я с детства знал главные созвездия и звёзды… Любовь к природе и воспитала во мне любовь к пейзажу, и этим я обязан отцу», – позже писал Аполлинарий Михайлович.
Тяга к рисованию проявилась у Аполлинария рано. Живописный талант был у Васнецовых в крови. Недаром бабушку Ольгу Александровну внуки называли «бабушкой с акварелями». Да и старший брат Виктор к тому времени уже учился в Академии художеств в Петербурге. «Я и художником-то стал потому, что с детства видел его рисунки и работы», – вспоминал Аполлинарий Михайлович.
«Серый денёк». Фото: Государственная Третьяковская галереяСтарший брат Виктор Васнецов стал не просто наставником – он заменил младшему Аполлинарию рано умерших родителей. Он не просто жил с братом, но учился у него и его друзей, входивших в художественный кружок Абрамцево при имении Саввы Мамонтова. И не раз он был запечатлён на полотнах мэтров: так, Илья Репин изобразил Васнецова-младшего среди певчих на картине «Крестный ход в Курской губернии», а Михаил Нестеров написал с него этюд к «Юности преподобного Сергия». И его учил не только старший брат, но и Василий Поленов. Сам Васнецов позже писал: «Поленов часто обращал внимание на краски, указывал, что их нужно брать ярче и красочнее… Учился я на природе и у природы, а Поленов помогал мне в этом…».
Постепенно его работы стали попадать на выставки Товарищества передвижников, а в 1883 году его картину приобрёл сам Павел Третьяков. Это было своего рода признание профессионализма – абы что Третьяков не покупал, и никакие родственные связи не были для него аргументом.
«Элегия», 1886
Сам себя Васнецов-младший считал пейзажистом. Он сам писал об этом искусствоведу Ивану Лазаревскому: «Я, в сущности, чистокровный пейзажист, моя область – природа, настоящая безыскусственная природа, которую я люблю всей душой. Исторические же жанры должны быть временным увлечением».
В 1886 году он поехал писать виды Крыма, и итогом этой поездки стало полотно «Элегия», написанное на основе натурных впечатлений, но пропущенных через призму модных тогда течений романтизма и символизма. Надо отметить, что в те годы в Европе настоящий фурор произвела картина Арнольда Беклина «Остров мёртвых». «Элегия» Васнецова, очень близкая по духу и настроению работе Беклина, тоже была высоко оценена современниками, а Лев Толстой называл её одной из лучших картин, созданных в это время.
В Европе «Элегию» тоже оценили – полотно получило Серебряную медаль на Всемирной парижской выставке в 1900 году.
«Элегия». Фото: Государственная Третьяковская галереяПосле этого Академия художеств в Санкт-Петербурге, куда он в своё время так и не стал поступать из-за отсутствия денег на обучение, сама признала его своим академиком с формулировкой «за известность на художественном поприще», а через три года он был избран её действительным членом.
Кроме того, художник в те годы совершил несколько поездок на Средний и Южный Урал, во время которых сделал «Уральский цикл». В путевых заметках он пишет, каким увидел Урал: мёртвый, мрачный, седой, наполненный гниющим лесом и лишайниками, но при этом «будто какой-то сказочный, заколдованный».
«Хованщина», 1897
Но только пейзажами на жизнь заработать было очень сложно. Источником дохода для Васнецова-младшего стал шоу-бизнес.
Ещё в 1885 году Савва Мамонтов основал Московскую частную оперу. В качестве декораторов он привлёк выдающихся живописцев, таких как Виктор Васнецов, Василий Поленов, Исаак Левитан, Константин Коровин, Сергей Малютин. Ну и Васнецова-младшего – как же без него?
Полноправным дебютом Аполлинария Васнецова в мире сценографии стала оперная постановка «Хованщина» – музыкально-драматический шедевр Модеста Мусоргского, поставленный в Московской частной русской опере. Именно работа над эскизами декораций к «Хованщине» стала переломным моментом для карьеры Васнецова-младшего.
«Хованщина». Фото: Государственная Третьяковская галереяХудожник с энтузиазмом погрузился в подробное изучение деталей жизни и быта XVII века, зарисовывал образцы костюмов, мебели и разнообразной утвари. Аполлинарий Михайлович писал друзьям: «Я теперь занят “старой Москвой” и собираю по ней материал. Один холст подмалёван, другой в контурах. Работа очень интересная, и другого ничего не хочется делать…».
В другом письме художник писал: «Чем далее шло увлечение прошлым Москвы, тем более и более открывались несметные сокровища этого исторического города. Приходилось не только рыться в древних хранилищах, но буквально рыться в земле, отыскивая остатки древних зданий». Чтобы зарисовать план Москвы с птичьего полёта, Васнецов в 1900 году отважился совершить полёт на воздушном шаре и смог увидеть, «как из маленькой ячейки образовался громадный европейский город».
«Московский Кремль. Соборы», 1891
В 1891 году Аполлинарий Васнецов обосновался в Москве, и столица до последних дней жизни художника стала главной темой его творчества. Васнецов-младший вспоминал: «Моя склонность к пейзажам исторического характера проявлялась в продолжении всей моей художественной деятельности, но первое более ясное выражение этого сказалось, когда я перебрался в Москву в 1891 году и поселился против самого Кремля».
Он снял себе квартиру на Кокоревском подворье на Софийской набережной, откуда открывался величественный вид на кремлёвские твердыни. Именно этот фрагмент древнего архитектурного ансамбля художник изобразил на небольшой работе «Московский Кремль. Соборы».
«Московский Кремль. Соборы». Фото: Государственная Третьяковская галереяТакже в 1891 году знаковой работой Васнецова-младшего стали иллюстрации к юбилейному изданию М.Ю. Лермонтова 1891 года «Песни о купце Калашникове». Васнецову заказали изображение вида на Кремль из Замоскворечья в XVI веке. Для выполнения заказа художник изучил старые планы города, собрал большое количество материала в архивах, библиотеках и музеях.
Именно тогда художник разработал и особую сложную технику работы с акварелью: рисунок делался углем или мягким карандашом, фиксировался особым составом, затем накладывалась прозрачная акварель. Благодаря такой технике достигалась особая точность рисунка, чёткость всех архитектурных деталей. Эта техника стала фирменным художественным стилем Васнецова-младшего.
«Всехсвятский каменный мост», 1901
Одна из самых знаменитых картин-реконструкций Аполлинария Васнецова – «Всехсвятский каменный мост. Москва конца XVII века».
До конца XVII века мосты через Москву-реку были плавающими брёвнами, которые во время паводков разбирали. Строительство первого постоянного каменного моста было грандиозным и весьма дорогим для своего времени проектом.
В 1850-х годах обветшавший мост разобрали. И Васнецов воссоздал его по крупицам, используя планы петровских времён, гравюры и данные раскопок у Боровицких ворот Кремля. Главный акцент картины – мощная предмостная башня. Васнецов скрупулёзно восстановил её архитектуру: два проезда, над ними палаты, а венчает сооружение огромный двуглавый орёл. Художник выяснил по документам, что в этой башне располагались кабаки, таможня и знаменитая «Корчма», где москвичи пили заграничные вина.
«Всехсвятский каменный мост. Москва конца XVII века». Фото: Государственная Третьяковская галереяКартина Васнецова ломает стереотипное представление о том, что мост – это просто сооружение для переправы через реку. В средние века мост был оживлённым кварталом: вдоль тракта теснились деревянные и каменные лавки с навесами, где торговали снедью и обувью, а под арками моста собирались мелкие приказчики и любители выпить.
Москвоведческие «штудии» привели Аполлинария Васнецова в Императорское Московское археологическое общество, действительным членом которого он стал в 1901 году. Академик живописи участвовал в археологических раскопках, проводил обмеры и делал зарисовки исторических памятников, подготовил к заседаниям общества более 50 докладов и сообщений, а в 1910 году во втором томе «Истории русского искусства», выходившей под редакцией Игоря Грабаря, опубликовал статью «Облик старой Москвы».
«Красная площадь», 1902
В 1902 году мастер получил предложение от дирекции императорских театров оформить оперную постановку «Жизнь за царя» в Большом театре (премьера состоялась в 1904 году). Одним из эскизов и стал рисунок «Москва при Иване Грозном. Красная площадь», который поразил специалистов точностью деталей и знанием исторической атмосферы города. Кстати, над этим заказом он работал вместе с Константином Коровиным – позже они вместе трудились над эскизами декораций к «Сказанию о невидимом граде Китеже и деве Февронии» (1906) и «Снегурочке» (1907).
«Москва при Иване Грозном. Красная площадь». Фото: Государственная Третьяковская галерея«Медведчики», 1911
Особой удачей художника считаются декорации, выполненные для оперы «Опричник», поставленной на сцене частного оперного театра Сергея Зимина.
Декораторский талант Васнецова высоко оценил промышленник и филантроп Алексей Бахрушин – он писал, что у художника «имеются эскизы декораций настолько ценные по своему подходу, что и сейчас новые декорации пишутся по Васнецову».
«Медведчики». Фото: Государственная Третьяковская галерея«Гонцы. Ранним утром в Кремле», 1913
Незадолго до начала Первой мировой войны был поставлен последний спектакль с декорациями по эскизам Васнецова-младшего. Это была постановка «Шемякин суд», созданная актёрами при Секции содействия народных и деревенских театров под председательством Василия Поленова.
«Гонцы. Ранним утром в Кремле». Фото: Государственная Третьяковская галерея«Пушечно-литейный двор на реке Неглинной», 1918
После революции жизнь художника изменилась. Он потерял пост преподавателя в Московском училище живописи, ваяния и зодчества, но начал преподавать в Московском техникуме кустарной промышленности.
В 1920-е годы для Московского коммунального музея (ныне Музей Москвы) Аполлинарий Васнецов создал серию акварелей на тему истории Кремля – от возведения первых стен в 1156 году до расцвета в конце XVII века.
«Пушечно-литейный двор на реке Неглинной». Фото: Государственная Третьяковская галереяРабота над заказом для Коммунального музея была особенно сложна, поскольку достоверных источников об облике Кремля до XVII века практически не сохранилось. Васнецов так вышел из положения: он привлёк широкий круг косвенных источников – изучил белокаменные храмы XI–XIV веков, каменные стены крепостей в Керчи, Феодосии и Старой Ладоге, стены Серпуховского кремля, а также старинные иконы с изображением городов, окружённых стенами. Художник писал, что скудость материала не позволила ему восстановить достоверный облик Кремля XIV–XV веков, но он всё же смог придать своим реконструкциям «вероятный вид».
Один из современников художника вспоминал: «Думалось, как же может человек так изучить и так изображать старину. Словно ведь с натуры списано. Показывали же старину многие художники, но в их картинах жили только люди, а здесь живёт, дышит и рассказывает каждый камень стены, каждая маковка церкви, каждое бревно сруба».
«Новодевичий монастырь. Башни», 1926
После революции Васнецов-младший возглавил Комиссию по изучению старой Москвы и стал протестовать против сноса храмов и церквей, особенно его взволновали слухи о сносе Новодевичьего монастыря. Ради спасения памятника он и написал своё знаменитое полотно, показав, что даже сама природа отступает перед величием древности, перед величием истории.
«Новодевичий монастырь. Башни». Фото: Русский музейА в 1931 году Аполлинарий Васнецов стал единственным художником, открыто решившимся выступить против сноса храма Христа Спасителя. Академик живописи направил соответствующее письмо в редакцию «Известий». В нём были такие строки: «Помимо того, что этот памятник – народное достояние огромной материальной ценности, над которым работали более 50 лет, представляет он и несомненную художественную ценность. На его стенах мы видим работы таких известных художников, как Суриков, Семирадский, Марков, Сорокин, Савицкий, Маковский и другие. Кроме того, масса скульптурных изображений, украшающих его наружные стены и бронзовые двери, также сработаны известными в то время скульпторами... Разрушить его, конечно, легко, но когда памятник архитектуры, характерный для целой эпохи, исчезнет без следа, жалеть будет поздно…».
«Наш дом. Рябово», 1928
Революционные потрясения, смерть в 1926 году старшего брата Виктора Васнецова…. «Смерть его произвела во мне большое опустошение… Ответы на мои вопросы о моих работах, его советы, а иногда и критические нападки – навсегда умолкли», – писал художник.
Стремясь отвлечь отца от тяжёлых мыслей, сын подсказал ему тему: «”Ты так задушевно рассказывал мне о Рябове, об его окрестностях… Пройдись в своих воспоминаниях по дорогим тебе местам, полови рыбу на речке Батарихе, в пруду у мельницы, взгляни с пригорка на родное село, церковь, отчий дом”. И вдруг отец как-то сразу ухватился за эту идею». Была оборудована мастерская в одной из комнат квартиры – бывшей столовой, и Аполлинарий Михайлович приступил к работе. Так начала создаваться серия акварелей «Моя Родина», посвящённая родительскому дому.
«Наш дом. Рябово». Фото: Русский музейПравда, самого дома уже и не было. После того как братья Васнецовы покинули Рябово в 1870-е годы, старший брат Николай выставил отцовский дом на продажу в 1873 году, и в начале 1877-го он был продан. Впоследствии в доме располагалось земское училище, а в советское время – Рябовская восьмилетняя школа.
Источником сюжетов и вдохновения для лирического повествования стали бережно хранимые альбомы с ранними пейзажами и зарисовками мастера. В письме другу Николаю Хохрякову художник отмечал: «Много раз меня спасало искусство в трудные минуты душевного состояния и напастей судьбы… пишешь себе да пишешь… Глядишь, и горе улетело».
Аполлинария Михайловича Васнецова не стало 23 января 1933 года. Художник похоронен в Москве на Введенском кладбище. Для посетителей открыта его мемориальная квартира-музей в Фурманном переулке.