Автор «Игры престолов» Джордж Мартин создал мир фэнтезийного средневековья, который удивительно логичен, включая значимую роль религии. В Вестеросе правители контролируют тела – через армии, налоги и казни. Церковь Семерых (единый бог в семи обличиях) контролирует души – через таинства и клятвы. Без помазания от верховного септона даже Эйгон Завоеватель с тремя огромными драконами не мог считаться законным правителем. Его преемник Мейгор Жестокий попытался сломить Церковь – и проиграл: народ и рыцари шли на драконов с мечами и факелами, потому что вера оказалась сильнее страха.
После Мейгора баланс держался десятилетия. Пока в погоне за короной принцесса Рейнира Таргариен не решила, что драконы важнее богов. В третьем сезоне сериала «Дома драконов» (21 июня – 10 августа) Рейнира приказывает убить верховного септона прямо в храме.
В земной истории сложно найти аналогию. В IX–X веках несколько пап были отравлены и задушены в тюрьмах своими политическими противниками – достаточно вспомнить Иоанна VIII, забитого молотком приближёнными, или Льва V, удушенного по приказу будущего папы Сергия III. Однако все эти расправы объединяет одно: они были тайными. Ни один светский правитель не осмелился казнить главу Церкви публично, в главном соборе, в момент отказа в помазании. Даже тиран Иван Грозный приказал задушить митрополита Филиппа тайно, в монастырской келье. Рейнира же переносит насилие в алтарное пространство.
Кадр из сериала. Фото: HBOИдеологический фон задаёт восставший против Рейниры лорд Ормунд Хайтауэр. Глядя на алтарь и дракона одновременно, он политизирует религию на свой лад: андалы – раса, принёсшая Веру в Семерых, – по его мнению, стоят выше валирийцев с их «скверной» кровью и колдовскими драконами. Ормунд наставляет юного принца Дейрона, видя в нём идеального короля – воспитанного Хайтауэрами «в свете Семерых», далёкого от языческой гордыни Таргариенов. Для Ормунда Рейнира не просто узурпаторша. Она чужая. Валирийка. Угроза самой идее божественного порядка, на котором держится власть андалов.
Рейнира наследует валирийский прагматизм: её предки никогда не принимали чужих богов всерьёз. В Валирии не было государственной религии – завоёванные народы могли молиться кому угодно, пока платили налоги. Терпимость была политикой, а не верой. Теперь Рейнира переносит этот подход на Вестерос.
Но драконы, на которых Рейнира опирается, умеют только сжигать. Верховный септон, глава Церкви, прямо говорит ей это на первую просьбу о помазании: «Мои боги не имеют дела с драконами. Это нечестивая магия, созданная во тьме, гордыне и похоти. Драконы разрушают, но не созидают. От них не может быть никакого добра» (3 эпизод).
Пытаясь привлечь симпатии Церкви и простого народа, Рейнира демонстративно молится у алтаря септы. Её муж Деймон усмехается. Она отвечает: «Вреда в этом нет. Сам попробуй» (5 эпизод). Свечи исправно горят, но рейтинг правительницы лишь снижается. В итоге Рейнира бросает игры в гуманизм и ожесточается.
Кульминация наступает в главной септе Вестероса. Рейнира с воинством врывается в храм. Внутри – верховный септон, который отказывается её помазать на царство, поскольку король Эйгон ещё жив.
«У моих ног шесть драконов», – говорит Рейнира.
«У тебя, возможно, шесть драконов, – отвечает септон, – а со мной один бог в семи лицах».
Тогда Рейнира приказывает убить его. В септе Бейлора. На священной земле. На глазах духовенства. Начальник охраны Рейниры после недолгих уговоров («В тебе кровь Валирии. Ты держишь ответ перед богами выше, чем его. Для них этот дом – пустая постройка из кирпича и камня») вонзает меч в грудь безоружному.
Убив верховного септона, Рейнира выходит из септы к народу – в доспехах, в короне – и с крыльца публично объявляет себя мессией – «Рейнирой Избранной». Она апеллирует к пророчеству из заморской религии Владыки Света, к мистической миссии спасения мира от «древней и зловещей тьмы, которая вылезает на далёком севере». Советники в недоумении переглядываются, народ безмолствует. В этом жесте – попытка создать новую легитимность, альтернативную Семерым. Но жители Вестероса не признают древних валирийских пророчеств.
Кадр из сериала. Фото: HBOАктриса Эмма Д’Арси позже говорила об этом эпизоде: «Я думала о Рейнире, о её отвержении Семерых и убийстве верховного септона, об этой попытке отвергнуть другие легитимизирующие институции».
Рейнира не понимает: она разрушила последнюю опору своей власти. Религия связывала корону и подданных. Публично убив её представителя в главном храме, она объявила войну каждому верующему в Вестеросе.
Создатели сериала используют драконов как метафору атомной бомбы. Рейниру и Деймона постоянно преследует мысль сжечь захваченный мятежниками торговый город Тамблтон. Политика строится на «ястребиной» логике: у кого больше оружия – тот и победил. Но драконы не дают легитимности. Они дают страх. Когда страх перестаёт работать, остаётся только насилие.
Убийство священника в септе – точка невозврата. Рейнира больше не пытается править как её отец, прозванный «Миролюбивым». Она правит через огонь.
Но что остаётся от власти, когда храм становится лишь «кирпичами и камнями»? Когда всё, что у тебя есть, – оружие массового поражения, ты не можешь построить ничего, что переживёт тебя. У Рейниры нет ресурсов кормить народ, нет денег, нет лояльных священников. Есть только драконы. Но народ ранее уже бросался на драконов тирана Мейгора. Вера оказывается сильнее страха.
Третий сезон «Дома драконов» задаёт вопросы, которые звучат почти слишком современно. Что делать, когда мораль вступает в конфликт с правом сильного? Можно ли править, опираясь только на угрозу уничтожения? Ответ сериала – нет. Власть на страхе не работает. Она уничтожает сама себя.
Рейнира выбрала власть без легитимности, силу без морали, оружие без веры. В этом сериал перекликается с реальной историей. Императоры Священной Римской империи пытались сломить папство – но в итоге и гордому Генриху IV пришлось стать босиком в снегу, ожидая папского прощения. Рациональный Пётр I не убивал патриарха – он просто упразднил патриаршество, заменив его Синодом. Без крови, без мученика, но с тем же результатом. Рейнира ломает один институт, но не создаёт ничего взамен.
Рейнира считает себя выше богов. Самопровозглашённая мессия расплатится за гордыню в четвёртом сезоне.